Лягушка в обмороке. Развод в 45 - Анна Рэй

Отделение полиции располагается на первом этаже старого дома, по соседству с той самой квартирой, где я вчера была. Несмотря на грозный голос в трубке, в кабинете меня встречает молодой парень лет двадцати пяти — двадцати семи.

— Добрый день. Я Елена Харитонова, вы мне звонили, — говорю я, а участковый щурится.

— Проходите, присаживайтесь, — указывает он на стул.

Я снимаю куртку и сажусь напротив мужчины.

— Что случилось? Я, если честно, не поняла.

— Поступил сигнал, и я должен его проверить, — важно сообщает участковый и достает папку. — Можно ваш паспорт?

Я киваю и протягиваю документ. Он переписывает данные и возвращает.

— Вам знакома гражданка Савицкая Маргарита Николаевна?

— Нет... — качаю головой, пытаясь вспомнить имя.

— А вот она утверждает, что вчера вы ворвались в квартиру и нанесли побои, — строго произносит участковый.

— Я?! Ворвалась? Побои?! — Я шокированно смотрю на него.

— Совершенно верно. Савицкая написала заявление в полицию, и сейчас решается вопрос о возбуждении дела или об отказе. Так как побои легкой тяжести и вы ранее не привлекались, возможно, все ограничится штрафом. Но могут возбудить уголовное дело, — поясняет Липкин.

Грудь сдавливает так, что трудно дышать.

— Я не понимаю, о чем речь.

Глава 22

— Вы вчера приходили в квартиру по адресу?.. — И участковый называет адрес нашей с Максом квартиры.

— Да, — киваю. — Эта квартира принадлежит нам с мужем.

— Та-ак, — протягивает Липкин, заглядывая в бумаги. — С какой целью вы приходили?

— В смысле «с какой»? — Меня прорывает на эмоции, и я повышаю голос: — Это мой дом!

— Но там сейчас проживает Савицкая Маргарита Николаевна, владелец квартиры Харитонов М. Г. разрешил. Вы знали об этом?

Я вдруг осознаю, что Маргарита Николаевна — это и есть разлучница Рита.

— Харитонов не владелец, а совладелец квартиры. И о том, что в нашей с мужем квартире живет некая Рита, я узнала накануне, — отвечаю я.

— Допустим, — кивает участковый. — Так зачем вы вчера встречались с гражданкой Савицкой?

— Она сама мне позвонила и пригласила приехать, — отвечаю я.

— Маргарита Николаевна утверждает обратное, — не соглашается со мной собеседник.

— У меня есть свидетель! И она звонила с незнакомого номера, — горячо протестую я и пытаюсь найти в сумке мобильный. Руки дрожат от волнения, и сумка падает на пол.

— Успокойтесь, пожалуйста. Следствие во всем разберется. Если нужно будет, то проверят номера телефонов. А сейчас не допрос, а беседа: я обязан задать несколько уточняющих вопросов, так как ссора произошла на моем участке, — спокойным голосом поясняет Липкин. — В каком часу вы пришли в квартиру?

— Где-то в десять вечера, может, чуть раньше.

— У вас были ключи?

— Мой ключ не подошел. Рита, наверное, поменяла замок. Она попросила приехать и сама открыла мне дверь.

Эмоции зашкаливают, но я стараюсь держаться. Это что же — Рита написала на меня заявление в полицию? Но зачем?!

Ответ приходит сразу.

— Гражданка Савицкая утверждает, что вы без предупреждения ворвались в квартиру, в которой она проживает с законным владельцем этой недвижимости Харитоновым М. Г., оскорбляли ее нецензурно и нанесли побои. Цитирую: «Она ударила меня со всей силы по щеке, а затем вылила на руку горячий чай, который я в тот момент пила». Справка из травмпункта прилагается: легкий ожог левой руки и ссадина на левой скуле.

— Она же врет! — резко восклицаю я. — Мы просто поговорили, и я ушла.

— То есть вы утверждаете, что не избивали Савицкую и не причиняли ей физического вреда?

— Да зачем мне это?! — возмущаюсь я.

— Потерпевшая утверждает, что вы ревновали ее к мужу, который собирается с вами развестись.

— Ничего подобного! — Мой голос срывается. Но как доказать свою невиновность, не знаю.

Дальше сыплются вопросы: как давно я знаю Маргариту, собиралась ли подавать на развод, какова была моя реакция на измену. Неприятно рассказывать о личном чужому человеку, но приходится. Я честно отвечаю, он все записывает.

— А что, по-вашему, произошло вчера? — В голосе мужчины сквозит участие.

— Несколько дней назад я уличила мужа в измене и ушла из дому, — начинаю свой рассказ. — Утром после ссоры с мужем я приехала в нашу квартиру, хотела там пожить, но обнаружила Маргариту — любовницу мужа. Она меня в квартиру не пустила, а мой ключ не подошел. Видимо, или муж, или Рита поменяли замки. Вчера вечером Маргарита мне позвонила с незнакомого номера. Она рыдала в трубку и просила срочно приехать. Я думала, что-то случилось. Не знаю, зачем я поехала. В итоге разговора с Ритой не вышло. Она требовала, чтобы я оставила мужа. А заодно оставила бы ей дом и квартиру. Я сказала, что этот вопрос лучше обсудить с моим мужем, и ушла.

— Куда ушли?

— Поехала на дачу, там меня ждал сын, он может подтвердить, — пояснила я.

— Напишите ваш адрес проживания, проверьте записанное с ваших слов и распишитесь, — протягивает участковый мне лист.

Я читаю протокол, а по факту — объяснительную. Все изложено верно, и я ставлю подпись.

— Советую не менять пока место проживания. С вами свяжется следователь, решение примут в течение тридцати дней, но, скорее всего, раньше, — сообщает Липкин. — И еще один совет, Елена Павловна, — наймите адвоката.

— Так и сделаю, — отвечаю глухо.

Уже на выходе спрашиваю:

— А что мне грозит?

— Если административка — штраф тридцать тысяч. Если заведут уголовное — до двух лет лишения свободы, — сообщает он.

Я выхожу из отделения совершенно потерянная. Ноги будто налиты свинцом, а в голове стучит только одно: Рита не просто разрушает мой брак. Она пытается разрушить мою жизнь!

Глава 23

Я иду по заснеженной улице, и мне хочется кричать. Вместо этого просто бреду. Немыслимо: любовница мужа написала на меня заявление в полицию, словно я преступница. Это же смешно! И очень страшно. Меня знобит от раздираемых эмоций. И опять кружится голова.

До дачи добираюсь только через два часа, без машины тяжеловато. Пишу сыну, чтобы приехал после института