Мужья и жены - Татьяна Потапова

— Я боюсь с тобой ходить в кино, — сказала Maшa. — Просто вспомнилось, как в юности ты не смотрел фильмы, а постоянно лез целоваться.

— Хорошо, в кинотеатр не хочешь, мы можем покататься на машине. Я знаю кучу гостиниц, где можно снять номер.

Маша подняла глаза и посмотрела на Леху. Он вдруг показался ей беззащитным маленьким мальчиком, который прячет за вечной бравадой ранимость и неуверенность в себе. Может быть, это и было причиной того, что он так часто обращался к алкоголю как к помощнику, который утверждал его в собственных глазах. Она не расспросила Леху, с чего это он отказался от спиртного даже перед ужином. Но догадалась, что у него очередная попытка «завязать». Сколько их было еще в те времена, когда они жили вместе. И сколько раз она винила себя в его болезни! Что вовремя не разглядела, не остановила, не попыталась понять, что происходит. Поначалу Лехина невоздержанность смешила, потом выводила из себя. Она была слишком молодой и глупой, чтобы разумно отнестись к той беде, с которой они столкнулись. Удивительно, что он сумел как-то выкарабкаться. Надолго ли? Лешка всегда очень любил жизнь и самого себя, чтобы не понимать, чем все может кончиться.

Он ждал. Его лицо напряглось, несмотря на улыбку, словно от Машиного ответа зависела вся дальнейшая жизнь.

— Покатаемся, — сказала она. — Но без гостиниц.

И ей показалось, что с его сердца свалился камень.

Глава восьмая

В доме была полная иллюминация — свет горел на двух этажах. Это не вязалось с привычками Андрея. Он любил порядок. И хотя не был жадным, периодически проводил с женой беседы об экономии.

Наташа это понимала: он зарабатывает деньги, а даются они ему нелегко. Хотя вряд ли ее можно упрекнуть в расточительстве. Привыкнув за большую часть жизни считать каждый рубль, она и теперь если и позволяла себе какую-то роскошь, го лишь по настоянию мужа, чтобы не ударить в грязь лицом перед нужными ему людьми.

В гостиной его не было, в кабинете тоже.

Наташа сбросила туфли на шпильках, потерла уставшие ноги и, надев мягкие домашние шлепанцы, стала подниматься на второй этаж.

День был таким длинным и тяжелым, что она чувствовала себя совершенно опустошенной. Она вспомнила Ленку и то ее желание умереть из-за несчастной любви. Только сейчас, через много лет, Наташа поняла, что могла испытывать ее подруга.

Ей вдруг стало совершенно безразлично, как устраивает свою жизнь Андрей, что он сейчас будет врать, как теперь они будут общаться. Ей вообще не хотелось его видеть.

Муж же, как оказалось, комфортно отдыхал дома. Он переоделся — в старые джинсы, фланелевую рубашку. В комнате стоял запах его одеколона, а сам Андрей читал какую-то книгу и грыз яблоко.

Такая домашняя атмосфера в супружеской спальне вызвала в Наташе злую усмешку.

— Давно пришел? — спросила она вместо приветствия.

— Давно. Непонятно, а где ты ходишь? С кем, интересно, пила?

— Какая разница. — Наташа достала халат, чтобы переодеться. — Следую твоему примеру. Кстати, а ты уже протрезвел?

— То. что может позволить себе мужчина, не должна позволять женщина.

Ну и подлец! Наташино безразличие мигом улетучилось. Он ее еще учить будет! Ей захотелось кинуться на него и расцарапать его наглую самодовольную рожу. Хорошо устроился! Приходит сюда, чтобы поменять белье, отдохнуть, скинуть на нее отрицательные эмоции, а потом бежит развлекаться в другое место. Да он моральный урод! А она — тряпка, о которую можно при входе и выходе вытирать ноги. Он же просто ее использует!

Ничего не отвечая, она зло схватила халат и выскочила из спальни. Андрей вышел за ней.

— Что ты злишься? — миролюбиво спросил он. — Ну извини за вчерашнее. Я тебе привез подарок. Он там, на столике в гостиной.

Какое внимание!

Наташа зашла в гостиную и увидела коробочку «Коко Шанель», купленную, вероятно, в «дьюти фри».

Она представила, как этот подарочек он выбирал, советуясь со своей возлюбленной, и ее охватил гнев. Наташа схватила коробку, попыталась ее смять, превратить в мусор, словно именно в ней сосредоточилось все то зло, что сейчас пришло в ее семью. Она не поленилась выйти на улицу, пройти к баку для мусора и со всей злости бросить туда флакон.

Но этого ей показалось мало.

Наташа вернулась в дом и увидела на журнальном столике забытую Андреем ручку. Она схватила ее и яростно начала раскручивать, вынимая пружинку, стержень, пытаясь все поломать, испортить, стереть в порошок. Сбросив все обломки на пол, Наташа забралась на диван, накрылась лежащим здесь же пледом. Сильно, так что кожей чувствовала ресницы, она зажмурила глаза, сердито приказа себе: «спать», но ничего не получалось. Тягостнее всего в этом ожидании сна было то, что в голове носились обрывки злых мыслей, именно обрывки, которые никак не собирались вместе, во что-то связное.

Ей страшно захотелось увидеть эту девицу, эту стерву, которая встала на ее пути, вторглась в ее семью. Вот он — вещий сон! Это она рвалась в их дверь. А Наташа не сумела задвинуть щеколду. Она давно понимала, что что-то сломалось в их отношениях, но сама не хотела смотреть правде в глаза. Эту правду Наташа отодвинула в самый дальний угол души и боялась ее побеспокоить. Господи, какая идиотка!

Но как он мог так обойтись с ней! Он, ее вторая половина, ради которого она не то чтобы жила, а дышала — как необходимым воздухом. Он ничего не оценил. Просто списал ее со своих счетов и распланировал свою будущую жизнь. Без нее.

Она с ужасом подумала, что эта жизнь вполне может быть счастливой. Красивая, молодая, любимая жена, достаток, дети.

Конечно, вот из-за чего все разладилось. Дети! Он вступил в такой возраст, когда уже мало семьи, состоящей из одной жены. У всех вокруг дети. Все живут заботами о них. Их. и только их. дела в первую очередь обсуждают знакомые. А с ней и Андреем даже поговорить не о чем, потому что они не рожали детей, не растили, понятия не имеют, что это такое. Она ведь знала, что так будет. Ну почему, почему ничего много лет не предпринимала, бросила лечиться, обследоваться, а о приемных детях даже не задумывалась. Теперь поздно, все поздно!

Она полежала какое-то время, бессмысленно глядя в потолок.

Она поедет к дому этой девицы и подождет, пока та выйдет, чтобы пойти на работу. И Наташа на нее посмотрит. А