Чужие звезды - Наталья Нежданова

Вот только что мне теперь делать? Мне так стыдно, что хочется провалиться сквозь землю. Гнетущее чувство вины просто уничтожает меня. Хуже того, в моем сознании вновь и вновь звучат мамины слова:

Ты не понимаешь, что творишь! Ты столкнёшься со злом, с ложью, с самыми низменными проявлениями человеческой натуры вплоть до убийства. Ты не сможешь остаться чистой. Ты рискуешь погубить свою бессмертную душу!

Я больше не в силах сдерживаться. Я падаю на кровать и горько плачу о своей неудавшейся жизни.

Когда я вновь обретаю способность рационально мыслить, я решаю поговорить с Кейном абсолютно честно и откровенно. Рассказать ему, что я сделала и почему.

Проходит несколько дней, прежде чем нам удаётся встретиться. Кейн очень занят, в последний раз он даже не ответил на мой вызов, просто написал в ответ и подтвердил время и место встречи.

Я выхожу из мобиля и спешу к нему. Я едва узнаю его, потому что его лицо выглядит каким-то холодным и напряжённым.

— Зачем ты это делала? — спрашивает он.

— Что? — недоумеваю я.

— Следила за мной! Я тебе доверял, а ты…

Он отворачивается. Потом коротко взглядывает на меня, чтобы добавить:

— Думаю, нам с тобой больше не о чем говорить!

Он уходит и не оглядывается. Я так и не успела ему ничего объяснить. А теперь уже бесполезно.

Я еду домой, глотая слезы. И едва не попадаю в аварию, потому что не могу не думать об этом. Как же мне больно. Я только что потеряла единственного человека, которому могла бы доверять.

Но как он узнал?

Глава 17

Кейн тен Наро

Терпеть не могу тётку за её болтливость. Но в кои-то веки и она принесла пользу. Иначе так бы и внимал этой орте, развесив уши. А она бы меня использовала.

С одной стороны, могу вздохнуть с облегчением: вот, значит, кто мною интересовался. А то уже задумывался о худшем варианте. Хорошо ещё, весь компромат держу на отдельном кристалле памяти. С другой, всё это до ужаса противно. И больно…

Какой же я дурак всё-таки. Думал, как ей попасть к своим. И даже нашел один стоящий вариант. А может, ей это и не нужно вовсе? Может, она не просто так сюда попала, и не та, за кого себя выдаёт?

Не хочу даже думать о ней. Как наваждение какое-то прицепилась. Что в ней такого? Ну, красивая. Ну, интересно с ней. Ну, попала в трудную ситуацию. Возомнил себя рыцарем-спасителем, тьфу! Да кто ей что сделает? Тягаться с кланом тен Норн — себе дороже.

Мир без денег и иерархии? Равенство и справедливость? Вера, возвышающая и очищающая от пороков? Пустые слова!

Я всегда думал, что деньги — зло. Но природа не терпит пустоты. На место одного зла тут же приходит другое. И ещё вопрос, какое из них меньше.

Вот только непонятно, зачем она меня телепатии учила? Ведь навел справки: всё правильно она делала! Пошла небыстрым путём, без проникновения в моё сознание. Зачем ей это?

Горько, но стоит порадоваться, что это была всего лишь тен Норн. Мне даже не придётся отменять очередную встречу моего Клуба Инакомыслящих. Встречу тех, кто умеет и не боится думать. Нас совсем немного, потому что мало кому можно доверять.

Мы собираемся на служебной территории одного из музеев нашего клана. На всякий случаю я обхожу помещение со сканером, чтобы выявить возможные устройства наблюдения.

— Ну что, Кейн, ты по-прежнему уверен в своём прогнозе? — спрашивает Вик тен Марн.

— Абсолютно! — отвечаю я. — Мы все станем свидетелями победы ортов. Когда это произойдёт, понятное дело, точно не скажешь. По моим оценкам лет через 50–70. Возможно раньше, если они откроют какую-нибудь прорывную технологию, сопоставимую по значимости с гравитационным двигателем или перемещением между звёздными системами. У них совсем иное отношение к открытиям и изобретениям. Никаких патентов и секретов. Всё моментально попадает в общий доступ и получает дальнейшее развитие.

— Это орта твоя сообщила?

Я напрягаюсь. Ладно, не буду спорить. Это не важно.

— Не только это! — говорю я. — Я узнал кое-что еще, способствующее их потрясающей эффективности.

Я пересказываю некоторые из наших разговоров с тен Норн. Я вижу, что Тино совсем понурил взгляд. Его можно понять, он ведь даже не аристократ. Слишком много путей для него просто закрыты. Он — настоящий герой. Прошел госшколу, где был лютым аутсайдером, едва не попал в детозащиту. Тому, кто способен мыслить — тяжело в таких местах.

— Лично я вижу и другой вариант, — говорит вдруг Тино.

— Изложи!

— Орты ограничены этическим кодексом! К примеру, они никогда не трогают мирных. Будь у них желание, они могли бы сильно затруднить наше сообщение с Вельдином. Тогда пришлось бы организовывать сопровождение пассажирских звездолётов и постоянный мониторинг пространства вокруг трассы, что потребовало бы огромного количества сил и средств. Да и тектонику по Вельдину они так и не применили.

Я вспоминаю те видео, что много лет назад смотрел в инфосети. Ту дикую панику, когда колонисты на Вельдине, нашей второй биосферной планете, буквально штурмовали звездолёты. Множество народу тогда погибло в драках и давке. Они опасались, что орты уничтожат планету с помощью тектонического оружия. Как незадолго до этого мы поступили с их новой колонией — Сирином. По слухам, у них там погибло несколько миллионов переселенцев.

— Психотронное оружие они тоже развивать почему-то не стали, — продолжает Тино. — Хотя у них чуть ли не каждый десятый — телепат, и они могли бы очень продуктивно его использовать. Зато наши правящие элиты не стесняются в средствах. И это играет против Нового Айрина.

— При желании орты в любой момент могут изменить свой этический кодекс, — не соглашается Вик. — У них же анархия! Проведут всепланетное голосование — и на следующий день будут жить по новым правилам.

— Вряд ли они на это пойдут! Они — фанатики, для них абстрактная идея важнее практической выгоды! — спорит Тино.

— Если речь пойдёт о выживании, что их остановит?

— Так ведь уже шла, и не раз! Тем не менее, они никогда не переходили установленных их этическим кодексом границ!

Я представил вдруг её. Здесь с нами. Интересно, что бы она сказала сейчас?

Все расходятся, а я думаю о том, что мы занимаемся пустой болтовнёй. Какой смысл у