Разрушение - Хлоя Уолш

И он ошибся, выбрав её своей целью.

Это была его последняя ошибка.

— Дэвид Хендерсон, — протянул я медленно. — Следующий покойник из семьи твоей внучки.

Он рассмеялся в трубку.

— Понравилось шоу? — лениво добавил я.

Вопрос выбил его из колеи.

Как я и рассчитывал.

Как я уже говорил: ключ к выживанию — это предугадывать ходы противника.

Это был не первый мой подобный случай.

И мужчина, такой извращённый, как Дэвид, никогда бы не упустил шанс понаблюдать за своей местью лично.

Я понял это задолго до того, как ступил на Тринадцатую улицу сегодня вечером.

Черный «Ровер», припаркованный в нескольких кварталах — это была ошибка новичка с его стороны.

— Умный мальчик, — наконец сказал он.

— Не могу сказать о тебе того же, — парировал я. — Решил полезть к моей женщине? — Достал сигареты из шкафа. — Хреновая идея, старик.

— Твоя женщина? — переспросил Дэвид с насмешкой. — А как же её наркоман-муж?

Зажав сигарету губами, я щёлкнул зажигалкой и закурил.

— Она нашла получше.

— Да уж. Это точно, — хохотнул он.

— Знаешь, всё могло бы для тебя закончиться куда лучше, — сказал я, затягиваясь сигаретой. — Ты вышел. Был на свободе. Мог прожить остаток своей жалкой жизни в относительном покое. — Выпустив облако дыма, я запрыгнул на кухонный остров и добавил: — А теперь?.. — стряхнув пепел, закончил: — Теперь ты будешь тратить свои последние дни, оглядываясь через плечо. Это чувство в животе, это тревожное покалывание, которое ты сейчас испытываешь? Оно не покинет тебя. Оно станет твоим призраком. А то сожаление, что сейчас гложет твоё холодное, чёрное сердце — подсказывает, что пути назад больше нет, да? Подсказывает, что ты подписал себе приговор сегодня ночью? — Я кивнул. — Оно не врёт.

— Думаешь, сможешь меня запугать, мальчишка? — прорычал он, голос стал жёстче — видно, я его задел. — Собственный сын пытался меня уничтожить, — продолжил он, усмехаясь с мрачной насмешкой. — Знаешь, что с ним стало? Не получилось. Я всё это уже видел и слышал.

— Ты ещё не видел ничего подобного мне, — усмехнулся я, и в моём голосе звучало обещание. — И того ада, который я тебе устрою.

— Это угроза?

— Скорее дружеское предупреждение, — ответил я. — И вот тебе ещё одно: наслаждайся остатком времени, Дэвид, потому что я иду за тобой.

С этими словами я сбросил вызов и бросил телефон на столешницу рядом.

Чёрт возьми, никогда в жизни я не чувствовал такой жажды мести, как сейчас.

Я знал, что нужно делать.

Дэвид Хендерсон должен умереть.

Я не был настолько наивен, чтобы думать, что смогу справиться в одиночку.

У него слишком много связей. Слишком много грязи. Этот человек держал за горло целую систему.

В мире, полном продажных копов и гнилых судов, он был на короткой ноге с каждым из них.

Единственный способ победить — играть умно.

В этой игре в кошки-мышки иначе не выжить.

Чтобы выманить его, мне нужно было стать призраком.

А для этого — найти стаю.

Я только надеялся, что не ошибся, связавшись с Мортико Гонсалесом и его людьми.

Бегать по поручениям у гангстера — не самый блестящий путь. Но это всё, что у меня было в арсенале.

И я бы сделал это снова, если бы знал, что она будет в безопасности.

Я готов был уничтожить весь чёртов мир ради этого.

ГЛАВА 13

Хоуп

Я проснулась на рассвете, когда первые лучи солнца залили огромную спальню Хантера, и просто лежала на боку, часами глядя на него. Он спал обнажённым, великолепным и, к моему разочарованию, лицом вниз, с подушкой под рукой, повернувшись ко мне щекой.

Всю жизнь меня окружали сильные мужчины.

Меня вырастил самый сильный человек, которого я когда-либо знала, и, благодаря ему, я сама выросла или, по крайней мере, надеялась, что выросла в сильную, независимую женщину.

Но иногда мне хотелось сломаться.

Хотелось завянуть, рассыпаться.

Иногда мне хотелось быть хрупкой.

А в другие дни — надеть плащ супергероя и покорить весь мир.

С Хантером я могла быть разной.

Он принимал каждую сторону моего сердца — все мои версии.

И я хотела быть с ним.

С мужчиной таким сильным и уверенным в себе.

С тем, кто поднимет меня, если я оступлюсь.

На кого я смогу опереться, когда мне тяжело и я устала.

Кто пойдёт ради меня сквозь огонь, а потом даст алиби и отвезёт на машине прочь, если нужно будет скрыться.

Сила, что жила в нём, притягивала женщину вроде меня.

Каждый раз, глядя на него, я вспоминала слова песни Head Over Feet Аланис Мориссетт.

Я действительно по уши влюбилась в Хантера Казарацци, и это была целиком его вина.

Пугала скорость, с которой я в него влюбилась, и то, как быстро он сумел стереть двадцать лет безусловной любви. Он вытеснил единственного мужчину, который когда-либо владел моим сердцем, и мгновенно, без спроса, занял трон моей души.

Я не гордилась этим.

Но так получилось.

Я изучала его, запоминала каждую черту: густые тёмные ресницы на щеках, аккуратно подстриженная щетина, губы, чуть приоткрытые во сне. Он не храпел и не дёргался.

Наоборот, почти не двигался вовсе.

Если бы не размеренное движение грудной клетки, казалось бы, я лежу рядом с призраком. Но это почему-то даже успокаивало.

Самое странное было то, что когда я прикасалась к Хантеру, он не напрягался, не отстранялся, как я привыкла.

Он издавал гортанные звуки удовольствия и придвигался ближе.

— Привет, — прошептала я, сердце уже билось слишком быстро, когда его ресницы дрогнули, и он открыл глаза.

— Доброе утро, милая, — его голос был хриплым от сна, но в глазах было столько тепла, что мне стало больно. Меня ещё никогда так не встречали взглядом.

Я не удержалась и провела рукой по его волосам, откидывая их с лица.

— Видишь? — шепнула я, касаясь ладонью его щеки. — Ты проснулся, а я всё ещё здесь.

Улыбка, которой он ответил, была такой красивой, что мне захотелось плакать.

Он был таким тёмным, опасным, искалеченным, и я была на крючке.

Потому что сердце этого человека — его душа?

Оно пело.

И пело песню, которую моя душа, казалось, помнила с незапамятных времён. Я