Нежеланный жених - В. Ф. Мейсон

если понадобится. Наши методы не всегда приятны, и мы оба это знаем. У твоей жены могут возникнуть проблемы с этим, и ты должен пообещать поддержать меня. И я обещаю, что всё, что я сделаю, не будет опасным для Психеи и не заставит ее ни к чему принуждать.

Мы оцениваем друг друга несколько мгновений, прежде чем я, наконец, протягиваю руку.

— По рукам, но если ты когда-нибудь нарушишь договор или Психея прибежит ко мне в слезах? Сделка расторгнута.

Как ребенок жестокого отца, ведшего двойную жизнь, я бы никогда не проигнорировал крик женщины о помощи.

— По рукам.

Он достает телефон, нажимает что-то на экране и подносит его к уху. Через секунду он говорит:

— Киан, помнишь то кольцо, которое ты разработал?

Он уходит, чтобы обсудить детали, когда звонит мой собственный телефон.

Я вижу имя Матильды, вспыхивающее на экране, и снимаю трубку.

— Алло?

— Мистер Райт, я звоню сообщить вам, что ужин будет подан через час.

— Что?

Взглянув на кривые часы, висящие на стене, я понимаю, что уже семь.

— С каких это пор ты информируешь меня о таких вещах?

Я целую вечность не ужинал дома, и когда я всё-таки появляюсь в особняке, то либо для того, чтобы завалиться спать, либо чтобы перезарядиться.

Единственная причина, по которой я всё еще содержу это поместье и весь персонал, — это уважение. Они работали на мою семью с моего рождения, а Матильда когда-то была моей няней.

Даже если эта женщина помешана на правилах, которые не имеют никакого смысла, — не то чтобы я расспрашивал ее о них.

— Мистер Райт, теперь вы женаты, и по правилам этого дома супружеская пара обедает вместе.

Несмотря на то, что я приехал сюда за кольцом, я планирую игнорировать свою жену, потому что если я увижу ее в своем доме, в моем кольце, когда она ест мою еду?

Да, я могу просто снести всё со стола и взять ее прямо там, если она будет не против.

Это катастрофа в зародыше, и я не стану подвергать себя такой пытке, потому что я недостаточно силен, чтобы выдержать это.

— Мне плевать на правила, Матильда. Я не приду, так что не ждите меня.

— Вы придете на ужин и пообедаете со своей молодой женой, мистер Райт, или клянусь богом… — она почти визжит в трубку и бросает ее.

Чтобы Матильда так вышла из себя, она должна действительно дорожить этим ужином. Хотя я не помню, чтобы мои родители когда-либо обедали вместе, но опять же, они не лучший пример, так как мой отец никогда не уважал свой брак.

Я бы всё равно проигнорировал это, но я хорошо знаю Матильду. Когда она раздражена, она склонна выбирать цель, на которую выплескивает свое недовольство. Если я не явлюсь, она отыграется на Диане, а это неприемлемо.

Так что, даже если это убьет меня, я пойду и поужинаю со своей женой.

Остается только надеяться, что после этого я не прикую ее к своей кровати.

Глава 7

«Дома нашего детства хранят все наши сокровенные секреты…

Ведь они видели, как мы росли, и поэтому являются свидетелями нашей жизни.

А разве есть человек, который вырос бы без травм?

Вот почему нам следует быть осторожными…

Ведь стоит лишь немного покопаться, как люди могут раскрыть нашу самую большую боль».

Диана

Диана

— Что ж, вполне презентабельно, — бормочу я себе под нос, изучая свое отражение в зеркале и проводя раскрытыми ладонями по шелковистому белому платью.

Оно спадает волнами, открывая высокий разрез сбоку, в котором мелькает бедро, и облегает меня так плотно, что подчеркивает каждый изгиб, который в обычные дни я предпочла бы скрыть.

Однако когда я вошла в гардеробную, на единственных плечиках висело только это платье, а рядом — комплект белья и ночная сорочка. Внизу стояли серебристые туфли на каблуках; я поняла, что тот, кто это выбирал, продумал всё до мелочей, так как вещи идеально сочетались между собой.

Словно это мое свадебное платье, а лежащий на кровати букет завершает композицию.

Красные розы, разумеется.

Я беру с прикроватной тумбочки кисть и наношу немного румян на щеки, затем подкрашиваю губы помадой. Я не спала, поэтому макияж еще свежий, и я до сих пор не понимаю, зачем мне вообще нужно было переодеваться.

Можно подумать, я настоящая невеста, которая собирается отпраздновать торжество, а не фиктивная жена угрюмого козла, который терпеть не может находиться в моем обществе. И что самое худшее? Несмотря на всё это, я нахожу его привлекательным.

Мне определенно стоит снова пойти к психотерапевту и проработать свои проблемы с отцом. Это единственное объяснение подобному поведению. Может, у меня слабость к мужчинам, которые проявляют ко мне нулевой интерес? Мои проблемы с привязанностью можно описать одной этой влюбленностью.

Раздается громкий стук, и входит Матильда, а за ней — две женщины.

Та, что одета в стандартную черно-белую форму горничной, представляется:

— Здравствуйте, миссис Райт. Меня зовут Анна, и я к вашим услугам.

Что-что?

Я смотрю на Матильду, так как это, вероятно, очередное ее правило. У нее что, припрятана какая-то древняя книга с указаниями, или она придумывает всё это сама?

— Анна будет заниматься вашими вещами и поручениями. Если вам что-то понадобится, зовите ее. Не Леона.

Она делает ударение на его имени, и я пожала плечами. Я бы и так не стала его звать, но мне любопытно, почему она так непреклонна в том, чтобы не беспокоить дворецкого. Если только это не еще одно правило, которое нужно соблюдать?

— А это Риа. Она сейчас снимет с вас мерки.

Она указывает на женщину в черном платье и балетках в тон.

— Мои мерки?

— Да. Она будет вашим персональным шоппером[1] и стилистом. Как только у нее будут ваши мерки, она сможет приносить вам всю необходимую одежду, которая будет сидеть на вас и подчеркивать вашу красоту.

— Не думаю, что в этом есть необходимость. У меня есть одежда дома.

Риа и Анна переглядываются, а затем опускают глаза, пока Матильда хмурится и подходит к кровати, где лежит мое черное платье. Она берет его, проверяет материал и этикетку.

— Это очень дешево, и цвет выцвел. Если вы надели это на свадьбу, я полагаю, это было ваше лучшее платье.

Я хлопаю ресницами, потому что, да, это правда. У меня никогда не было дорогой одежды, так как отец считал это пустой тратой денег.