Ты – мой капкан - Катерина Пелевина

Ненавижу его буквально… Презираю. А ещё то, как остальные девушки вокруг на него пялятся. Включая ту самую Русанову сбоку. Она всегда меня недолюбливала. Но сейчас опять смотрит как на работе Лиза. С презрением и недоумением. — Так и быть, я дам тебе ещё один шанс…

— Можешь засунуть его себе в задницу.

— Чем больше говоришь гадостей, тем сильнее провоцируешь на то, чтобы я засунул что-то в твою… А я могу засунуть. Так, чтобы заплакала… Нравится тебе такое, Амелия? — склоняется к моему уху, и мне хочется ударить его лбом. — Хотя я же не дурак. Понимаю, что ты нетронутая. По тебе видно…

— Что тебе там видно, а?! Катись давай, Назар. Вон тебя половина группы хочет. Так что вперёд! — успеваю сказать, и в этот момент входит преподаватель, начав раскладывать лекции по столу и взяв в руки интерактивную ручку.

Только тогда мне удаётся скинуть с себя руку этого идиота… Но меня бесит уже другое. Что я зажата рядом с ним, и он касается меня локтём, будто нарочно. Как же бесит, а…

— В основе деления системы права на отрасти лежит… Что? Кто мне ответит?

Не успеваю я поднять руку, как этот козлина тянет, а она кивает ему, попросив жестом озвучить.

— Предмет и метод правового регулирования.

— Верно, а Вы… Фамилия?

— Грек…

— А-а-а, Назар. Добро пожаловать, — приветствует его Елена Александровна, и он улыбается.

Конечно, они тут уже все были за него в курсе… Получается, это просто совпадение? Он не следил за мной? Ведь так быстро не успел бы обо всём договориться…

— И так, а кто скажет какие в свою очередь бывают методы правового регулирования?

— Императивный и диспозитивный… — отвечаю я без спроса. Хотя она обычно такое не любит. Но я со злости выпалила. Потому что в прошлый раз он меня опередил.

— Правильно, Амелия.

Хорошо, что она меня запомнила. Она резко запоминает студентов. Но я часто отвечаю и имя у меня необычное.

— Будем соревноваться? — улыбается он, рассматривая мой профиль, но я игнорирую. Просто чувствую, что смотрит, а сама не свожу глаз с преподавателя. — Брось, зайчонок мой… Пойми, что если не будешь уделять мне внимания, я уйду к другой…

— Пха! — выдаю, выпаливая ему в лицо. Сверлю его взглядом и шепчу грозно. — Да я ей заплатить готова, чтобы забрала тебя нахрен! Глаза бы мои тебя не видели, чудовище!

— Сук… — ржёт он, уронив лицо в локтевой сгиб, и чуть не хрюкает. Придурок непонятливый.

Потом просто лежит на столешнице и смотрит на меня, словно пытается дыру во мне проделать. Но я вообще не реагирую. Пишу лекцию дальше… Как бы не пекло от его взгляда. Я не знаю, что за мания у него такая, но лично для меня очевидно, что он просто хочет то, чего не получает. Как с теми же яблоками, про которые говорил. Или с самой дорогой игрушкой в магазине… Обычным детям родители предлагают альтернативу, а мажором вроде него покупают оригинал… Ту самую… Вот он и зациклился. Потому что не терпит отказов.

И как только лекция заканчивается я тут же подрываюсь и пулей бегу к выходу с другой стороны, где вышла Русанова.

На моё удивление Назар не догоняет. Просто спокойно выхаживает вдоль коридора со своими новыми знакомыми и что-то у них спрашивает, а там и девочки тут же облепляют его со всех сторон. Это было вообще неудивительно. Я помню, как они лезли к тому, что идёт рядом с ним. Кириллу Горцеву… Он тут кажется, с половиной уже успел переспать за такой короткий период… Ладно хоть детей не наделал. К слову о ситуации в моей семье… Ума хватило…

И перед лекцией гражданского права, на которое я спешила, мы всей толпой оказываемся в коридоре в ожидании преподавателя, потому что аудитория ещё закрыта. Кто-то сидит на подоконнике, кто-то просто стоит у стены, а кто-то возле Назара, будто приклеили…

Но я зависаю в телефоне и смотрю объявления о сдаче квартир. Господи Боже, откуда, блин, такие цены… Аренда за месяц плюс счётчики… И залог. У меня перед глазами сразу мутнеет. Они там что все с ума посходили?! Если мне что-то и по карману, то где-то за городом… Очень далеко. Но как тогда добираться? Особенно после работы туда? У меня ни прав, ни машины…

Нет, я точно сойду с ума от этих новостей…

Грущу…

Но апогеем служит то, что вижу, как Грек флиртует с нашей звездой группы. Оксаной Федченко. Не потому что что-то к нему чувствую, а потом что вот она — истина жизни. Такие как он в конечном итоге тянутся к таким как она. А потом создают свою богатую ячейку общества. С такими как я, как говорит, тётя только играют, а потом дают деньги на аборт, как моей сестре… Ужасно…

Оксана, конечно, всегда сияет. Вот про таких, как она говорят, что они созданы быть красивыми. Всегда в платье, не знаю, сколько у неё их. Но порой кажется, что вагон и маленькая тележка… При параде. Накрашена, наманикюрена… Полный набор. И почему же меня так печёт то, что они столь мерзко разговаривают. Она ему в рот заглядывает, а он стоит и рассматривает её, словно на ней нет одежды. Фу…

Какие же неприятные эмоции.

Но есть один гигантский плюс… Сейчас он сядет с ней и оставит меня в покое! А это как раз то, о чём я мечтала на протяжении уже нескольких дней, блин.

Приходит преподаватель, и я тут же иду на своё место. Обычно всегда выбираю второй ряд. Тут и не близко, и не далеко. Самая удобная позиция, чтобы слушать и не мешаться. Ну и порой списывать, ведь я не семи пядей во лбу…

И все мои надежды рушатся, когда он снова усаживается по правую руку от меня.

— Назар… Ты что издеваешься реально? Чего тебе с Федченко не сидится?! — огрызаюсь я, ведь уже обрадовалась, что от него избавлюсь, а он тут как тут.

— Кто это? — спрашивает, насмехаясь.

— Та, с кем вы болтали.

— Заревновала что ли? — продолжает тупить.

— Назар, уходи, пожалуйста!

— Пожалуйста… Как мило… — улыбается он. — Оказывается из этого сладкого ротика могут иногда вылетать добрые слова… — шепчет он и касается моего подбородка подушечкой большого пальца. Мне кажется, я не дышу даже.

Как зависла на этих словах и действиях… У меня даже пульс участился.

Что это вообще было? Зачем он так сделал?

— Не нужно меня касаться! — тут же подаюсь назад. — Я повторяю в