Психо Фейри - Жасмин Мас

Ксеркс был редкостью и объектом высокого спроса. Он рассказывал мне, что родом из мира зверей и добровольно записался в армию королевы фейри.

Я не мог понять, почему.

— Я хочу наблюдать за альфами. Я им не доверяю, — сказал Ксеркс своим мелодичным акцентом, гладким, как масло.

Когда он произнес «альфы», его коричный запах омеги стал более пряным и менее сладким.

Его лицо оставалось непроницаемым, но, как и я, он был не тем, кем казался.

— Да, это, пожалуй, будет разумно, — кивнула королева, отвлекаясь на свиток, который подал ей другой слуга. — Ашeр будет сражаться вместе с ними, чтобы убедиться, что они выживут, а ты, Ксеркс, будешь их охранять, чтобы они не устроили проблем.

Она махнула рукой. Нас отпустили.

Не сказав больше ни слова, мы одновременно развернулись и вышли из атриума.

Когда мы оказались в коридоре, я повернулся к Ксерксу.

— Какого хрена ты об этом попросил? — спросил я его.

Образ обнаженного тела принцессы на экране вспыхнул перед глазами, и я с трудом сдержался, чтобы не зарычать ему в лицо. Ксеркс видел ее обнаженное тело, и я ему не доверял.

Он был омегой-мужчиной, а она альфой-женщиной. Оба редкие и биологически совместимые. Огонь в моей душе разгорелся еще ярче.

Фиолетовые глаза Ксеркса вспыхнули отвращением.

— Потому что я не доверяю никому из них, включая тебя. Я все знаю об альфах и понимаю, как вы, ублюдки, устроены.

Я глубоко вздохнул и ушел по коридору, подальше от него. Он ничего не понимал.

Он и понятия не имел о глубине моей, Джакса или Кобры порочности.

Мы не были альфами из цивилизованного мира зверей, мы были альфами из холодного, пустынного мира перевертышей.

Он не имел ни малейшего представления, с чем имеет дело.

Впрочем, как и я.

Глава 6. Сэди

Кареты и предатели

Меня разбудили от депрессивного сна крики стражников, приказывающие нам двигаться. К сожалению, отдых не оказался восстанавливающим, потому что мне снилась кровь.

В кошмаре Дик избивал меня, пока кровь не брызнула мне в глаза. Сначала она жгла, но потом теплая, липкая субстанция стала почти… успокаивающей.

Я официально сходила с ума.

Вместо того чтобы зацикливаться на своих жутких снах, я без сопротивления позволила стражнику вывести меня из тюрьмы.

Джакс и Кобра рычали и хмурились, но не кидались на стражников, которые направляли в нашу сторону сияющие дубинки.

С грустным, сонным взмахом руки Леголасу, нас вывели из подземелья без объяснений.

Поскольку люди больше не швыряли свои экскременты в мертвого стражника, дела определенно шли на лад.

Кроме того, в отличие от прошлого раза, стражники не толкали меня вперед, ведя нас по коридорам дворца. Они шли на почтительном расстоянии позади, держа пылающие дубинки вытянутыми перед собой в качестве предупреждения.

Наши руки были скованы, и они держали наши длинные цепи, но не толкали нас.

Я понимала их осторожность.

Джакс был настоящим мамонтом среди мужчин и превосходил всех стражников по росту и весу.

Тем временем тело Кобры было покрыто синяками и забрызгано кровью. Хрустальный ошейник на его шее делал его похожим на закованного зверя, и он оскаливал зубы каждый раз, когда на него смотрел стражник.

К тому же не будем забывать, что Джакс раздавил голову стражнику, как виноградину, а Кобра забил стражников до смерти в спальне.

На данный момент я была единственной альфой, которая в приступе ярости никого не убила.

Кто бы мог подумать, что именно я окажусь самой психически стабильной?

Роль, которую я никогда не примеряла на себя.

Пока я шла рядом с ними, мое длинное платье волочилось по полу. Оказалось, что рост в пять с половиной футов делал меня ненормально низкой как в царстве перевертышей, так и в королевстве фейри.

По сравнению с Джаксом и Коброй с их внушительными телами и общей аурой неблагополучия, я выглядела как безобидный ребенок, играющий в переодевание.

Когда мы шли по огромным коридорам, расписанным замысловатыми фресками и покрытым золотой фольгой, я пыталась сориентироваться.

Проблема заключалась в том, что я была ошеломлена всем, что мы узнали об этом королевстве, и была слишком голодна, чтобы мыслить критически.

Мой главный вывод — королева была пиздой, а меня похитили.

Наверное, я должна была быть на седьмом небе от счастья из-за того, что где-то в другом мире меня, возможно, ждет любящая семья, но я чувствовала только печаль. Люсинда была моей семьей, а она находилась в целом мире отсюда.

Единственным благословением было то, что она училась в школе до восемнадцати лет и не имела ни малейшего понятия о том дерьме, через которое я проходила.

Я попыталась придумать план.

Мне нужно было всего лишь пережить королеву, сбежать из королевства фейри, пройти через ледяной мир перевертышей, добраться до таверны Дика, убить Дика, если он еще жив… и ждать Люсинду, когда она вернется.

Слава Богу солнца, она вернется только через два года. Что-то подсказывало мне, что мне понадобится все время, которое я смогу выкроить.

Живот болел, глаза жгло от слез разочарования. Неужели жизнь хоть раз не может быть простой? Мне не казалось, что я прошу слишком многого.

Вместо того чтобы рыдать, как маленькая сучка, я глубоко вдохнула через нос и сосредоточилась на положительных сторонах.

Мы больше не находились в вонючей тюрьме, и я была не голой.

Могло быть хуже, я могла буквально гореть заживо.

Стражник указал своей светящейся дубинкой на золотую арку и заорал:

— Выходите через те двери!

Я шагнула через золотую витражную дверь и едва не потеряла сознание.

Хорошая новость — в королевстве фейри не было сорока градусов мороза и холодного адского пейзажа, как в мире перевертышей.

Лучи солнца щекотали мои щеки, и моя золотистая кожа засияла, когда тепло окутало мое тело. Горячее, теплое, уютное, ласковое, яркое, ослепительное, фантастическое солнце поцеловало меня в щеку сочным поцелуем.

Святые сиськи.

В небе висели два огромных солнца, яркие и раздутые. Одно было ослепительно-желтым, а другое ярко-зеленым.

Я никогда прежде не чувствовала такого восхитительного тепла. Это было похоже на погружение в горячую ванну. По впечатляющему теплу, излучаемому вокруг меня, я могла сказать, что даже по отдельности каждое из этих солнц было намного теплее, чем красное солнце в мире перевертышей.

— Вау, мир перевертышей отстой, — сказала я, когда тепло окутало меня самым теплым объятием. До этого момента