Голос извне - Саяна Кошкина

него. От этих слов стало одновременно леденяще холодно и жгуче стыдно. Потому что в этой похожести была правда. И потому что часть меня — та, что любила риск и сложные игры — отозвалась на это сравнение тихим, предательским трепетом.

Энор Новски.

— На Земле все такие? — перевел тему Сар.

— Такая жизнь, — пожала я плечами. — Женщины почти наравне с мужчинами. Нет энергополей, нет этой тысячелетней традиции обожествления и порабощения одновременно. Там… ты просто человек. Со своими выборами и со своей судьбой.

— А ты? — он включил автопилот и повернулся ко мне. Его серые глаза были серьёзными. — Жалеешь, что оказалась здесь?

— Да, — тихо призналась. — Я могла бы соврать, Сар. Сказать, что «нет, не жалею, ведь встретила вас!». Но не скажу. Я безумно люблю и тебя, и Ильхома. Благодарна судьбе за эту встречу. Но любовь — это не всё, Саратеш. Есть ещё я — та, что выросла в другой почве. Та, чья натура формировалась под другим солнцем. Пересадить полевой цветок в горшок и поставить на подоконник — ещё не значит, что он будет счастлив. Он будет жить, но будет тосковать по ветру и простору.

— Дело не в любви, да? — понимающе бросил Сар.

— Не в любви, ты прав.

— Но не все же так плохо?..

— Не плохо, нет, — я задумалась, формулируя мысль так, чтобы не обидеть Сара. — Чуждо. Здесь, в Империи мне приходиться бороться за право быть собой. За право выйти из дома без сопровождения. За право выбрать платье, которое нравится мне, а не предписано протоколом. Вещи, которые на Земле были «по умолчанию», здесь — вызов, грех, ошибка. Там, на Земле, я была частью человечества. Здесь — я инородное тело. Деталь, которая не вставляется в отполированную картину вашей истории.

— И узнавая тебя лучше, я могу сказать, что ты… не привыкнешь, — хмыкнул невесело Саратаеш.

— Привыкнуть — значит сдаться. Это значит предать себя и свою родину, семью, саму себя. А я не из тех, кто сдается. И я ни в коем случае не предательница. Как и большинство землянок, — я игриво подмигнула мужу, и он рассмеялся.

— Представляю, что ожидает наших кхарцев, если они все же найдут твою Землю и наладят контакт с землянами, — хохотнул муж. — Мы на месте.

Я осмотрелась. Мы приземлились у того самого рекреационного центра, где отдыхали всем кланом. Как пояснил Ильхом, эти места использовались не только для отдыха, но и для вот таких… деловых свиданий.

Я поцеловала Саратеша долго, страстно, будто пытаясь передать ему через прикосновение всё, что не договорила. Потом выпорхнула из флая и направилась к зданию, высоко подняв голову. Мой красный хвост развевался за спиной как боевое знамя.

В холле меня уже ждал он — Аррис Тан. Мужчина среднего роста, лет сорока, судя по виду. Ничего выдающегося. Светлые, аккуратно подстриженные волосы. Чистое, правильное лицо с усталыми серыми глазами. И серебристые феерии — не яркие, а скорее тусклые, словно припылённые. Он был одет в простой, но дорогой тёмно-серый костюм. В его позе читалась неловкость и… обречённая покорность.

— Светлых звёзд, госпожа, — его голос был ровным, безэмоциональным, но я уловила в нём лёгкую дрожь.

— И вам светлых, — ответила я, стараясь, чтобы моя улыбка не выглядела фальшивой.

Аррис предложил пообедать и я согласилась. Пока мы шли, я краем глаза изучала его. Никаких видимых следов болезни. Только странная нервная привычка — он слишком часто моргал, а когда пытался улыбнуться, у него дёргался уголок рта. Он казался не живым человеком, а хорошо запрограммированным, но начинающим глючить андроидом.

— Я предлагаю перейти сразу к делу, — сказала я, как только дроид-официант поставил перед нами бокалы с чем-то тропическим.

— Я в курсе, что с вами связывалась глава моего родительского клана, госпожа, — говорил ровно Аррис, не поднимая на меня глаз. — И я уверен, что вам совершенно не нужен больной муж. Однако я поражен, что вы все-таки решили со мной встретиться. Неужели матушка предложила вам настолько крупную сумму?

— Дело не в кредитах, — парировала я. Его прямоту я оценила. — Мои мужья и я достаточно обеспечены. Я предлагаю сделку.

— Любой брак на Кхаре — сделка, — констатировал он, наконец подняв на меня взгляд. В его глазах была не злоба, а усталое понимание.

— Да, но сделка может иметь разную основу. Вам нужна моя энергия, а мне — третий муж, — сказала я твердо, подхватывая в руки бокал. — Я не обещаю ни любви, ни ласки, ни совместных ночей. Но в тоже время я гарантирую вам полную свободу и не претендую на ваши финансы, работу, увлечения.

— Какой смысл? — поднял удивленные глаза Аррис. — В чем подвох?

— Вам нужно жить, разве вы сам не хотите?

— Хочу, — кивнул ледышка. — А вы?

— А я третьим браком выполню договор переселенки с Империей, — сделала глоток из бокала и удивилась, ибо этот напиток уж очень был похож на земную пина-коладу. Вау!

— Просто… жить в одном доме ради энергии? — он покачал головой. — Это звучит жутко. Унизительно для вас.

— Возможно, — согласилась я. — Возможно, вы мечтали о взаимной любви. Но сейчас мы оба в уязвимом положении, Аррис. Если в будущем вы встретите кхарку, которую полюбите… я вас отпущу. Без условий.

— Так просто? — удивился Тан и мне показалась, что даже расстроился. Я еще раз оглядела его и поняла — ничего не откликается в груди.

— Вы милый, очень приятный мужчина, но… я не знаю, смогу ли стать вам полноценной супругой. Заметьте, что я честна и открыта, — допила залпом остатки. — А можно мне еще такого-же, пожалуйста!

Аррису явно требовалась передышка. А мне — ещё порция этого странного, но такого родного напитка. Ирония ситуации не ускользала от меня: я сидела на «свидании» с будущим мужем и думала о коктейлях. Я чувствовала себя истинной кхарской аристократкой, что собирает коллекцию мужей: одного — для секса, второго — для души, третьего — чтобы семейную кубышку пополнять. Трындец!

— Я согласен, но как это все оформить? — спустя продолжительную паузу высказался Тан. — Брачные договоры на Кхаре подобного не предполагают.

— Заключим стандартный договор, — сказала я, встречая его взгляд. Его феерии за время разговора стали чуть ярче, стабильнее. Моё поле работало, даже когда я просто сидела рядом. — На всё остальное — только моё слово. И ваше. Согласны?

Он смотрел на меня долго. Потом медленно кивнул, сначала самому себе, как будто утверждая какое-то внутреннее решение. Потом поднял руку с коммом. Через секунду на моём устройстве всплыло уведомление.

Я открыла, пролистала дико длинный список, клацнула на «стандартном» типе