Академия Высших: студенты - Марта Трапная

class="p1">– Ну ладно, – Сигма замолчала. Что она еще могла ему сказать? Фа явно напугало то, что случилось. Настолько, что он даже не решался ступить на эту дорожку, ведущую на поляну. Надо уже запомнить, что нет здесь у нее друзей и не будет. Даже если кто-то очень напрашивается. – Ты сам найдешь, как выйти? Или тебя проводить?

– Да я не собираюсь никуда уходить!

– Тогда пошли, – резко ответила Сигма, развернулась и пошла в сторону поляны.

Фа ее догнал через пару шагов.

– Знаешь, я не думал, что это все всерьез.

– Что?

– То, что про тебя говорят. Что вокруг тебя все время что-то случается. Я думал, может быть, совпадения. Или твой характер. Козни Эвелины.

– Все так и есть, – согласилась Сигма. – Дурной характер, козни Эвелины, совпадения.

– То, что было сейчас, – нет, – решительно возразил Фа. – Это сделала ты. Сама.

Сигма грустно посмотрела на Фа.

– Ты хочешь сказать, что я что-то такое… умею, чего не умеешь ты.

– Да, хотя это не чувствуется.

Они вышли на поляну и остановились.

– Ого, а тут красиво, – удивился Фа.

Первым делом он направился к коту – все всегда первым делом смотрят на кота, потом на стрекозу. И только потом замечают эти проклятые солнечные часы, которые совсем не часы. Впрочем, часы у Фа не вызвали никаких эмоций, в отличие от кота.

Фа лишь подошел к ним, посмотрел пару секунд и вернулся на скамейку с котом. Сигма села рядом со стрекозой.

– В общем, эта штука, – Сигма кивнула в сторону часов, – была сломана. Она была вся в пыли, диск в трещинах. И еще она не позволяла к себе прикоснуться, отталкивала и деструкторов, и конструкторов.

Фа подошел к часам, провел ладонью над диском и осторожно опустил на него пальцы. Ничего не случилось.

– Сейчас не отталкивает.

– Да, – кивнула Сигма. – Потому что мы его починили. Я, Гамаль и Айн.

– Я бы позвал еще одного конструктора. А как ты решила, что нужно трое?

– Случайно вышло. Я позвала Гамаль, а Айн с нами увязался. У нас с Гамаль ничего не получилось, а когда Айн присоединился… получилось, – Сигма вздохнула. – Вот я тебя и позвала все это рассказать и узнать, что ты по этому поводу думаешь.

– Что?

– Вот я и спрашиваю – что?

Фа смотрел на нее с тем самым недоверием, которое бывает на лице у человека, когда он пытается понять, шутит собеседник или нет.

– Ну… как тебе сказать… я должен подумать, – Фа нервно облизнул губы. – Ты понимаешь, что сейчас для меня это все выглядит так… как тогда, когда я жил себе жил, а потом – раз и узнал, что можно пойти и выучиться на бога. Не так сильно, но… Я думал, все тут знаю, понимаю. А оказывается прямо здесь рядом со мной идет совсем другая жизнь.

– Да никакая она не другая, – возразила Сигма. – Та же самая.

– Нет! – Фа даже вскочил на ноги. – Ты посмотри: вот это все, я здесь полтора года и ни разу не видел. Эта твоя гравитационная подушка. Аллея скульптур. Перламутровое небо. Как будто другая реальность.

– Та же самая реальность, – с досадой ответила Сигма. Она ждала не этого. Фа думал о себе, а она хотела услышать, что он думает о ситуации. Она что, виновата, что они все такие нелюбопытные, послушные и не любят гулять?

– Почему тогда мы всего этого не видели? Я тут умираю со скуки, правда. Я думал, что знаю все про нашу Академию. Чего только не делал, чтобы не скучно было!

– Влюбляться не пробовал?

– Зачем?

– Говорят, очень… развлекает.

Фа пожал плечами.

– Это же бессмысленно. Мы все пройдем инициацию и у нас исчезнут чувства.

Сигма посмотрела на парня с сочувствием.

– Ну, за четыре года можно по крайней мере получить массу удовольствия от секса.

Фа рассмеялся.

– Секс тоже надоедает. Это же человеческие потребности. Как поесть. Поспать. А мне хочется не этого! А событий. Вот как сейчас. Необычных. Мы же не в обычном институте учимся. А у нас все необычное только на занятиях. А закончились занятия – и мы тут же превращаемся в обычных людей.

– Это ваши проблемы.

– Да-да, – согласно закивал Фа. – Я знаю. А вот ты – нет. Ты все время деструктор.

Сигма хотела возразить, но не стала. Фа прав. Она постоянно все разрушает. Стены. Дружбу. Судьбы.

Может, она бы не делала так, если бы ее не перевели в этот филиал. А может, этот перевод ни при чем. Может, она начала все разрушать еще раньше, может быть, то наводнение было ее рук делом? Теперь разве узнаешь?

– Эй, почему ты плачешь? – спросил Фа.

– От разочарования, – зло сказала Сигма, вытирая щеки. Она и не заметила, что плакала! – Слушай, ты же не маленький ребенок, Фа. И раз ты так завидуешь мне, можешь себя взять в руки и не плакать о своей унылой жизни, а попытаться разобраться, что здесь произошло или происходит?

– Плачешь здесь ты, – сказал Фа.

Он пересел к Сигме на скамейку и протянул ей пачку салфеток.

– Откуда у тебя салфетки? Ты всегда их с собой носишь?

– Ага, – легко согласился Фа. – У меня постоянно глаза слезятся от ветра. От холода. От солнца. От всего.

Сигма вздохнула.

– Я пытаюсь разобраться, – мягко сказал Фа. – Но я смотрю своими глазами. Ты ведь за этим меня позвала, да? За свежим взглядом?

Сигма кивнула.

– Когда это случилось? – спросил Фа. – Перед эпидемией, да?

Сигма кивнула.

– Я думаю, это связано, – сказал Фа. – Серьезно. Никогда ни разу никакой эпидемии не было. Я все думал, откуда она появилась. У нас разные столовые у разных курсов. Разная вода. Значит, это не еда. А единственное общее у всех – это воздух. Но мы здесь… отрезаны от всего мира.

– Хочешь сказать… Эпидемия началась отсюда?