Душа для возрождения - Опал Рейн

Вина заколола на затылке, но он не мог сдержать ярость, которая душила его при мысли о том, что Алерон прикоснется к Эмери так же, как он. Внутри, на таком глубоком и невероятно интимном уровне. Ее запахи, ее звуки, сама температура ее кожи… всё это принадлежало только ему.

Он не желал делить это с Алероном.

— Вы не можете делить невесту, — вмешался Велдир. — Либо один из вас останется за пределами связи, либо вы разорвете душу пополам и уничтожите ее, пытаясь поделить.

— Тогда… — Алерон медленно и неуверенно поднял голову к духу пустоты. — Как мне получить свою?

— Здесь? Невозможно, — сказал Велдир, поворачивая видимые фрагменты своего лица к его сородичу. — Однако я надеюсь, что для тебя еще не всё потеряно.

— Что ты имеешь в виду?

— Сейчас у меня нет для тебя ответа, но я предлагаю тебе начать взаимодействовать с находящимися здесь людьми. Возможно, твоя невеста уже среди них. — В его тоне послышалась усмешка, когда он задумчиво добавил: — Возможно, ты украдешь у меня еще одну душу.

Открытый и загадочный ответ Велдира погрузил их обоих в молчание, пока они обдумывали его.

Было ли Инграм прав с самого начала?

Есть ли… шанс на возвращение Алерона?

Глава 41

Когда Инграм впервые добрался до конца привязи, он был сбит с толку тем, что она была прикреплена к спине кого-то, кто явно не был Эмери.

Призрачная фигура была мужской, судя по тому, что он мог сказать о ее росте, телосложении и осанке. Даже волосы у него были короткими и слегка торчали ежиком.

Однако именно пронзительное хихиканье за ними, хоть и далекое, было ему знакомо.

Этот чертов самец стоял на пути!

Привязь проходила сквозь его фигуру, чтобы добраться до нее.

Надежда согрела его грудину, когда он шагнул в сторону, но лишь для того, чтобы… угаснуть.

Это была не Эмери. По крайней мере, не та самка, которую он знал.

И самым душераздирающим было то, что она отошла от духа, с которым разговаривала, пошла вперед, пока они следовали за ней, и прошла прямо сквозь него, словно его там и не было. И хотя он ничего не почувствовал, холодная дрожь все равно пробежала по его телу, когда она испарилась в нем, лишь чтобы материализоваться у него за спиной.

Она не выглядела точно так же, и все же он узнал ее голос, овал лица, ее рост и фигуру.

Она просто… изменилась.

Он не мог не последовать за ней, крадясь рядом и желая, чтобы его рука, постоянно тянущаяся к ней, смогла коснуться ее. Чтобы она повернулась к нему и с улыбкой поздоровалась. Чтобы она… увидела его.

Ее заливистый смех, когда она, держа корзину с едой, разговаривала со своим спутником, лишь эхом отзывался зияющим одиночеством внутри него. Как она могла казаться такой… счастливой здесь без него? Такой беззаботной, словно он вообще ничего для нее не значил.

Ее улыбка была лучезарной, а выражение лица — радостным.

Как он мог нарушить ее вечный покой, если ей, очевидно, было так хорошо и без него?

— Почему у нее другое лицо? — спросил Инграм, заметив, что оно выглядело моложе, живее и не было изуродовано ожогами. — Ведьма-Сова сказала мне, что она будет такой, какой я видел ее в последний раз.

Был ли он разочарован тем, что она выглядит иначе? Немного, но только потому, что ему было трудно узнать в ней ту самку, которую он выбрал, ту, в которую влюбился.

Он обожал в ней каждую черточку, от ее веснушек и шрамов до печали в ее порой затравленном, отстраненном взгляде.

— То, что ты здесь видишь, — это воспоминание, — объяснил Велдир, заставив Инграма отвести взгляд от Эмери и переключить все внимание на него. Он был без головы, из-за чего невозможно было увидеть выражение его лица. — Я приношу сюда души и связываю их с их самыми сильными привязанностями, позволяя им снова и снова проживать свои самые счастливые воспоминания вместе. Это приносит им покой и заставляет их… перестать кричать.

Велдир содрогнулся так сильно, что вся его сущность рассеялась. Она быстро слилась в его случайные части, оставив его похожим на шелковую ткань, кружащуюся и парящую, обнажая различные части его тела и конечности. Его стало меньше, чем раньше, он стал тоньше, и его было труднее разглядеть.

Осознание этого немного умерило жгучее чувство предательства, которое начало его опалять. Дело было не в том, что она не заботилась о нем, она просто потерялась в собственном прошлом — том, частью которого он еще не стал.

Инграм еще раз провел рукой сквозь ее дух.

— Если я не могу с ней заговорить, как мне попросить ее стать моей невестой?

— Вот, я могу помочь! — воскликнул Алерон, подпрыгнув вперед с вытянутой рукой.

— Я бы не стал этого делать, — заявил Велдир, но было уже слишком поздно.

Инграм замер, наблюдая, как его сородич накрыл всю ее голову сбоку своей огромной рукой. Эмери остановилась рядом с незнакомцем, полностью замерев, словно пробуждаясь к реальности. Затем она повернулась, посмотрела вверх на Алерона, возвышающегося над ней с угрожающе вытянутой когтистой лапой, и издала ужасающий визг.

Она дернула своего спутника вперед, и тот врезался в грудь Алерона, тоже, казалось, очнувшись от транса. Человеческий самец издал рев и практически упал навзничь на Эмери, которая споткнулась о собственные ноги.

На долю секунды они оба оказались совершенно голыми, пока из воздуха с клубом дыма не появилась одежда, окутавшая их тела. Черты лица Эмери вернулись к тем, которые он знал, ее шрам проступил на поверхности, словно прорастающий пепел.

Алерон удивленно вскрикнул и попятился, опускаясь на землю.

— Что это за хрень?! — закричал самец, указывая на костяное лицо Алерона.

Никто из других духов поблизости не замечал происходящего, несмотря на суматоху. Они даже проходили сквозь Эмери и ее запаниковавшего спутника, осевших на землю.

Она смотрела на Алерона, ее грудь тяжело вздымалась и опускалась, прежде чем в конце концов дыхание начало успокаиваться. Она моргнула, посмотрела вверх, вниз, а затем по сторонам. Ее взгляд упал на Велдира, и ее глаза расширились от недоверия.

— Где я? — спросила она, прежде чем снова перевести взгляд на Алерона. Казалось, Инграма она вообще не замечала. — Ты… ты Сумеречный Странник. — Она простонала, схватившись за лоб. — Минуту назад я была в замке, а потом разговаривала с…

Ее лицо замерло, и она резко повернула голову вправо, откинувшись назад. Затем на ее лице засияла самая