Это мы не проходили - Мугуа Хуан

Сюй Шэн облокотился на подоконник, глядя на это. Его парень занимался «списыванием» как-то совсем не так, каким представлял его обычный человек.

Вот она — вселенная отличников?

Шао Чжань почти дописал половину, когда повернул голову к Сюй Шэну.

Он, пока окружающие не заметили, пошевелил пальцами, давая знак Сюй Шэну подойти ближе, и когда тот и правда наклонился, Шао Чжань поднял руку и аккуратно взялся за пластиковую палочку конфеты, которую Сюй Шэн держал в зубах.

Сюй Шэн вспомнил, как они только познакомились. Хотя знал, что это маловероятно, всё равно спросил с вызовом: «Ты же не скажешь, что конфеты снова нельзя? До урока ещё есть время».

Шао Чжань сжал палочку, вытащил конфету изо рта Сюй Шэна — в это время все были заняты: кто дописывал домашку, кто готовился к новому уроку, уткнувшись в парты, никто на них не смотрел. Шао Чжань, с абсолютно естественным видом — настолько естественным, будто конфета всегда была его, — положил её себе в рот и сказал: «Не угадал».

Конфета была сладкой.

Апельсиновой.

То, как Шао Чжань держал конфету в зубах, было гораздо нахальнее, чем у Сюй Шэна. В нём проявилась та сдерживаемая в обычные дни холодная дерзость, которую он показывал только перед Сюй Шэном. Сюй Шэн опёрся руками на подоконник и, осознав происходящее, усмехнулся: «Блин».

Никаких «нельзя конфеты» — просто хотел похулиганить.

Шао Чжань, держа конфету в зубах, быстро дописал домашку и отдал обе тетради представителю.

Представитель удивился: «…Так быстро? Ну ты даёшь». Если бы все в седьмом классе могли списывать с такой скоростью, он бы сдавал работы до начала каждого урока.

Представитель пересчитал тетради и понёс их в кабинет Чжоу Юаня.

Сюй Шэн и понятия не имел, что утренняя спешка Шао Чжаня с домашкой была связана с той ерундой, которую он сам нёс в кабинете учителя химии.

Вскоре после начала урока Мэн Говэй, как обычно, начал мотивировать их предстоящими экзаменами: «Скоро уже итоговые экзамены. Не думайте, что времени ещё много — третьекурсники уже проходят третий этап общего повторения. Как только они сдадут, ваша очередь. Сможете ли выпоступить в институт своей мечты — зависит от ваших повседневных усилий и накопленных знаний».

Мысли об учёбе снова были безжалостно озвучены Мэн Говэем. Шао Чжань осторожно спросил: «Ты думал, в какой институт хочешь поступать?»

Сюй Шэн, опустив голову, возился с телефоном и не расслышал: «Что?»

…Ладно.

Шао Чжань решил зайти издалека и холодным тоном сказал: «Вообще-то в жизни есть много разных путей».

На этот раз Сюй Шэн услышал. Он не просто услышал, а расслышал очень отчётливо — настолько отчётливо, что был глубоко потрясён.

Сюй Шэн: «…?»

Шао Чжань боялся его задеть. Нельзя напрямую отрицать чьи-то мысли, нужно направлять постепенно: «Ты понимаешь, что я имею в виду?»

Сюй Шэн не очень понимал.

Он лишь чувствовал, что с этого дня Шао Чжань стал каким-то странным.

Странность проявлялась в том, что Шао Чжань то и дело «нёс околесицу» и даже вернул Сюй Шэну те сборники задач, которые тот когда-то ему подарил: «Это базовые задания. Они подходят тебе больше, чем мне».

Сюй Шэн: «Вряд ли они мне подходят».

Позже Шао Чжань пытался подтянуть его по предметам, но эффект был минимальным. Раньше успехи Сюй Шэна по математике держались на фразе «математический талант» и на особой системе поощрения от Шао Чжаня. Заставить его собраться и подтянуть остальные предметы — было крайне сложно.

Учёба — это такое дело: нужно, чтобы человек сам захотел.

Сколько ни говори, если сам не хочешь повышать уровень — всё бесполезно.

С мыслью «а моего парня, похоже, действительно придётся отдавать в Бэйдай Цинняо» Шао Чжань встретил последнюю неделю семестра — итоговые экзамены.

В день экзамена небо было безоблачным, солнечным.

Из динамиков раздался мощный голос Гу Яньвана: «Ученики, итоговые экзамены скоро начнутся. Возьмите все необходимые принадлежности и проследуйте в свои аудитории, ожидайте наблюдателей — это последняя битва первого полугодия второго курса! Надеюсь, каждый из вас покажет достойный результат!»

Ученики, взяв пеналы, выходили группами.

На этот раз Сюй Шэн и Шао Чжань были в разных аудиториях.

Их разделял длинный коридор — один в первой аудитории, другой в последней.

«Первый экзамен — китайский язык. Время — двадцать минут».

Сюй Шэн сидел в своей аудитории. Из-за того, что математика подтянула баллы, на этот раз он сидел на последнем месте в третьем ряду. Как всегда на экзаменах, он крутил ручку, ожидая, пока наблюдатель раздаст листы.

На другом конце длинного коридора номер Шао Чжаня снова был первым.

Это был первый нормальный экзамен после того инцидента с грозой, вернувший всё на круги своя.

Сюй Шэн написал математику неплохо — пустой осталась только одна сложная задача, всё остальное, что можно было заполнить, он заполнил.

Остальные предметы — как обычно.

Двухдневные итоговые экзамены завершились звонким сигналом: «Время экзамена истекло. Просим всех прекратить отвечать на вопросы».

В этот день у всех в седьмом классе было редкое чувство «освобождения». Хоу Цзюнь с радостью отодвинул парту: «Наша школа проверяет работы дня два-три. Я ещё могу оторваться дома три дня, ребята. Сейчас получите домашние задания по предметам и можете расходиться!»

Сюй Шэн вышел из последней аудитории, на ходу глядя в телефон. В списке контактов горел непрочитанный красный кружок, пометка — «Мам».

— Уже закончил?— Приехать за тобой в школу?

Сюй Шэн собирался ответить, но собеседница, увидев, что он набирает текст, сразу позвонила.

Поэтому Сюй Шэн не пошёл в класс. Хоу Цзюнь хотел его окликнуть, но Сюй Шэн, показывая на телефон, не останавливаясь, направился к безлюдному выходу. Он ответил: «Мам».

Сюй Япин была за рулём. Одной рукой держа руль, она только что выехала с работы: «Как думаешь, написал?»

Сюй Шэн: «Нормально».

Сюй Шэн обычно жил в общежитии и приезжал домой лишь раз в месяц. Сюй Япин была занята, и только сейчас, разговаривая по телефону, они поняли, что давно не общались: «Мам тебя встретить?»

«Не надо, — работа Сюй Япин была далеко от школы. — …От школы до дома на автобусе удобно».

Сюй Япин: «Что хочешь поесть вечером?»

Пока не поднимали одну определённую тему, их разговор шёл мирно.

Сюй Шэн вздохнул и сам решил смягчить обстановку: «Работа сегодня была тяжёлой? Если устала, не готовь. Почему так рано ушла?»

Закончив короткий разговор, они повесили трубку.

Когда Сюй Шэн вернулся, Шао Чжань уже переписал