Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Возможно… Но разве ты так мало знаешь о его семье? Ты же училась с ним в одном классе и дружила и должна была знать его родителей!

— Нет, я ничего не знаю про его семью. Однажды в школе кто-то распустил слухи, что его мать – алкоголичка, но этому так и не нашлось никакого подтверждения. Питер молчал, а учителя старались быстро угомонить ребят.

— А с чего они решили, что мать Питера была алкоголичкой?

— Понятия не имею. Просто ребята не любили Роуза и были готовы унизить его как угодно. Даже распустить слухи, что его мать не могла ни дня прожить без бутылки водки. Из-за того, что одноклассники не ладили с ним, я никогда не верила, что это правда.

— Наверное, они и правда настолько сильно не любили его, если посмели распустить такие слухи.

— Ты права… Бедный парень тогда сильно настрадался из-за них…

Хелен тяжело вздыхает с грустью во взгляде и качает головой, пока Джессика нервно сглатывает, на пару секунд бросив взгляд на свои руки и на простое серебристое колечко, что надето на ее среднем пальце левой руки.

— Знаешь, Хелен, мне кажется, что мы и правда не должны оставлять его одного, — с грустью во взгляде говорит Джессика. — Хоть я все еще не могу простить Питера за то, что он так поступил со мной, мне не хочется, чтобы этот человек продолжал себя губить. В глубине души я все еще переживаю за него и желаю ему только лучшего.

— Лично я никогда не оставлю Роуза и сделаю все возможное, чтобы спасти его, — уверенно заявляет Хелен. — Обещаю, я найду способ. Найду тех актера и басиста и расспрошу их обо всем, что хочу знать. Ради Питера я пойду на все .

— Нет, Хелен, не ты, а мы это сделаем. — Джессика кладет свою руку на руку Хелен. — Я тоже согласна помочь ему преодолеть этот недуг и искать способы спасти этого парня.

— Ты действительно этого хочешь? — удивленно уставившись на Джессику, интересуется Хелен. — Уверена, что не откажешься от своих слов и не отвернешься от него?

— Нет, я не отвернусь от него и помогу ему. Ради него… Ради тебя … Ведь ты – моя близкая подруга, и я хочу, чтобы ты перестала убиваться из-за проблем своего друга.

— В таком случае мы не сдадимся, обязательно поможем Питеру и будем с ним, несмотря ни на что.

— Сделаем это ради нашей дружбы.

— Да… Ради дружбы.

Джессика и Хелен протягивает друг другу руку, чтобы слегка пожать их, и через несколько секунд разрывают рукопожатие, решив не сдаваться и во что бы то ни стало помочь Питеру, который медленно убивает себя и, возможно, находится на грани самоубийства.

***

Тем временем Даниэль и Анна находятся у себя дома. Сегодняшний день мужчина решил полностью посвятить своей любимой девушке. На данный момент он сидит на кровати в своей комнате и играет на гитаре, а девушка сидит напротив него и с легкой улыбкой на лице слушает изумительную мелодию, прекрасно сочетающуюся со столь чарующим низким голосом, который можно слушать бесконечно. Ей всегда нравилось наблюдать за тем, как ее любимый ловко перебирает струны и берет аккорды. Она буквально перестает дышать, когда он поет, не желая, чтобы его голос замолкал хотя бы на секунду.

Время от времени Анна и сама тихонько подпевает Даниэлю и приятно удивляет его своим талантом. Их голоса гармонично сочетаются и вместе звучат просто изумительно. Мужчина уже довольно долго поет и играет, приобретая еще больше уверенности в себе благодаря своей возлюбленной, которая внимательно слушает его с легкой улыбкой на лице и покачивается в ритм.

Но сыграв легкую, непринужденную песенку за три-четыре минут, Даниэль перестает петь, берет последние аккорды и медленно смахивает струны. Когда в комнате наступает тишина, Анна тихонько аплодирует, продолжая нежно смотреть на своего возлюбленного и радовать своей широкой, искренней улыбкой.

— Боже, милый, это было удивительно! — восхищается Анна. — Я могу слушать тебя хоть целую вечность.

— Просто очень люблю играть и петь для своей очаровательной красавицы, — скромно улыбается Даниэль, продолжая держать гитару у себя на коленях и поправляя некоторые струны. — Это придает мне еще больше уверенности и делает мою игру в тысячу раз лучше.

— Ты и без моей поддержки поешь так, что невольно можно залипнуть и прийти в себя лишь тогда, когда тебя начинают трясти за плечи.

— Ну да, не спорю, своим голосом я могу очаровать любого, — Даниэль с гордым видом поправляет свои волосы. — Но вообще-то, мне гораздо больше понравилось то, как ты мне подпевала. Это было прекрасно . Конечно, я знал, что буду приятно удивлен, то ты смогла удивить меня гораздо больше.

— Правда? — округляет глаза Анна. — Тебе правда понравилось?

— Безумно понравилось, моя принцесса. Я тут подумал, что если у меня ничего не получится с группой, то мы с тобой вполне могли бы стать дуэтом и записать пару песенок. Может быть, не в студии, но хотя бы на видео…

— Предлагаешь мне петь с тобой?

— А почему бы и нет? У тебя очень красивый голос, и поешь ты шикарно. Уверен, у твоего таланта появилось бы куча поклонников. Я мог бы дать тебе пару уроков, чтобы ты чувствовала себя более уверенно, но ты и без этого шикарно поешь.

— Если только вспомнить мои уроки игры на фортепьяно и вокала, которые определенно не прошли даром… — со скромной улыбкой пожимает плечами Анна.

— Уроки игры на фортепьяно? — Даниэль откладывает гитару в сторону. — Разве ты раньше занималась музыкой?

— Да, было дело… Мне было лет шесть или семь, когда у меня прошел первый урок… И должна признаться, что хоть у меня и получалось, я терпеть не могла уроки фортепьяно и никогда не любила его.

— Тебя родители заставляли тебя заниматься этим?

— Моя мама. Ей казалось, что если она умеет играть на этом инструменте, то и я тоже должна была. И очень уже моей