Дорогая Шарлотта - Катерина Слезовская

бездушный товар. Некоторые из них были членами парламента. Стыдно! Стыдно, господа! Теперь эти нелюди болтаются на плахе, бесполезно раскачиваясь на ветру. Всё состояние преступников будет изъято в пользу королевской казны и пойдёт на развитие нашей страны. Исключением является род ле Брин. За непосредственное участие и незаменимую помощь в раскрытии дела, всё движимое и недвижимое имущество семьи ле Брин, включая титул, переходит Шарлотте ле Брин, отныне полноправной графине. По толпе прошёл возглас изумления, и я была с ними согласна. — Графиня ле Брин, подойди. — велел Его Величество, и я на ватных ногах побрела под его очи. — Ваше Величество. — осела в глубоком реверансе перед троном. — Поднимись. — махнул рукой король — Ты заслужила своими действиями почести. Скажи мне, есть ли то, что я могу для тебя сделать? — Я очень благодарна за столь щедрый дар, Ваше Величество. — начала я, аккуратно подбирая слова — Титул независимой графини большая честь, особенно для женщины. Но, если позволите, мне бы не хотелось связывать себя с семьёй ле Брин и продолжать этот прогнивший род. С Вашего позволения, мне бы хотелось взять имя рода моей матери, Жасмин ди Сендс. Тогда я смогу по-настоящему гордиться собой. — Хо-хо! Ты слышала, Катарина? — обратился он к сидящей рядом жене — Что ты об этом думаешь? — Полагаю, что Шарлотта более, чем имеет на это право. — улыбнулась королева — Семья ди Сендс полностью поддерживает это решение. — Да будет так. — кивнул король — С этого момента перед вами графиня Шарлотта ди Сендс. Род ле Брин останется лишь в прошлом. — Благодарю, Ваше Величество. — поклонилась я — Если позволите, ещё кое-что. — Что же? — заинтересовался он — Для тебя выполню любую просьбу. — Речь не совсем обо мне. — замялась я — Если Вы пожаловали титул одной женщине, не могли бы поступить так ещё раз? Возможно Вы знаете, что у маркиза Фератесса есть пропавшая дочь Изабель? — Насколько мне известно, этот мерзавец продал её в рабство. — нахмурился Его Величество — Отвратительная история. — Её не продавали в рабство, Ваше Величество. — покачала головой, огорошив всех присутствующих — Она сама сбежала из-под гнёта ужасной семьи. И я знаю, где она. Изабель очень хорошая девушка, умная и честная. Она очень помогла мне, когда на моей стороне не было никого. Я бы очень хотела, чтобы Изабель возглавила род Фератесс, если это возможно. Такие люди нужны нашей стране. Краем глаза заметила, как изумлённо на меня смотрят Эдвард и Кассий. Ну да, я им об этом не рассказывала. На самом деле, до последнего сомневалась, спросила у Молли, и та ответила мне отказом. Но на следующий день пришла ко мне сама и, поджимая губы, сказала, что согласна, что хочет попробовать вернуться, теперь, когда ей больше не угрожает опасность. — Я подумала, что хочу быть сильной, хочу быть, как ты, Лотти. Знаешь, ты очень сильно меня вдохновила. — призналась она тогда — Я всё это время пряталась и жила в страхе, но больше не хочу. И потом, как я буду с тобой дружить, если ты станешь целой герцогиней, а я буду просто костюмершей? Нет, ты от меня не избавишься! Лучше я стану такой же сильной, и мы вместе будем делать благие дела. Крепилась и отшучивалась, потому что смущалась, я видела. Но Молли и правда очень хороший человек, и она мой первый настоящий друг. Я готова защищать её и поддерживать изо всех сил. — Что ж, раз ты так говоришь, то не вижу ничего плохого. — хмыкнул король — В таком случае, всё движимое и недвижимое имущество семьи Фератесс, включая титул, переходит к Изабель Фератесс, отныне маркизе. Да будет так. — Да будет так. — поддержала Её Величество, сверкая на меня одобрительным взглядом. — Надеюсь, ты нас вскоре познакомишь, Шарлотта. — Всенепременно, Ваше Величество. — поклонилась я — Не передать словами моей благодарности. Спасибо Вам, Ваше Величество. Уже начала отступать, чтобы вернуться на место, когда наткнулась на что-то... Что-то... Кого-то! Это был Эдвард, выросший неслышной тенью за моей спиной. — Ваше Величество, позволите занять немного времени? — спокойно спросил он. — Хмм. Интересно. Разрешаю. — отозвался король, хитро щурясь. Что происходит? — Шарлотта! — позвал меня герцог и преклонил передо мной колено. Так! Стоп! Мы это уже проходили! Меня начала бить паника. — Шарлотта ди Сендс, ты самая яркая звезда на моём небе. — продолжил тем временем Эдвард — Только ты освещаешь собой весь мой мир, только ты даёшь мне возможность двигаться, дышать, жить. Только с тобой я могу радоваться каждому дню, часу, минуте, секунде прожитого времени. Только ты даёшь мне смысл всего. Восхищаешь, поражаешь, заставляешь нервничать и смеяться, только ты. Я люблю тебя, Шарлотта ди Сендс. Люблю и буду любить до конца своих дней. Прошу тебя, молю, стань моей женой, моей герцогиней, хозяйкой моего дома и моего сердца. Ты согласна, Шарлотта? Кажется, я забыла, как дышать. Какие же красивые и искренние слова, сердце так и рвётся из груди, но... Этот хитрый гад просто не оставил мне выбора! Нашёл место, где предложение делать! Думает, я не смогу ему отказать перед Его Величеством?! Вот уж дудки! Нет, ну какой гад! Какой мерзавец! Соглашусь только потому, что слишком сильно его люблю! А так бы обязательно отказала, из принципа! Напрасно, что сверкает своей идеальной красотой в парадном мундире. — Я согласна, Эдвард Крастесс. — кажется, я проговорила это так, будто отдавала указ о казни, поэтому поспешила добавить гораздо мягче — Согласна стать твоей женой. Не успела ещё договорить, а на мой пальчик уже скользнуло кольцо, красивое, кстати, даже очень. — Шарлотта! — подхватил меня Эдвард и закружил, после чего полностью подавил мою волю к сопротивлению поцелуем. Нет, не зря я согласилась. Совсем не зря. — Хо-хо! Какие интересные новости! — вернул мне рассудок голос короля. Чтоб тебя черти драли, Эдвард Крастесс! Бесстыдник! Как можно было меня вот так подставить перед такой толпой народа?! Перед Их Величествами! И не стыдно ему?! Совсем с ума сошёл! — Что ж, мои поздравления. — продолжал тем временем Его Величество — Значит, в скором времени нас ждёт свадьба столетия. — Благодарю, Ваше Величество. — поклонился Крастесс, сияя, как начищенный чайник. Я тоже поклонилась и пробурчала нечто малопонятное даже мне, потому что пребывала в крайней степени смущения. — Ты кретин, Эдвард Крастесс! — прошипела на ухо этому бессовестному, стоило нам вернуться на свои места — А ещё бесстыдник и мерзавец! Тебя спасает только то, что я слишком сильно тебя люблю! — Значит, мой план отлично сработал. — самым наглым образом ухмыльнулся мерзавец. — Ты правда