Клушка - Ирина Шайлина

не хотело. Я уселась на лавочку, под нежное вечернее солнышко, а Тимофей отправился на турник и принялся легко подтягиваться. Я пыталась не смотреть, честно, но это было выше моих сил, учитывая, что при упражнениях живот оголялся чуть больше. Гореть мне в аду.

Глава 16. Тимофей

За несколько дней наш уклад вполне сложился. Пока я работал меня никто не трогал. А я иногда отрывался от работы и прислушивался — мне нравилось, что квартира стала живой. А вчера вечером Татьяна и вовсе меня удивила, когда я достал шуруповёрт и матюкаюсь принялся собирать свою гардеробную. Она пришла на шум.

— Дайте, — нетерпеливо сказала она. — Вы что не видите, что другим концом эту перекладину суете?

Отобрала у меня ее и ловко присобачила на место. Вскоре я просто подавал ей детали и двигал стремянку. Гардеробная, которая была просто складом коробок обретала свое “я” и вскоре все мои немногочисленные вещи можно будет развесить и разложить. Была одна небольшая сложность правда — Татьяна была в шортах, и каждый раз когда я придерживал стремянку, пока она на ней стояла, мне было очень непросто не пялиться на то, что буквально было перед моими глазами. Хотя вру — я бессовестно пользовался тем, что Татьяна увлечена делом и беззастенчиво разглядывал и шорты, и все что они позволяли увидеть, а стыдиться соседке было нечего.

— Ваш муж вообще нес какие-нибудь функции? — спросил я, когда Татьяна решила, что на сегодня хватит.

— Зарабатывал. Все остальное делала я.

— Хорошо устроился.

Сегодня вечером закончим с гардеробной решил я и мечтательно представил на Татьяне шорты еще короче. Выгнать образ из головы было сложно, работать он мешал, поэтому когда позвонили в дверь я с удовольствием отвлекся. Консьержка, может, она наконец появилась, или курьер.

Но я не угадал. За дверью стояла Катя, мля старшая сестра, за ней муж, майор правда, за подполковника я приврал, но какие его годы. За ними две их совершенно одинаковые шкодливые дочки.

— Ой, — глупо сказал я. — А чего без предупреждения?

— Ты сказал весь день дома будешь, — закатила Катя. — Вот я и пришла на квартиру смотреть, ты же не зовешь. И вообще, почему я тебя предупреждать должна? Я старшая сестра, я тебе задницу до пяти лет мыла.

Теперь закатил глаза я. Потом вспомнил, что в квартире Татьяна и начал паниковать. Такого в моей жизни ещё не было и я не знал, как себя вести.

— Эм… ну проходите, раз пришли.

И с неохотой пустил их в квартиру. Девочки ввалились с шумом, раскидали свою обувь и унеслись исследовать пространство.

— Я запеканку принесла, — сказала Катя проходя на кухню. — С курицей и картошкой…

И замерла. Потому что на кухне стояла Татьяна. И явно готовила стол к обеду — посередине стола красовалась роскошная, запечённая целиком рыбина. Идеальные, золотистые дольки картофеля, словно с рекламной картинки. А еще — очаровательные маленькие бутербродики и салат. Да, разбаловался я за последние дни.

— Спасибо, — обреченно сказал я. — За запеканку.

— Вижу, она не очень то и нужна. Меня зовут Катя, это мой муж Егор.

— Таня, — представил я. — Моя соседка. Я нанял ее поваром.

— За две тысячи в день, — торопливо добавила Татьяна.

Вроде, ситуация спасена? Слава богу, Господи, я даже уверовал. Иначе сразу соберётся женсовет моей семьи и мне хана.

— Ну, вы кушайте, а я пойду, мне пора, — отскочила в сторону Татьяна.

В её глазах паника — еще бы, она и меня то до сих пор боится, а тут целая старшая сестра с майором. Куда бы она пошла, кстати? Во двор, сидеть на лавочке, пока гости не уйдут? Сестра во все глаза разглядывала Татьяну, та медленно пятилась к выходу из кухни, когда в нее ворвались, едва не снеся ее с ног две одинаковые девчонки.

— Там мальчик! — крикнули они хором. — Противный!

— Сами мне сломали замок, еще я противный, — пробасил обиженно Ваня. — Я этот замок с утра из пустых коробок строил.

Я обреченно простонал и поймал любопытный взгляд сестры. Тут надо понимать, что со своим майором она познакомилась на работе, то есть сама на редкость проницательна в силу профессии.

— Конечно, ты не противный, — сказала Катя, чуть склоняясь к Ване. — Мальчик, а ты где живёшь?

— Здесь, — без задней мысли сказал Ванька. — Я на диване сплю. А замок я с утра строил!

— Девочки, помогите восстановить недвижимость, — строго сказала Катя. Затем повернулась к Тане. — Это же вы моего брата побили тапочком?

Майор давился смехом, а я негодованием.

— Я думала, что он маньяк.

Татьяна смотрела на меня с мольбой о помощи во взгляде, а я то и себя спасти не мог.

— Что вы, — отмахнулась Катя. — Он конечно тот еще негодник и заноза в заднице, но совершенно не маньяк! Давайте уже отведаем вашей чудесной рыбки, а запеканку мою можете выбросить, я все равно ее пересолила.

И села за стол, как ни в чем ни бывало. Таня взяла себя в руки и достала дополнительные приборы. Рыба и правда была замечательной, в другое время я бы насладился ею сполна, а сейчас кусок в горло не лез.

— Что-то ты нервничаешь, — заметил майор Егор.

— Что ты, — безмятежно улыбнулся я. — Я счастлив и спокоен.

Слава богу на кухню вновь вихрем ворвались дети, которые после восстановления замка вели себя более лояльно друг к другу. Катя принялась уговаривать близняшек поесть рыбы и переключилась с меня на них. Я поймал взгляд Тани, жестами и мимикой изобразил повешение, она насмешливо фыркнула и закатила глаза. Катя сразу вскинула взгляд и внимательно оглядела нас обоих. Затем снова воспользовалась запрещенным приемом — обратилась к Ване.

— Ваня, а как вы тут проводите время?

— Мы кушаем, а ещё много гуляем. Иногда я играю в планшет. А вечером мама с Тимофеем уходят в его спальню и просят им не мешать.

— Гардероб, — пискнул я, словно меня и правда душат. — Татьяна собирает мне гардеробную систему.

— Да-да, конечно, — мило отозвалась Катя. — Так и есть.

Я рассердился.

— Ну, все, хватит! Чай дохлебываем и… Таня, налей им чаю, пусть пьют и уходят! И рыбу дай с собой пусть дома доедают!

Майор чуть не подавился со смеху, Катя закатила глаза. У нее завибрировал телефон — неужели они уже обсуждают это в своем ужасном женском чате??? Таня и правда подскочила, принялась наливать чай, сложила в контейнер несколько кусков рыбы и поставила на стол перед Катей.

— Без шуток, — строго сказал я. — Чай пьем молча.