Рождественская песнь Подземного Царства - Р. К. Пирс

Несмотря на то, что подарок в моих руках был отвратительным, я не могла сдержать улыбку, которая появилась на моем лице. Это был не банальный подарок вроде цветов. Это был символ непоколебимой преданности моего любимого. Его готовности и рвения уничтожить любого, кто попытался бы встать между нами.

Любой мой враг сам ставил на себе метку, или, в данном случае, на своей мошонке. Доказательство я держала в руках.

— Ты сказал, что это вторая вещь, необходимая для заклинания, — мое внимание снова вернулось к Белиалу. — А какая последняя?

Он забрал у меня коробку и поставил ее на пол рядом с моим троном, после чего опустился передо мной на колени. В его глазах вспыхнул зловещий блеск.

— Та, что я собираюсь забрать у тебя.

Глава 11

Белиал

Моя темная королева была воплощением сияния.

Не имело значения какой цвет она носила или носила ли она что-либо вообще. Эта смертная женщина умела лишать меня дара речи своей неземной красотой. Как уместно, что сегодня вечером мне нужно было погрузиться глубоко в нее, чтобы найти третий и последний ингредиент, необходимый для завершения ритуала.

Быстрым движением я снял сюртук, а затем рубашку и бросил их на подлокотник трона.

— Встань, — приказал я.

Рэйвен без вопросов подчинилась, поднялась с трона и с нетерпением посмотрела на меня. Ее глаза расширились, когда она заметила мои подтянутые мышцы живота, и поняла, что происходит.

— П-подожди. Что ты делаешь?

— Я уже сказал тебе: добываю третий предмет, необходимый для твоего дерева, — мои руки потянулись к краю ее юбки. Я медленно подполз к ней на четвереньках, мышцы в плечах напряглись, когда я приблизился к ней, как хищник, нападающий на добычу.

Она побледнела, ее взгляд упал на мои руки с эмоциями, которые я не смог разобрать. Она смотрела на меня, как будто я был хищником, крадущимся к ней.

— Н-Но слуги бегают по всему замку, готовясь к празднику. Что, если к нам зайдет какой-нибудь демон? Или…

— Я приказал им не появляться в течение следующего часа, — заверил я ее. Мои пальцы остановились в сантиметре от ее подола. — Если они все же помешают нам, мы сможем трахаться в луже крови, которая после них останется, когда я накажу их за неподчинение моим приказам.

Сильный запах возбуждения исходил от ее бедер, от чего у меня потекли слюнки, а в голове зародились всевозможные извращенные мысли.

Рэйвен наклонила голову в сторону, и прядь темных волос выбилась из ее сложной прически.

— Ритуал — это секс?

— Большинство темных ритуалов, связанных с этим видом магии, включают в себя какое-то извращение. Это цена за твое дерево, маленькая человечишка, — улыбка заиграла на моих губах. — Теперь ты будешь хорошей девочкой и поднимешь для меня платье?

Озорная улыбка, мелькнувшая на ее губах, была для меня достаточным ответом. Хотя я с самого начала знал, что она только притворяется скромницей. Она точно знала, что ее ждет, с того момента, как я сказал ей, что для оживления рождественской елки потребуется ритуал с участием плоти и крови.

Что еще это могло означать, кроме грязного секса?

Она подняла платье, обнажив ноги от ступней до колен. Я чуть не рассмеялся над абсурдностью ее внезапной скромности, раньше она никогда так не заботилась об этом.

— Ты пытаешься свести меня с ума, просто показывая свои лодыжки? У меня такое ощущение, будто я выбираю шлюху в викторианском Лондоне.

Вместо смеха, ее щеки залились румянцем. Почему она вдруг так засмущалась? Это совсем не было похоже на нее.

Мои глаза сузились от подозрения.

— Что ты от меня скрываешь?

— Ничего…

Она не смотрела мне в глаза, поэтому я взял ее за подбородок и заставил посмотреть на меня.

— Ты мне врешь. Почему?

В этот момент улыбка, которую она сдерживала, вырвалась наружу. Ах. Так вот какой секрет.

— Подними платье выше, — повторил я, на этот раз более властным тоном, от которого она покраснела. — Покажи мне, что ты скрываешь.

На мгновение она замерла, никак не реагируя.

Я знал, что делает эта девчонка. Она наслаждалась моим ожиданием, точно так же, как я делал с ней во время порки на кладбище.

— Ты играешь в опасную игру, моя любовь, — предупредил я, высунув язык, чтобы смочить губы. — Я был полон намерений сегодня ночью заняться с тобой медленной, нежной любовью. В конце концов, сегодня Рождество. Но если ты будешь продолжать вести себя непослушно…

Ее милое упрямое выражение лица заставило меня захотеть засунуть свой член ей в рот, пока моя сперма не потечет из ее накрашенных помадой губ.

— Если бы я хотела медленной нежной любви, я бы не была с Владыкой демонов.

Судя по озорному блеску в ее глазах, она буквально бросала мне вызов. Даже провоцировала меня.

Неукротимый характер этой женщины не переставал очаровывать меня.

— Хорошо. Можем поиграть в жесткую игру, сокровище, — я тихо рассмеялся. — Не жалуюсь. Назови мне безопасное слово.

Она прикусила нижнюю губу.

— Я не буду его использовать.

Я сжал челюсти.

— Разве я спрашивал, будешь ли ты его использовать?

— Нет, — она на мгновение замолчала. — Черная вдова.

— Правильно. А теперь будь хорошей девочкой и покажи мне, почему ты так сопротивляешься, чтобы поднять платье выше?

Она покачала головой.

Вздохнув, я потер висок указательным пальцем.

— Я так и думал. Если ты не собираешься уважать меня и делать то, что велено…

Я не закончил фразу. Пусть она помучается в напряжении.

Прошло уже немало времени с тех пор, как я трахал ее в своей более чудовищной форме. Когда-то я вселял в нее ужас как монстр, которого мои подданные называли Владыкой Костей.

В последнее время она стала гораздо более дружелюбно относиться к этой моей стороне, но секс с ней в образе Владыки Костей был редким явлением. В последнее время я обычно принимал меньшую форму для официальных дел и формальных встреч.

Когда она увидела, как я превращаюсь, глаза Королевы Падали округлились. Мои черные брюки растянулись вместе с моим телом, и несколько нитей лопнули, когда материал достиг предела.

Моя меньшая форма и без того была внушительного размера, но Владыка Костей возвышался на семь футов, а с учетом моих массивных рогов — даже больше. Даже на коленях, мои глаза были почти на одном уровне с ее.

Ее горло дернулось, когда она с трудом сглотнула, а глаза блуждали по моему обнаженному торсу, моей бледно-голубой коже, испещренной древними боевыми шрамами и черными пятнами, похожими на некроз.

С