Нежная Роза для вождей орков - Наташа Фаолини

Рука Базальта, держащая мою, на мгновение сжимается.

— Нет, — его голос звучит глухо и серьезно, возвращая меня в реальность.

Я с недоумением смотрю на него.

— Почему?

— Это Первозданное озеро, — говорит он. — Его вода — сама жизнь Горы. Она не терпит ничего мертвого, ничего рукотворного.

Я не понимаю.

— Что это значит?

— Ничто, созданное руками не может коснуться этой воды. Иначе она обратит это в прах, а того, кто это принес — убьет на месте. Смерть будет мгновенной.

Рукотворное… На несколько мгновений я задумываюсь, сопоставляя его слова. Ничего созданного руками. Иначе — смерть.

А тогда до меня доходит.

Щеки вспыхивают огнем, и я уверена, что в мягком свете кристаллов это хорошо видно.

Я медленно поднимаю на него взгляд, и в моих глазах, должно быть, читается и смущение, и вызов.

— Хочешь сказать, — мой голос предательски дрожит, — купаться в нем можно только голышом?

— Именно.

Глава 20

Слово «Именно» повисает в сияющей тишине пещеры. Я смотрю на Базальта, и мое лицо горит от смущения.

Он стоит, все еще держа меня за руку, его лицо непроницаемо, но я вижу, как напряглась линия его челюсти.

— Сюда приходят за спокойствием, — наконец произносит он, и его голос кажется слишком громким в этой звенящей тишине. Он отпускает мою руку, и я чувствую себя так, словно оборвалась последняя нить, связывающая меня с реальностью. — В этом озере редко кто купается.

— Но почему? — шепчу я, не в силах оторвать взгляд от манящей, светящейся воды. — Если оно исцеляет…

— Оно не исцеляет тело, Роза, — он делает шаг к воде, и его огромная фигура отражается в ее зеркальной глади. — Оно обнажает душу.

Я смотрю на него, не понимая.

— Зайдя в него, — продолжает он, не поворачиваясь, — в любом живом существе начинают отражаться самые глубоко спрятанные, даже от самих себя, желания. Вода показывает их. Делает их почти реальными. Не каждый готов увидеть правду о себе. Даже само нахождение рядом с этим озером влияет на нас.

Он замолкает, и я пытаюсь осмыслить его слова. Отражение желаний.

Что бы я увидела в этой воде? Свой дом? Лицо отца? Свободу? А что увидел бы он, этот молчаливый, могучий воин?

— Пора возвращаться, — говорит он, наконец поворачиваясь ко мне. — Скоро рассвет. Торук и Хаккар проснутся.

Он прав. Это безумие.

Но я не двигаюсь с места.

— Нет.

Слово срывается с моих губ прежде, чем я успеваю его обдумать. Базальт замирает, его глаза удивленно расширяются.

Я вскидываю голову и смотрю на него с вызовом, который рождается из смеси страха, отчаяния и странного, пьянящего чувства силы, которое дарит это место.

Не отводя от него взгляда, я медленно поднимаю руки к шее, к завязкам на своем платье. Мои пальцы находят узел, и я начинаю его развязывать.

Я вижу, как взгляд Базальта, до этого спокойный, мгновенно темнеет.

Он больше не смотрит мне в глаза. Его взгляд прикован к моим рукам, к тому, как ткань платья начинает расходиться у меня на груди, обнажая кожу в мягком, призрачном свете кристаллов.

Вижу, как напрягаются мышцы на его шее, как его дыхание становится тяжелее.

Завязки поддаются, и я позволяю грубой ткани платья соскользнуть с моих плеч. Оно падает к моим ногам бесшумной грудой, и я остаюсь стоять в одной тонкой сорочке. Холодный воздух пещеры касается моей кожи, но тут же отступает под волной жара, идущего изнутри.

Я не даю себе времени на раздумья. Одним быстрым, почти яростным движением я стягиваю через голову сорочку и отбрасываю ее в сторону.

И вот я стою перед ним. Полностью голая.

Серебристо-голубой свет от кристаллов на потолке окутывает мое тело, делая кожу бледной и почти светящейся.

Я никогда в жизни не чувствовала себя такой уязвимой и в то же время такой сильной.

Стою прямо, не пытаясь прикрыться, и смотрю ему в глаза.

Базальт не двигается. Он похож на каменное изваяние. Его взгляд медленно, почти благоговейно, скользит по моему телу — от плеч к груди, к животу, к бедрам. В его глазах горит темное, первобытное пламя.

Я нарушаю тишину.

— Теперь твоя очередь.

Мой голос звучит твердо, без капли дрожи, хотя внутри себя я совсем не чувствую такой уверенности.

Базальт избавляется от своей одежды мгновенно, срывая с себя ремни и застежки с той же легкостью, с какой лев стряхивает с себя капли воды.

Тяжелые доспехи и кожаная одежда с глухим стуком падают на серебристый песок.

Его огромное, покрытое шрамами тело кажется еще более могучим в призрачном свете. Каждый мускул, каждый шрам на его коже рассказывает историю битв и выживания.

Я прохожусь взглядом по его широким плечам, увитым мускулами, по могучей груди, опускаюсь вниз, разглядываю мускулы железного пресса, даже не стараясь скрыть жар, что вспыхивает на моих щеках.

И ниже.

Я ему нравлюсь. Базальт возбужден.

Никогда еще я не видела в живую то, что отличает мужчин от нас, женщин.

Подняв взгляд выше, я встречаюсь взглядом с темными глазами Базальта, а тогда снова опускаю взор вниз.

Кажется, для нас двоих все не так просто, как могло казаться на первый взгляд. Потому что он здесь, передо мной, гордится своим невероятным телом, а его братья спят в своих кроватях.

Резко развернувшись к воде, я вхожу в озеро.

Базальт берет меня за руку, наверное, стараясь помочь, но от его прикосновения сердце начинает быстрее биться.

Поверхность озера едва колышется, принимая могучее тело орка.

Вода вокруг нас начинает светиться ярче, окутывая призрачным сиянием.

Он отпускает мою руку. Идет дальше.

И я во всей красе могу рассмотреть его со спины.

Это сводит с ума.

Его тело идеально в своей силе. Невероятно развитое, сильное. Я бы не позавидовала никому, кто захотел бы вступить с Базальтом в бой.

Он погружается медленно, словно испытывая меня, и вскоре вода доходит ему до пояса, обнажая лишь верхнюю часть его торса, покрытую шрамами, словно рунами.

Я задерживаю дыхание и делаю еще один шаг в воду.

Вода поднимается выше, достигает сначала моих бедер, потом живота, груди. Легкая прохлада воды контрастирует с жаром, разливающимся по моему телу от его взгляда.

Наконец, мы оказываемся на небольшой глубине, где вода доходит мне до плеч.

Мы стоим лицом к лицу, и между нами остается лишь узкая полоска светящейся воды.

Взгляд Базальта скользит по моему лицу,