Запретная невеста змеев - Татьяна Бэк

Да, тварям Бездны явно можно только посочувствовать, когда они столкнутся с этим нагом.

— Я обещаю, что постараюсь успеть, Мелихор… — прошептала я, чувствуя, как слёзы вновь подступают к глазам.

Нельзя портить этот момент прощания, поэтому лишь коротко взмахнула рукой и отправилась к плоту не оглядываясь. Адриан и Кассис тут же оказались рядом, касаясь меня своими крепкими, надёжными плечами, словно готовясь разделить ту ношу, что свалилась на меня, хрупкую человечку, в руках которой спасение мира.

Глава 23

Адриан

Вода меня успокаивала с детских лет. Сколько себя помню, меня завораживала её переменчивость и постоянство, легчайшая пена прибоя и бездонные глубины. Пока все сверстники с трудом учились перемещать по столу небольшую каплю, я случайно смыл волной половину аудитории, не рассчитав силы. С тех пор моя жизнь круто изменилась.

Магией воды в нашем клане владели в основном женщины, что и стало причиной матриархата у Лазурных чешуй, возможно, именно в связи с этим, меня, ещё юного нага призвали ко двору королевы Шиирш. По крайней мере, тогда я так думал, когда вошёл в главный зал роскошного дворца и склонился перед правительницей, замирая от смеси страха и восторга.

Но уже поздним вечером, когда верные служительницы королевы приготовили для меня особое зелье и нанесли на мою чешую драгоценные масла, я понял, что сладострастную правительницу интересует не только моя уникальная магия, но и кое-что ещё. В ту ночь по тайному переходу меж стен замка я пришёл в спальню Шиирш, чтобы стать её наложником.

Сладко-постыдные воспоминания пронеслись в моей голове целым вихрем извращённых и развратных картинок. Смесь наслаждения и боли, которые умела дарить королева, въелась в мою память. Но рядом с человечкой Шаи они померкли и воспринимались как нечто далёкое и почти нереальное, словно это было не со мной.

Я скользнул виноватым взглядом по плоту, будто Спасительница могла подслушать мои мысли о другой. Но, к счастью, девчонка спала в палатке, явно вымотанная событиями последних дней. А вот Кассис зыркнул на меня недобро. Да, у богини Маруш, сплетающей нити судеб в единое полотно жизни, явно своеобразное чувство юмора, рас связала нас с кровным врагом любовью и служением нашей Шаи. Крамольная мысль столкнуть здоровяка за борт заставила меня ухмыльнуться.

— Даже не думай, синехвостый! — хрипло, но тихо произнёс он, окидывая меня злым взглядом.

Да, он бы тоже с удовольствием уничтожил меня, если бы не Шаи, с которой оказались связаны оба. Думаю, такого исхода не ожидал никто из наших кланов, ведь согласно пророчеству, лишь достойный сможет стать избранником Спасительницы. Именно поэтому правители отправили своих лучших воинов, надеясь, что их посланец станет тем самым. Возможно, это положило бы конец затянувшейся кровопролитной войне, которую пора уже было завершить. Но вышло всё иначе…

Глядя в глаза Кассису, я опустил руку в воду, которая тут же побежала струйками вверх по моей коже, ластясь и ласкаясь, словно домашняя зверушка или влюблённая женщина. Злость в глазах здоровяка сменилась яростью и завистью. Обсидиановая корона была лишена дара управления водной стихией. Да и куда этим дуболомам, умеющим лишь махать мечом и устраивать жертвоприношения.

— Перишис… — прошипел обсидиановый презрительно.

Я вспомнил, что на диалекте татуированных варваров это значит что-то типа «любитель лизать женские прелести». Ну да, для них это жуткое ругательство, ведь их способы сношения крайне примитивны, а удовольствие партнёрши не играет роли.

Не буду же уподобляться этому недалёкому типу и обмениваться с ним оскорблениями. Поэтому я просто сформировал упругий водяной бич и хлестнул им обидчика по плечу. Как и следовало ожидать, Кассис метнулся в мою сторону, сжав кулаки и сверкая горящими от ярости глазами, но я уже был готов и ловко уклонился от его прямолинейной атаки. Плот чуть качнуло в сторону, поэтому пришлось вновь переместиться, чтобы мы не перевернулись. Хоть ограниченное пространство и было на руку противнику, но я не боялся, ведь куда неповоротливому здоровяку до меня.

Возможно, я был слишком легкомыслен и самонадеян и поэтому пропустил следующий выпад, получив ощутимый удар в область солнечного сплетения. Но и Кассис хрипло застонал, когда водяной бич стеганул его вдоль спины. Один-один!

— Вы с ума сошли?! — раздался вдруг рассерженный окрик Шаи.

Мы разом повернулись к палатке и увидели нашу женщину, прекрасную, сонную и разъярённую.

— О каком сплочении кланов и спасении мира может идти речь, если даже вы пытаетесь друг друга убить? — спросила она так горько, что тут же ощутили себя последними мерзавцами.

— Прости, Шаи! Это больше не повторится! — произнесли мы с татуированным хором.

— Ну ладно, сделаю вид, что поверила! — глаза девчонки лукаво сверкнули, и я поразился смене её настроений. Да ведь моя Шая — олицетворение водной стихии: плавная, тягучая, переменчивая и опасная.

— Кстати… — продолжила она, невинно хлопая ресницами. — У нас же так и не было ещё первой брачной ночи.

О, Морская мать, дай мне сил и самообладания рядом с этой женщиной, которая вызывает во мне такое буйное неконтролируемое желание, что паховая пластина не справляется. Судя по виду Кассиса, он сейчас думал примерно о том же самом. Ну хоть в чём-то с ним мы были солидарны.

Глава 24

Кассис

Я с завистью смотрел, как синехвостый ловко и грациозно выскакивает из воды, совершая какие-то невероятные кульбиты, подкидывает вверх мириады брызг, заставляя их принимать формы цветков, рыб или глубинных крабов. А маленькая хрупкая Шаи счастливо и заливисто смеётся, хлопая в ладоши. Женщины нагов никогда не вели себя так открыто и искренне, считая проявление эмоций чем-то предосудительным.

Глядя сейчас на Спасительницу, ощутил, что и на моих губах расцветает улыбка. От непривычной мимики даже мышцы лица свело, но рядом с этой человечкой что-то во мне менялось.

Словно почувствовав мой взгляд, девчонка поднялась с места и направилась ко мне, продолжая поглядывать краем глаза на представление Адриана.

— Всё в порядке? — поинтересовалась она тихо и участливо.

Так со мной разговаривала лишь матушка, пока я ребёнком жил в семье. Стыдно вспомнить, но когда меня забирали в военную общину, я плакал и не хотел уходить из дома, просил оставить меня с родными. Да, это было поведение не воина, а слабака.

— Всё нормально! — отрезал я, избегая смотреть в глаза Спасительницы.

Они у неё удивительные: яркие, светящиеся и переменчивые, как водная гладь. Лучше в них не нырять, если не умеешь плавать!

Девчонка подсела ко