Проклятье между нами - Ульяна Муратова

— Везёт вам, конечно, — пробасил норт. — Нас вот ещё не кормили.

И вздохнул так жалобно-жалобно, что Дервину захотелось его треснуть именно так, как рекомендовала Лира — металлическим медицинским лотком по голове.

— Отнесите меня, пожалуйста, в ванную комнату, — попросил он, и друзья подчинились.

А когда они вернулись в приёмную, Лиора уже накрыла стол и разложила по тарелкам ароматное рагу.

— Интересно, как там Уночка? Надеюсь, их на симпозиуме голодом не морят! — проворчал жрец, уплетая мягкое рагу за обе щёки.

— Надеюсь, она о нас даже не вспоминает, — со вздохом заметила Лиора, посмотрев за окно.

Когда Дервина уложили на койку, она распорядилась:

— Вы двое, мойте руки и садитесь за стол. Ешьте, я ещё приготовлю. Продукты есть.

Пока друзья с довольным видом принялись за еду, Лиора сходила за командором и Аделью, а потом села кормить Дервина.

— Сама сначала поешь, — тихо сказал он. — Я подожду. Пусть заодно остынет немного.

Пока Лиора ела, пришла гарцель, а следом за ней — его кузен. Он осторожно коснулся лопаток жены и что-то с нежностью у неё спросил. Слов Дервин не разобрал, слишком далеко находился, но заметил, как на них взглянула Лиора.

Без ревности или зависти, на которую она, скорее всего, была не способна в принципе, но с такой тоской, что у Дервина сжалось сердце.

Он посмотрел на то, как она отвела взгляд и уставилась в свою тарелку, и с неожиданной лёгкостью принял решение снять с неё проклятие во что бы то ни стало.

Иллюстрация: Бреур

Глава 7

Тридцатое октабриля. Вечер

Бреур Боллар

Всё же бандиты как-то прикрыли переулок.

Никто так и не побеспокоил Брена, пока он проверял у наёмников карманы и грузил трупы в их собственный мобиль. Туда же он закинул оружие, а потом запер «место преступления» и положил ключи в карман, с запозданием отметив, что тот успел напитаться кровью из-за раны в боку.

Единственного живого полукровку Брен парализовал ещё раз — чтобы не очнулся ненароком — и закинул в свой мобиль. Тот, в отличие от более современного и дорогого магомобиля наёмников, был старого образца — с кабиной шофёра, отделённой перегородкой от основной части салона. Его и мобилем-то раньше не называли, только экипажем. В последние годы появлялось всё больше моделей, где пассажиры сидели вместе с водителями, но аристократические семьи всё равно отдавали предпочтение старомодным, сохраняющим приватность пассажиров и подчёркивающим их статус.

Брен выехал из переулка и направился к зданию Службы Имперской Безопасности, где теперь служила младшая сестра.

С Кайрой они не виделись и не разговаривали с ночи её бракосочетания с Десаром Блайнером, и в душе Брена накопилось очень многое, что давно пора было ей высказать.

Вот и отличный повод! Она когда-то говорила, что семья для неё на первом месте, а служба лишь поможет разбираться с проблемами. Вот и выдался шанс проверить, разойдутся ли у неё слова с делами.

Разъедающую ядовитую злость Брен пытался унять, но получалось плохо.

Он неимоверно устал и бесился ещё и из-за того, что теперь остался без единственной дублёнки. Хорошо, если Эва сможет заштопать дыры и украсить рукав с поясом какой-нибудь вышивкой. Но в чём ему ходить до тех пор? С этими покушениями никакой одежды не напасёшься! У него в гардеробе осталось только одно приличное пальто. Осеннее и тонкое.

Он вообще вынужден был одеваться как последний зачуханный неудачник. Спасало лишь то, что под халатом не видно, что он донашивает рубашки и брюки даже не за отцом — за дедом! Именно поэтому казённые медицинские халаты он практически не снимал — чтобы не позориться. А о покупке новых вещей речи не шло — все деньги Брен тратил на погашение долгов или покупку самого необходимого для сестёр. Они же девочки, им нужнее.

Долги… Как же он ненавидел скорость, с которой они накапливались и наваливались невесомой, но неподъёмной плитой. Пени на просрочку, процент на пени, потом — процент на процент. И вот он должен уже в два раза больше, чем в прошлом году!

К зданию СИБа он подъехал, прекрасно понимая, что с сестрой разругается окончательно, но ему хотелось этого. Хотелось высказать ей в лицо всё, что он думал о её поступке, а думал он о нём весьма много.

Предательский выбор Кайры ранил его очень глубоко, потому что он искренне любил её именно за резкость и непримиримость. Она всегда была его главной союзницей в ненависти к Блайнерам, и от неё он меньше всего ожидал замужества с врагом.

Мобиль он бросил у парадного входа, а затем выволок наёмника-полукровку из мобиля прямо за длинные смоляные волосы. Стоящий у дверей дежурный аж поперхнулся, когда весь заляпанный кровью Брен показался в его поле зрения.

— Я Бреур Боллар, а это — подозреваемый в преступлении. Мне нужна Кайрэна Боллар, моя сестра.

Дежурный моргнул, осмотрел его височную печать, а потом придержал дверь и сказал:

— По коридору прямо и восьмая по счёту дверь направо.

Ни форму доставки подозреваемого, ни вид самого Бреура никто не прокомментировал, из чего он сделал вывод, что в здании СИБа и не такие гости бывали.

Полукровка был тяжёлым, а волосы оказались не очень чистыми, из-за чего пальцы норовили соскользнуть, однако Брен усилил себя магией и всё же дотащил парализованного до кабинета Кайры.

Её он застал одетой в лёгкий полушубок и явно собирающейся уйти.

— Брен? — изумлённо спросила она, скользя по его фигуре цепким взглядом. — Что случилось? Ты ранен?

— Уже нет, — он наконец выпустил волосы полукровки, и тот повалился на пол, с чудесным стуком треснувшись затылком об пол.

Брен искренне надеялся, что удар вышел не только гулким, но и болезненным.

— Что произошло? — вышел из-за стола парадно одетый Десар Блайнер, мгновенно вызвав в Брене волну удушающей ненависти.

Он ненавидел в нём всё — и то, что он женился на его сестре, и то, что был выше самого Брена ростом, и его щёгольскую шёлковую чёрную рубашку, и небрежно убранные назад чуть отросшие тёмные волосы, и особенно — ярко горящую на левом виске родовую печать Блайнеров и Болларов. Нет ничего отвратительнее,