Жена вместо Приговора - Наталья Шевцова

Но не успел. И что особенно обидно. Не успел всего лишь на одно мгновение. И потому чихнул. Причём в первый раз чихнул ещё, будучи в драконьем обличье…

Ослепляюще белое пламя вырвалось из недр драконьей глотки гигантским гейзером и прокатилось волной, сжигая всё на своём пути.

Кае, которую в очередной раз очень вовремя подхватила Аах, понадобилось несколько оторопело-оглушающих секунд, чтобы осознать, что только что случившееся — это дело её рук, точнее её безобидного чихательного зелья.

— А-аааах! Аааааааба-аалде-ть! А-аааах! — восхищенно-вожделенно выдохнула Моту.

— Да уж, — мрачно изрекла Кая, которая, как и подруга, глаз не могла оторвать от представшей ею взгляду картины.

Вот только взгляд Каи и Моту приковали к себе совершенно разные картины.

Кая с замиранием сердца наблюдала за тем, как над оранжево-алой огненной рекой поднимаются, клубясь и извиваясь в замысловатом танце потрясающей красоты серовато-фиолетовые облака, по краям и в центре которых то и дело вспыхивали ярко-алые искры.

А Моту, обмахиваясь руками, дабы не лишиться сознания, пялилась во все глаза на совершенно обнаженного безостановочно чихающего седовласого красавца дракона, сидящего на корточках и прикрывающего причинное место, в центре довольно внушительного по размерам совершенно нетронутого огнём участка. Но литые мускулы зрелого мужского тела и отменное сложение, обеспеченное щедрой природой, даже такая поза скрыть не могла.

— Эххх, — грустно вздохнула Костлявая. — Где мои семнадцать лет⁈

— Там где и прошедшие пара-тройка тысячелетий? — ехидно прокомментировал Уух, на спине которого в данный момент восседала госпожа местный шериф.

— Скажешь тоже? — оскорбилась Моту. — Всего лишь там, где и девятьсот тридцать четыре годочка, два месяцочка, четыре денёчка и-иии… — достала она карманные часы из кармана, — почти уже три часочка. Но кто считает⁈ Только не я! И кроме того, глупый паучишка, дело не в возрасте! Я и сейчас ещё хоть куда! Любую семнадцатилетнюю за пояс заткну! — подбоченилась Костлявая.

— Как скажешь! Как скажешь, — с сомнением и иронией в голосе закивал головой глупый паучишка, который хотя и не был драконом, но тоже предпочёл бы семнадцатилетнюю.

— Просто ж драконам, им до старости лет только девственниц подавай! Э-ээх! — продолжала вздыхать Костлявая, не обращая внимания ни на сарказм Ууха, ни на то, что Кая уже в третий раз к ней обращается.

— Мо-ооту! — позвала Кая подругу в четвёртый раз. — Мо-оооту!

— А-аа! — наконец-то отозвалась та, да и то только потому желавший угодить Хозяйке Спуки запеленал по-прежнему безостановочно чихающего седовласого красавчика в паутину и затем навьючил его извивающееся и содрогающееся от чихов тело себе на спину, где уже лежали рядышком спеленатые, словно новорожденные двойняшки, Сигмар и Колин.

К слову, Колина Спуки обнаружил ещё тогда, когда отправился искать сбежавшего жениха. И тогда же сразу спеленал и забрал с собой. После чего рассудив, что за арестантами, то есть гостями, проще присматривать, когда они находятся вместе, особенно если при этом они похожи, как мумии-близнецы, взял на себя также конвоирование Сигмара, то есть, заботу о нём. И теперь Глава Замковой Стражи присовокупил к ним и третьего заключенного. То есть, разумеется, он имел в виду, гостя, в очередной раз поправил себя Спуки.

Хотя в отличие от внука, старый дракон по-прежнему не считал Каю убийцей, тем не менее, в данный момент он искренне полагал, что такую невесту и… врагу не пожелаешь! Не то, что любимому внуку! К данному выводу старый дракон, у которого мало того, что жутко болело разодранное черепом горло, так ещё и саднило в груди из-за бесконечных чихов, пришёл, основываясь на собственном горьком опыте. Хотя, что касается боли в груди, боль он бы Кае простил. Но у него ещё и нос чесался! Жутко чесался! А он его почесать не мог. Потому что был спеленат как младенец.

«Надо как можно быстрее расквитаться с этим дельцем, — мрачно размышлял Адмар. — И валить отсюда!»

Его друг, лорд-канцлер Альдеяр был прав, кто-то очень не хочет, чтобы Кая вышла замуж за подданного Великой Логиртании. Теперь Адмар знал это наверняка. Более того, он сумел установить, что гроза, присланная по душу его внука, пришла с севера, а не с запада. Именно поэтому старый дракон и задержался. Потому что хотел установить, не исходит ли опасность из дома той, к которой они едут, так сказать, в гости.

Нет, из дома Владычицы опасность не исходила, а вот о «гостеприимной» хозяйке этого сказать было нельзя!

«Угробит, как есть угробит, единственного внука! — сокрушался безостановочно чихающий Адмар. — Это ж додуматься надо было! Напоить огнедышащего дракона чихательным зельем! Это ж всё равно, что в кипящий котёл разрыв-траву добавить! Как можно этого не понимать⁈» — мысленно кипятился старый дракон, с каждым новым чихом становясь всё более и более ужасного мнения о так называемой суженой внука.

— Моту, а что с этими останками будем делать? — Кая кивнула на довольно внушительную костяную гору, уцелевшую потому, что огненная река, не только проложила себе русло в другой стороне, но и началась в нескольких метрах от того места где лежал чихнувший дракон. — Как думаешь, может, стоит их должным образом похоронить?

— Если я правильно тебя поняла, ты интересуешься, не желаю ли я взять на себя эту великую честь⁈ — язвительно проворчала Смерть.

Состроив приятельнице щенячьи глаза, Кая смущено улыбнулась.

— Ладно, — тяжело вздохнула Костлявая. — Но будешь должна! И Ууха оставь! Не самой же мне эти кости таскать!

— Да, конечно, Уух поможет, — кивнула девушка. — И облегченно вздохнув, распорядилась. — Всё, теперь домой!

Глава 8

Как только Кая и её спутники въехали во внутренний двор замка, навстречу им наперегонки бросились почтенная матерь трёх старых дев и собственно и сами старые девы.

— Внученька моя драгоценная, устала небось⁈ — ласковым голосом приветствовала её почтенная матерь, протягивая влажные полотенца, дабы драгоценная внученька могла стереть с лица и рук дорожную пыль.

— И в горле наверняка пересохло! — протянула ей кувшин с водой тетка Агнесса, которая, несмотря на свою отнюдь не спортивную комплекцию, сумела-таки обойти сестёр на короткой дистанции и подоспела первой.

— Каичка, а я тебе твой любимый завтрак приготовила, — словно мячик, прыгала за спиной дородной сестры низкорослая пышка Эвномия.

— Да подожди ты со своим завтраком, Эва! Я уверена, что наша девочка, сначала захочет ванну принять! — в своей обычной манере презрительно фыркнула Левкофея.

Уставшая и магически истощенная Кая мечтала только о том, чтобы завалиться в постель, и проспать, как минимум, до следующего вечера. И чего ей совершенно не хотелось — это интересоваться тем, что от неё нужно бабке