Развод с драконом невозможен - Юлия Александровна Пульс

повисла в руках стражи сломанной куклой. Меня затолкали в карету, грубо швырнули на скамью, и я забилась в угол, подобрала колени к груди. Посмотрела на распахнутую дверцу, с ужасом наблюдая, как Хакон заходит в кабину.

Он сел напротив. Невозмутимый, словно его вся эта ситуация вообще не касается. Но взгляд, наполненный болотной мутью, полосовал по лицу, будто хотел добраться до кости.

— Спала с ним, да?.. — процедил и вдруг замахнулся.

От удара его ладони я влетела в угол, из носа пошла кровь. Из глаз искры посыпались. Болью взорвалось все тело.

Это конец. Изнасилует и придушит.

Мне оставалось только одно…

Судорожно коснулась пальцем браслета и закричала:

— Дами, помоги!

— Тварь такая! — Хакон сжал руку на моем горле, второй дернул юбку вверх, порвал белье, что подарил Дамиран. Глянул на красное кружево в руках и рассвирепел. — Сука, выебу, а потом будешь у меня гнить в темнице до старости. Буду только приходить и пользовать. Как ты посмела? Мне! Изменить!

Слезы застилали глаза, я хрипела, отчаянно отбрыкивалась ногами, но это все равно, что биться о скалы.

— Не надо… нет… — из пережатого горла вырывались тихие стоны.

— Надо, — прорычал Хакон, вбивая меня в сидение. — Иначе ты не запомнишь. Я тебя присвоил. Ты моя!

Он послабил тиски, чтобы отстраниться и развязать штаны. Карета все еще стояла, и мои крики слышал весь порт, но никто не осмелился помочь.

— Умоляю… не было ничего. Не трогай меня. Отпусти, — скулила в отчаянии, снова забившись в угол. Поджала оголенные ноги. На колени из носа закапала кровь, вперемешку со слезами.

Дверь внезапно отлетела, будто ее ураганом оторвало. Хакон обернулся, но не успел ничего сделать, его вытащило наружу что-то невидимое, после чего все затихло.

Рыдая, я тряслась и ничего не соображала.

— Мар, спокойно! Я сам его грохну, когда время придет. Оставь каку! Спасибо за помощь, — неистово прошептал знакомый голос снаружи. — Забирай своих и уходи. Арден, привет Мике!

Голоса стихли, и в карету заглянул Дамиран. Посмотрел на меня, поджал губы и протянул ладонь.

— Не смог быстрее.

— Дами… — полились слезы с новой силой, но уже от облегчения, что это все закончилось и он пришел за мной. Не бросил. Отбил от мужа и не случилось того, чего я так боялась.

Сползла со скамьи, попутно опуская юбку задранного платья. Приблизилась к выходу и заглянула в искрящиеся магией глаза дракона. Схватила его за запястье и на дрожащих ногах сошла на землю.

Он подхватил меня на руки и унес от набережной. Сначала мы спрятались в тени деревьев, затем свернули несколько раз и в итоге оказались на взлетной площадке.

— Ты почему сбежала, глупая? — опуская меня наземь, спросил Дамиран. Отступил. Я заметила, что его светлая рубашка окрасилась кровью, рукав оторван и кожа плеча рассечена. — Летать не боишься?

Стражи генерала, что оставались на берегу, догнали нас, и выстроились в защитный полукруг. Все молодые воины, явно альены, в аронской серебристо-черной форме, в которой ходят перерожденные.

— Попыталась уплыть домой в Ветрону, — горько усмехнулась. Глупая. Вот уж точно. Мне без него не выжить. Пора уже понять, что в одиночку не справлюсь. — Не боюсь.

— Я могу отнести тебя в королевский замок, король Харт обещал защиту, суд и разбирательство, — серьезно сказал Дамиран, отступая. — А можем, полететь ко мне… — и взглянул пронзительно. — Хотя суд над твоим благоверным все равно будет. Прилюдно днем такое вытворять — это надо быть полным… — не договорил, стиснул зубы, желваки задергались. Генерал глянул в сторону, а затем вновь перевел взгляд на меня. Тихо произнес: — Тебе решать, Лори…

— Я хочу к тебе, — посмотрела уверенно в его глаза и улыбнулась краешком перепачканных кровью губ.

Воздух заискрил, взорвался снопом белых искр, и Дамиран преобразился. Вместо генерала на площади, фыркая и распахивая черные крылья, остался невероятной мощи дракон. Его спину украшали широкие серебряные полосы, что сходились на холке в белесую стрелу, заканчивающуюся на длинном колючем хвосте.

Седло уже было прикреплено к его спине — это все с помощью артефактов делается, я даже знаю авторство таких удобных вещей — Арден Астэрон их создает, один из моих ближайших конкурентов. Мы таких не делаем. Мне не удалось разгадать формулу зачарования и подобрать кристалл.

Дракон опустил передо мной голову, выпрямил крыло, чтобы я могла взобраться. Раньше уже доводилось летать на Хаконе, но красный дракон немного меньше в размере. На альена я поднималась впервые с особым трепетом, восторгаясь его звериной мощью. Закрепилась в седле ремнями и подалась вперед, погладила Дами по прочной чешуйчатой броне, давая понять, что готова к полету.

Альены, что нас охраняли, тоже перевоплотились и клином двинулась следом.

Летели мы довольно долго, сначала догоняя заходящий миасс, затем вдоль берега Аронского моря, оставляя светило слева. Вечерело быстро, небо давно потемнело, а мы все еще летели вперед.

Лон округлился на горизонте, выставив голубое пузо напоказ и оконтурив шпили высоких башен форпоста. Мы снизились. Альены оставили нас одних, а мы еще пролетели к одиноко стоящему замку на горе.

Дамиран спикировал, приближаясь к каменной площадке посреди башен, мягко приземлился и выставил крыло.

Я отстегнулась и слезла с дракона. Потянулась, разминая затекшую спину. Альен плавно перетек в человека, и я подошла к нему вплотную. Заглянула в серебристые глаза, обвила его шею руками и запустила пальцы в черные волосы.

— Спасибо, что не бросил, — шепнула, чувствуя, как гулко бьется сердце в груди. Приподнялась на носочках и коснулась его губ невесомым поцелуем.

Глава 17

Первый поцелуй, который я никогда не смогу забыть.

Наполненный отчаянием, с привкусом надежды и ароматом веры.

Дами не напирал, он будто изучал мой рот. Мягко раздвинул губы, приластил их невесомыми прикосновениями языка, скользнул внутрь, между зубов, согрел горячим дыханием, перемешал наши вкусы. Его терпкий. Мой соленый от крови.

Я поплыла в его объятиях, растворилась в нежности. Прикрыла веки с наслаждением. Ответила на его ласки, чувственно погружая язык все глубже. Надавила на затылок мужчины, медленно распаляя страсть, что вскипала, поднималась из потайных уголков опустевшей души. Дыхание участилось.

Дами оторвался первым, шумно выдохнул мне в волосы, стискивая мои плечи.

— Пойдем в дом, — тихо сказал он. — Кухарки у меня нет, я не очень люблю прислугу держать, поэтому