Что скрывает Диана - Ася Лавринович

Все заметки в основном были посвящены проекту «Переплетенные судьбы», на премьеру которого мы выбирались вместе с одногруппниками. Я напряглась: вдруг увижу фотографии со своим падением, а еще хуже – видео, но все обошлось. Никто не успел меня запечатлеть. Мама еще не вернулась из театра, а мои поиски оказались тщетными. Я вспомнила наш разговор с Сырком. Наверное, звонить ей уже поздно и неприлично, но я не сдержалась и написала сообщение: «Привет, Кристина! Извини, если отвлекаю. Помнишь, мы обсуждали мамину новую роль?» Сырок перезвонила молниеносно, я даже не ожидала такой реакции.

– Привет! Это для фан-клуба? – тут же деловито поинтересовалась она. – Я уже вступаю в свои обязанности?

– Пока сама не понимаю, для чего это, – честно призналась я. – Просто хотела узнать, что за проект. В интернете даже название не нахожу.

– Нужно знать источники! – важно заявила Кристина. – Фильм будет называться «Свадебный фронт»…

– Погоди-погоди! – почему-то запаниковала я. – Свадебный?!

– Ну да! Там, кажется, все на свадьбе завязано. Начинается вроде с того, что главный герой делает предложение героине…

Я слушала Сырка, затаив дыхание, но в замке в самый неподходящий момент повернулся ключ.

– Кристин, завтра в универе обязательно поговорим об этом, пока! – быстро проговорила я и положила трубку.

Мама пришла уставшая и без настроения. Отказалась от ужина и удалилась к себе в комнату. Когда я, предварительно постучав в дверь, зашла к ней, мама лежала в постели с книгой. Однако сосредоточиться на чтении, видимо, не могла и задумчиво глядела на потолок.

– Ты почему еще не спишь? – спросила мама, не поворачивая ко мне головы. – Завтра рано в университет…

– Сейчас лягу, – пообещала я и осторожно присела на край кровати. – Мам, у тебя что-то случилось?

– С чего ты взяла?

– У тебя плохое настроение. Это из-за желтого букета?

Мама неопределенно пожала плечами.

– Ты знаешь, кто его мог тебе отправить?

Впервые мы не могли поговорить по душам. Это немного ранило, но больше – пугало. Раньше мы все обсудили бы и посмеялись, но теперь в маме явно поселился страх и на мои вопросы она отвечала осторожно и неохотно.

– Наверное, какой-нибудь навязчивый фанат, – сказала негромко мама. – Не люблю послания без карточек. Сколько сумасшедших, особенно весной… Это опасно.

– А если карточка была в коробке, а мы ее не проверили? – предположила я.

– Теперь все на помойке, там этому и место. Настя, давай не возвращаться к этой теме, – попросила мама. – Иди спать. Я очень сильно сегодня устала…

Я послушно поднялась с кровати.

– А когда съемки «Свадебного фронта» начнутся? – спросила я, уже стоя в дверях.

Мама снова бросила в меня напряженный взгляд.

– Там все сложно… Режиссер меня утвердил, но, возможно, продюсеры будут против и все переиграют. Есть еще одна кандидатура на главную роль, поэтому я тебе пока особо и не рассказываю об этом проекте.

– М-м-м, – промычала я. – Ясно. Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, Настёна!

Комнату я покидала с мыслями о «свадебном проекте». Слишком уж странное совпадение, и, возможно, копать нужно в этом направлении. Если маме угрожает опасность, о чем и говорится в записке, я предприму все, что в моих силах, чтобы ее уберечь.

* * *

С приходом весны физкультуру перенесли из спортзала на стадион, и теперь, несмотря на плохую погоду, приходилось торчать на улице и наматывать круги, чтобы не околеть. Пока после очередного забега я пыталась отдышаться на скамейке, Сырок рядом подскакивала на месте, размахивая руками в разные стороны. Сегодня на ней был ярко-розовый спортивный костюм и вязаная повязка на голове в тон. Пахло ранним утром и влажным ветром.

– Страшная женщина эта Ева Никитина, – говорила Кристина разминаясь. – Помнишь фильм «Тоня против всех»? Там фигуристки подбрасывают друг другу стекло в коньки… Вот это случай Евы, только на съемочной площадке.

– Если она такая злодейка, то почему с ней сотрудничают? – удивилась я. – С такой-то репутацией?

– Талантливая очень. Бог в темечко поцеловал, – сказала Сырок.

За ее спиной раздался громкий свист, и от неожиданности Кристина вздрогнула. Я нехотя поднялась со скамейки, и мы поплелись к стартовой черте… А после нового пронзительного свистка физрука вяло побежали следом за другими девчонками.

– У меня дома много вырезок из статей про Никитину, – пыхтя, сообщила Сырок. От бега ее дыхание быстро сбилось.

– Для чего тебе?

– А я собираю про весь наш бомонд… Такое вот увлечение. Это еще со школы. Я когда-то была большой поклонницей Евы, а после скандалов разочаровалась в ней.

– Можно мне посмотреть?

– Если хочешь, вечером забегай ко мне домой.

– Хочу! – с готовностью отозвалась я.

Странное дело, еще несколько дней назад я бежала от Сырка как от огня, считая ее громкой и навязчивой, а теперь сама напрашиваюсь в гости. Если честно, мне не столько хотелось почитать вырезки про Еву Никитину, сколько было боязно оставаться дома одной… А вдруг найденная информация поможет моему расследованию? Стоп! Расследуют обычно преступление… Хотя записка с угрозой – разве это не оно?

– Тогда могу сегодня за тобой заехать, – предложила Сырок.

Я вспомнила о нашей совместной поездке, когда чуть не поседела от страха, и поспешила отказаться.

– Нет, спасибо! Лучше просто скинь адрес. Я вечерком как раз люблю прогуляться по городу, проветрить мозги.

Тут некстати в памяти всплыл Тарас, который как-то после похожей от меня фразы заявил: «Было бы чего проветривать…» Все-таки хорошо, что Соколов невольно стал свидетелем той странной распаковки. Оказалось, что когда делишься своими проблемами и опасениями, становится немного легче. Даже разговоры с Сырком о Еве Никитиной дают маленькие результаты. Я чувствую, что не топчусь на месте и не бездействую.

Разговаривая, мы отстали от группы девчонок. Даже звонкий свисток нас не подбадривал. Из-за болтовни я совсем выдохлась, а у Сырка вдруг открылось второе дыхание. Внезапно она так припустила, обогнав всех одногруппниц, что я диву далась. Кристина первой миновала финишную черту с диким воплем, из-за которого с веток вспорхнула стая ворон.

К скамейкам Сырок возвращалась в статусе победителя. Совершив на финише невероятный марш-бросок, наша староста стала настоящей героиней и теперь весело о чем-то говорила с физруком. Я плелась последней. Мила и Ника вышагивали впереди. Еще утром я успела сообщить Миле, что проходки мне достать пока не удалось, поэтому девчонки потеряли ко мне интерес.

Еще издалека на одной из скамеек я приметила Леона. Он поднял голову и тоже увидел нас. Девчонки зашушукались и тут же отступили, пропуская меня вперед. Несмотря на наш вчерашний поцелуй, я почувствовала раздражение. Абсолютно очевидно, для чего он сегодня ищет встречи со мной. А самое ужасное, что