Что скрывает Диана - Ася Лавринович

я иду у него на поводу, ведь конспекты, которые подготовила для Артемьева, утром прихватила с собой. Сначала я проследовала к первому ряду и взяла со скамейки свой рюкзак, а затем поднялась выше и села рядом с Леоном. Вид у Артемьева тут же сделался жалобно-виноватым.

– Прости, что вчера не написал, – сказал он, в знак приветствия приобняв меня.

Мы сидели рядом, но сегодня с поцелуями он не лез.

– Ничего страшного, – отозвалась я.

Интересно, задумывался ли Леон, что мы ни разу толком и не переписывались? Конечно, вчера мне было не до него, но порывов написать мне и узнать, как мои дела, у парня не наблюдалось. Я молча расстегнула рюкзак и достала из него тетради.

– Вот, держи. Здесь все, что тебе нужно. Даже за первый курс.

Леон тут же расцвел и потянулся к конспектам.

– Спасибо большое, Настенька! Ты меня так выручила! Обещаю, что перепишу все быстро и верну их тебе.

– Да они мне не особо сейчас нужны, – пожала я плечами. Свои зачеты и экзамены по этим предметам я уже давно сдала. – Можешь держать их у себя сколько понадобится.

Мне показалось, что сейчас Артемьев в порыве чувств все-таки поцелует меня при всех, но Леон только снова меня обнял. Новый свисток от физрука оповестил, что пара закончилась, и Леон первым быстро поднялся со скамейки.

– Я тогда их через недельку отдам… или через две! – сказал он, уже спускаясь.

– Угу!

Артемьев убежал, девчонки, смеясь и громко разговаривая, покидали стадион. А я сидела на скамейке, разглядывая спешащие в никуда кучевые облака.

– Ты отдала ему свои конспекты? Для чего? – спросила Сырок.

Я даже не заметила, как она ко мне подсела.

– Почему бы и нет? – посмотрела я на Кристину. – Я ведь уже сдала экзамены и зачеты по этим предметам.

– Артемьев – безалаберный прогульщик и оболтус. А эти конспекты – твой труд и твое потраченное время.

– И что мне теперь, прожить свою жизнь с конспектами в обнимку? Захоронят меня вместе с ними, как фараона Тутанхамона с его богатством.

Сырок смерила меня насмешливым взглядом и покачала головой.

– Нужно поработать над твоей самооценкой. Это мешает тебе завести здоровые отношения, – заявила она, – но хорошо, что теперь ты в руках профессионала.

– Это ты профессионал в отношениях? – развеселилась я.

– Не представляешь, сколько у меня ухажеров! – оскорбилась Сырок. Я только сейчас разглядела, какие у нее красивые дымчатые глаза. – Отбоя нет.

Я не стала спорить. О личной жизни Кристины мне ничего не известно. Да я никого из одногруппников близко не знала. А жизнь у всех кипела, в отличие от моей. Но, как говорит моя мама, счастье – это всегда выбор. И я выбирать его пока не спешила.

– Как раз сегодня у меня этим и займемся! – обрадовалась Кристина.

– Мы должны посмотреть вырезки про Еву Никитину, – напомнила я. – Я беспокоюсь за маму.

– Помню-помню! – отмахнулась Сырок. – «Предупрежден – значит вооружен!» Но ведь одно другому не мешает.

Кристина первой встала со скамейки и протянула мне руку, чтобы помочь подняться. Вдвоем мы направились в сторону корпуса.

– Только объектом для эксперимента со здоровыми отношениями нужно выбрать кого-нибудь другого. Твой Леон мне категорически не нравится.

– Но больше на примете никого нет, – развела я руками, – я, понимаешь ли, не нарасхват.

– А твой сосед? Он очень симпатичный!

– Тарас? Издеваешься? Обычный гопник. Он мне всю жизнь покоя не дает.

– Тогда это судьба!

– Какая еще судьба? Сдурела совсем? – испугалась я.

– Все понятно! – снова с важным видом кивнула Сырок. – У тебя тревожно-избегающий тип привязанности, а у него – спокойно-догоняющий.

– У Тараса злодейский тип привязанности. И давай его не обсуждать, иначе поссоримся! – предупредила я.

– Выходит, случится наша первая дружеская ссора? – отчего-то обрадовалась Сырок. Она так искренне сияла, что я не выдержала и рассмеялась.

– Выходит, что так!

Покинуть стадион без обсуждения парней все-таки не получилось. Кристина принялась просвещать меня, рассказывая о типах привязанностей, подкрепляя примерами из своей бурной личной жизни. Однако ситуации эти были преимущественно комичными, поэтому до универа мы хохотали на всю улицу. Впервые за несколько дней вдруг стало так легко и беззаботно. И я даже не подозревала, что уже через пару часов мне будет не до смеха.

Глава шестая

Тишину в нашей квартире нарушало только мерное тиканье больших старинных часов, которые когда-то достались отцу в наследство. Когда папа съезжал из этой квартиры, реликвию оставил мне. Чтобы я передала своим детям, а потом они перекочевали бы к моим внукам и правнукам… Я уже давно не замечала часы, но сегодня мне показалось, что стрелки отсчитывают минуты как-то зловеще. Разувшись, я прошла в комнату и отчетливо учуяла незнакомый парфюм. Он даже перебивал запах цветов, расставленных по всему дому. Может, мама забегала на обед не одна? Например, со Славой… Мне почудилось, что к аромату духов прибавился еще и запах табака. Но почему парфюм чувствуется так отчетливо, словно его владелец находился здесь совсем недавно? К тому же форточка открыта, по полу гуляет сквозняк, он должен, по идее, быстро выветриться… Стоп! Открытая форточка! Я понеслась на кухню и обнаружила, что мы с мамой действительно перед выходом не закрыли окно. И это на нас не похоже. После того как у одной знакомой в квартиру залетел окурок, у мамы появился строгий пунктик на этот счет. Мы всегда закрывали форточки перед уходом. Я прошла на кухню и закрыла окно. Нет, все-таки мама определенно заходила домой не одна. А с кем? А если мамы здесь не было? Судя по ее плотному графику, обедала она в театре. Меня охватила странная дрожь. Спокойно, Настя! Ты пересмотрела слишком много детективных сериалов… Так не бывает. А если здесь побывала Ева? Туалетная вода категории «унисекс» могла принадлежать и ей… Мысль о том, что в нашу квартиру пробрался кто-то чужой, была пугающей и неприятной. Я пробежалась по комнатам и осмотрела ценные вещи. Проверила мамины украшения в шкатулке, документы и припрятанную на черный день валюту. Все на месте. В последнюю очередь я полезла в кухонный шкаф проверить кольцо. Отодвинув старую сахарницу и заварочный чайник с отломанным носиком, которые мы зачем-то хранили, я заглянула в коробку с формами. Кольцо на месте. Может, выкинуть его от греха подальше? А вдруг кто-то пробрался в нашу квартиру, чтобы установить прослушку? Одна мысль безумнее другой! Для чего нас прослушивать? Если только моя мама не шпионка. Я действительно смотрела много детективных и шпионских сериалов, поэтому не могла исключить такие варианты. Я