Мой грязный эксклюзив - Кэти Андрес

— Тогда чего ты за мной таскаешься?

— Да нравишься ты мне, — просто пожал плечами он. — С тобой весело. Ты живая, настоящая, искришь так, что обжечься можно. Почему нет, если вот сейчас, в данный момент, нам обоим хорошо? Ты слишком много думаешь, Карина. Загоняешь себя в рамки.

— Это называется жизнь, Баженов. Нельзя просто жить одним днем, как стрекоза из басни. Нужно планировать и…

— Зачем? — спокойно перебил он.

— Что зачем?

— Зачем планировать? Я не планировал трахать тебя в душевой, но трахнул. И мне охренеть как понравилось. Я не планировал зажимать тебя в клубе и вуаля — снова было круто. Самые лучшие вещи случаются, когда ты перестаешь всё контролировать.

Я открыла рот, чтобы возмутиться его беспардонности, но тут, как по волшебству, возник официант с нашими заказами.

Мы ели молча. Я бездумно ковыряла вилкой стейк из тунца, мысленно пережевывая его слова. Он был абсолютным хаосом. Стихией, живущей моментом. А я была системой, графиком, планом-капканом. Мы действительно были с разных планет.

Когда тарелки опустели и официант бесшумно наполнил наши бокалы рубиновым вином, я снова нарушила тишину.

— Говоришь, не планируешь, — я задумчиво провела пальцем по тонкому хрустальному ободку. — Но что будет дальше? Ты хоть раз об этом думал? Это сейчас ты молод, красив, у тебя идеальное тело и куча энергии. Но так будет не всегда, Виктор. Гравитация и время берут свое. Ты не всегда будешь востребован в клубах, и не всегда сможешь так танцевать. Чем ты потом заниматься будешь?

Я ожидала услышать банальность. Что-то вроде «открою свой стрип-клуб», «стану фитнес-тренером» или «найду богатую старушку».

Но он вдруг перестал улыбаться.

— Большинство людей всю жизнь копят себя для будущего, которое может и не наступить, Карина. Берегут лучшую одежду для особого случая, откладывают эмоции, терпят скучную работу ради мифической пенсии. Они пытаются сохранить себя, как консервы в банке. А я предпочитаю гореть. Да, костер сгорает быстро. Но пока он горит, он дает свет и тепло. Когда мое тело перестанет быть идеальным инструментом, когда сцена меня отпустит… я просто найду новый способ гореть. Но я точно не буду сидеть в старости на веранде и жалеть о том, что экономил свою молодость из страха перед морщинами.

Я замерла, пораженная. В этом наглом, циничном стриптизере вдруг открылась глубина, которой я никак не ожидала. Это было безрассудно, но в этом была своя дикая, пугающая красота.

Смотрела на него, не зная, что ответить. Моя выверенная система ценностей трещала по швам.

Виктор взял свой бокал, сделал глоток, не сводя с меня глаз, а затем поставил его обратно. Философская задумчивость исчезла из его взгляда так же быстро, как и появилась. Губы снова изогнулись в дразнящей, порочной ухмылке.

— Но знаешь, что я могу спланировать абсолютно точно? — бархатисто спросил он, накрывая мою руку, лежащую на столе, своей широкой горячей ладонью.

— Что?

— То, что сегодняшний десерт мы будем есть не здесь. А у тебя дома. И я планирую слизать его прямо с той самой маленькой родинки на твоем бедре.

Глава 13

Я, наверное, окончательно и бесповоротно сошла с ума.

Потому что прямо сейчас, глядя на его губы, произнесшие эту возмутительную пошлость, единственное, чего мне хотелось — это достать телефон, вызвать такси, закинуть этого наглого стриптизера на заднее сиденье и увезти к себе.

Виктор смотрел на меня. Я смотрела на него.

И он вдруг медленно, понимающе улыбнулся.

Господи, неужели у меня всё на лице написано бегущей строкой⁈ Ну вот что в этом парне не так? Точнее, что в нем такого, что заставляет меня, взрослую, рассудительную женщину так стремительно терять голову?

— Ко мне нельзя, — ляпнула я и тут же крепко зажмурилась, проклиная себя.

Мой голос дрогнул, дал петуха и вышел каким-то жалким, писклявым. Как у пятнадцатилетней девчонки, которая стоит перед главным красавчиком школы и несет абсолютную околесицу.

Виктор чуть склонил голову набок, и в его глазах заплясали откровенно дьявольские искры.

— Ты вроде разведена? Или нет? — он притворно нахмурился, хотя губы продолжали подрагивать от сдерживаемой усмешки. — Не то чтобы я осуждал, Карина. Всякое в жизни бывает. Если честно, в этом даже есть свой адреналин. Прятаться в шкафу, прыгать с балкона второго этажа в одних трусах, пока разъяренный муж-рогоносец ломает дверь… В этом определенно есть своя романтика.

— Идиот. Я разведена. Но у меня дома дочь. И я не вожу туда мужчин. Никаких. Никогда. Это правило.

Виктор ни капли не смутился.

— Окей. Понял. Значит, поедем ко мне.

— Я не говорила, что поеду к тебе.

Баженов откинулся на спинку стула, вальяжно покручивая ножку своего бокала, и улыбнулся еще шире.

— Пока не говорила, но еще не вечер. И мы пока никуда не уходим.

Я набрала в грудь воздуха, чтобы выдать ему очередную порцию нотаций о том, что он слишком много о себе возомнил, как вдруг воздух над нашим столиком прорезал пронзительный, радостный визг.

— Ой! Кариночка⁈

Этот голос я узнала бы из тысячи. Мой персональный филиал ада на земле.

Я медленно повернула голову. Возле нашего столика, благоухая чем-то удушающе-сладким и сверкая пайетками на микроскопическом платье, стояла Милана. Как всегда, она выглядела так, словно только что сбежала со съемок клипа рэпера средней руки.

— Милана, — выдохнула, чувствуя, как дергается правый глаз. — Какая… неожиданность.

— И не говори! — блондинка всплеснула руками с километровыми нарощенными ногтями. — Вообще не ожидала тебя тут увидеть! Тут же так до-о-орого! Мы-то с Игорешей часто сюда заходим, мы тут устрицы любим. Игорек! Игорек, иди сюда, смотри, тут Карина!

Из-за спины этого сверкающего недоразумения вынырнул мой бывший муж. Игорь выглядел уставшим, слегка помятым и явно не горел желанием устраивать вечер встреч выпускников из клуба бывших жен.

— Здравствуй, Карина, — буркнул он, нервно поправляя галстук. Его взгляд мгновенно метнулся к Виктору, который с огромным, почти научным интересом наблюдал за разворачивающимся цирком.

— Милусь, пошли, наш столик уже готов… — попытался Игорь взять свою юную жену за локоть.

— Ой, да подождет наш столик! Мы же сто лет не виделись! А мы к вам присядем на минуточку!

И, не дожидаясь ответа, она бесцеремонно выдвинула стул и плюхнулась за наш стол, прямо между мной и Баженовым. Игорю ничего не оставалось, кроме как с обреченным вздохом сесть рядом с ней.

Я сидела ни жива ни мертва. Мой бывший муж. Его беспросветно тупая малолетняя жена. И мой двадцатишестилетний стриптизер, с которым я дважды переспала и которому вчера ночью отправляла видео