Подснежник для сурового Апреля - Тиро Томое

Над головами полыхнула яркая вспышка, ещё одна, а потом вспышки слились в бесконечное мелькание цветомузыки на дискотеке. В стороны посыпались цветные искры фейерверков, которые внезапно превратились в белоснежные цветы вишни. Свежий воздух наполнился ароматом красной ягоды и я громко чихнула. За моей спиной презрительно фыркнула одна из дев. А что я могу сделать? Всегда чихаю во время весеннего цветения.

— Наши прекраснейшие претендентки, — снова завыл эрл Колин Филитиарн Сил, — дангра Гвин из благородного Дома Чистой Воды!

Дангру Гвин явно любили. Люди на трибунах зааплодировали, подняли вверх руки и по рядам побежала самая настоящая волна! На секунду показалось, что это реальная вода и она вот-вот хлынет вниз и затопит всю округу, но волна добежала до стены, взвилась светящейся струёй, а потом разбилась о бортик ложи. Над ложей всколыхнулся светло-голубой флаг.

— Иииии, — затянул распорядитель, — первая стрекоза! Готовы?

Толпа стройным хором подтвердила готовность.

— Включение! — прогрохотал эрл Колин Филитиарн Сил.

Под куполом арены вспух пузырь. По нему побежали искры, сменились рябью и пузырь превратился в вогнутый экран. Через секунду на нём появилось изображение. Гвин — гордая, величественная, — смотрела на арену. Она улыбнулась и послал воздушный поцелуй. Толпа зашлась в экстазе.

— Как прекрасна и свежа дочь благородного Дома Воды! — под одобрительные вопли зрителей, расхваливал распорядитель Гвин, — но не только красотой сильна дангра Гвин! Нет лучше неё девы, что так виртуозно играет на домбаре, что плетёт такие искусные кружева, что так филигранно складывает слова в строки…

Восхваление Гвин продолжалось ещё минуты три, но эрл Колин Филитиарн Сил ни разу не повторился. Гвин отвечала воздушными поцелуями, улыбками, благосклонными поворотами головы, а толпа зрителей благодарно принимала эти знаки внимания. Наконец, распорядитель оставил её в покое и перешёл к Элиан. Снова яркое приветствие, пузырь, на котором возникло улыбающееся лицо дочери благородного Дома Вишни и россыпь восхваляющих эпитетов.

Единственным отличием было то, что белоснежный флаг с цветущим деревом взвился не только над ложей Дома, но и на другой ложе, расположенной выше всех. Там было всего три человека. Одного я опознала по тёмным волосам и специфической одежде — это был Эдвард Денжиди. Оставшиеся были мне неизвестны. Присмотревшись, я поняла, что один из них это тот самый хрейдмар, с которым я заключила сделку. Как поняла? По сверкающим доспехам, от которых слепило в глазах, по величественной позе. Жаль, лица рассмотреть не удалось. Хрейдмар буквально притягивал внимание. Я смотрела на мощную фигуру и никак не могла отвести взгляда. Даже вопли распорядителя и восторги толпы ушли на задний план, оставшись на границе восприятия. Веяло от человека в доспехах какой-то тайной, силой и мужеством. Но ещё сильнее от него тянуло холодом — ледяным спокойствием снежных пустошей.

Хрейдмар, словно почуяв мой интерес, шевельнулся. От доспехов отразился луч света, подаривший мне солнечный блик прямо в глаз.

— Блин, — прищурилась я, отворачиваясь, но успела заметить, как ург отвесил лёгкий поклон, явно адресованный мне.

Ответить я не успела. Раздался очередной визгливый возглас распорядителя и стрекоза повисла перед моим лицом. Я махнула ладонью, отгоняя её. Стрекоза сердито зажужжала, отлетела сантиметров на двадцать и снова зависла, повернувшись ко мне глазками-бусинками.

— И последняя участница, — эрл Колин Филитиарн Сил вплёл в голос таинственность фокусника, — неожиданная, нежданная… юная эйна из Манескера, Маргарита!

— Что? — недоумённо прошептала я, — когда всех объявить успели?

Под куполом появилось моё удивлённое лицо, которое трибуны встретили презрительным молчанием.

— Свежая, как майская роза, эйна Маргарита великолепно справляется с физическими нагрузками, печёт великолепные хлеба, вяжет пушистые платки…

Чего? Откуда он это знает? И про ГТО, который я успела сдать до того, как его упразднили, и про работу в пекарне, и про платки?

Моя растерянность тут же отразилась на экране. От зрителей понеслись лёгкие смешки, неприятные выкрики, оскорбляющие меня и мои умения. Видимо, они были слишком обычные, чтобы кого-то впечатлить. Я вздёрнула подбородок, и гордо уставилась на чёрные бусинки глаз стрекозы. Пусть смеются, мне плевать с высокой колокольни.

— Ииитак! — снова заголосил распорядитель, игнорируя равнодушное издевательство зрителей, — пеервое испытание! Благородные девы и юная эйна сегодня покажут, как они могут справляться с трудностями грядущего замужества! По традиции, у шести старших Домов есть преимущество. Они вступают в борьбу первыми. Дальше пойдут девы младших домов и, — в голосе эрла Колина Филитиарна Сила обнаружилась лёгкая наигранная грустинка, — последней на путь испытания вступит Маргарита из Манескера!

Раздался скрежет. Вниз от платформы побежали прозрачные ступени, раскладываясь, как бумажный веер, пока не остановились перед входами в гигантское строение, накрытое непроницаемым пологом. Снова заблистали вспышки фейерверков, загремела торжественная музыка.

— Удачи, Маргарита.

Я повернулась на голос. Мне благожелательно улыбалась Элиан.

— Буду рада с тобой встретиться после испытания. Заранее приглашаю к себе на вечернее застолье. Не отказывайся, будет весело!

— Если выживу, то приду, — ответила я.

— Отлично! — взмахнула Элиан изящной ладонью, — значит, увидимся!

Ступени у её ног обрели плотность. Элиан улыбнулась мне на прощанье и легко побежала вниз, едва касаясь подошвами ботинок поверхности лестницы. Девы старших Домов оказались на земле одновременно. Они замерли на секунду перед входами в строение, а потом исчезли.

Снова зазвучала музыка, приглашая дев младших Домов на испытание.

Я нервно облизнула губы, наблюдая, как последние участницы скрываются под непроницаемым пологом.

— Юная эйна! Ваш черёд! — провозгласил распорядитель.

Музыканты урезали отвратительный марш, приветствуя меня. Я, не подавая виду, что страшно боюсь, быстро сбежала по лестнице и шагнула в проход.

Глава 15

Глава 15

Маргарита, первое испытание

Звуки арены исчезли, как только я сделал первые шаги по проходу. Только я, стены и стрекоза.

Я медленно брела по светлому проходу. По бокам шелестели густые зелёные кусты, сливаясь над головой в непроницаемую арку. Назойливо стрекотала стрекоза, бессмысленно тыкаясь в лицо или путаясь под ногами. Я тщательно проверяла ногами каждый сантиметр земляного пола прежде чем делала очередной шаг, подозревая скрытые ловушки. Не доверяла я местным затейникам — организаторам. Мало ли что могли придумать их светлые мозги.

Но путь был на удивление чист. Ни тебе вращающихся плит пола, ни внезапно разверзающихся под ногами ям с острыми пиками на дне. Так в чём заключалась шутка юмора и первое испытание?

Осмелев,