Истинная для бывшего мужа-дракона - Рия Адри

с серебряным огнём. Чёрная рубашка была испачкана кровью, лицо усталое, взгляд ясный. Между нами оставалось несколько шагов.

Год назад я ушла от него, потому что рядом с ним не было места для меня.

Теперь он стоял в стороне, чтобы не вытеснить другую женщину своей связью со мной.

Изменение было слишком большим, чтобы его не видеть.

И слишком поздним, чтобы забыть всё остальное.

— Готовы? — спросил Орвин.

Элира ответила:

— Да.

Я закрыла глаза.

Внутри появилась та же лечебница. Пустая, тихая, с дождём за окном. Элира стояла у стола, уже не в свадебном платье. На ней было простое голубое платье из её комнаты, но без жемчуга, без родовых знаков.

В конце комнаты открылась новая дверь.

За ней была не больница.

Светлая спальня, незнакомые руки, тёмные волосы на подушке, новое лицо в зеркале. Пустая оболочка ждала.

Элира смотрела на дверь.

— Страшно, — сказала она.

— Знаю.

— А если я проснусь и окажусь никем?

— Тогда выберете имя.

— А род?

— Вы можете создать свой.

Она улыбнулась сквозь слёзы.

— Вы говорите как женщина, которая сама ещё не выбрала мир.

— Поэтому знаю цену.

Снаружи Орвин начал ритуал.

Кровь Саан вошла в линии капсулы. Сердечный ключ вспыхнул. Огонь Арвена прошёл через серебряную чашу. Внутри лечебницы новая дверь открылась шире.

Элира сделала шаг.

Остановилась.

— Лина.

— Что?

— Я не прощу Арвена.

— Я знаю.

— Но если вы выберете его, это не будет предательством меня.

У меня сжалось горло.

— Я боялась именно этого?

— Да.

Она видела слишком много.

— Его вина перед вами останется.

— И моя жизнь тоже останется. Отдельно. Наконец.

Элира протянула мне руку.

Я взяла.

— Спасибо за тело, — сказала я. — Хотя вы не отдавали его.

— Спасибо, что не сделали его моей могилой.

Мы отпустили друг друга.

Она пошла к двери.

В реальном мире сердце сбилось. Метка вспыхнула, пытаясь потянуть меня следом. Я услышала голос Арвена:

— Лина. Назови, где остаёшься.

Я смотрела на лечебницу.

На стол, где спасла его.

На полки, которые сгорели.

На дверь в больничную палату, закрытую, но существующую.

На новую дверь Элиры.

— Я остаюсь в этом теле, — сказала я. — Потому что сейчас это мой выбор. Не ритуал. Не страх. Не метка. Я выбираю жить здесь до тех пор, пока сама не решу открыть другую дверь.

Серебряные ветви успокоились.

Элира шагнула в свет.

Связь между нами натянулась.

На миг я почувствовала её всю: детство, мать, страх перед отцом, ожидание у окна, свадебный день, письмо, горячку, душник, злость, надежду.

Потом нить оборвалась мягко.

Я открыла глаза.

Капсула была наполнена белым светом.

Тело внутри выгнулось, сделало первый настоящий вдох и закашлялось. Самуил открыл стекло. Воздух ворвался внутрь. Женщина с тёмными волосами подняла руку, коснулась собственного лица.

— Элира? — прошептала Мара.

Она открыла глаза.

Глаза были светло-серыми.

Не как у меня. Не как у Арвена.

Её.

— Мара, — сказала она новым голосом.

Мара заплакала.

Элира попыталась сесть. Самуил удержал её за плечи.

— Медленно. Тело спало много лет.

Она посмотрела на свои руки, на волосы, на отражение в стекле. На отца.

Лорд Саан отступил.

Он не узнал дочь.

И это было справедливо.

Потом Элира посмотрела на Арвена.

Он склонил голову.

Не как лорд перед бывшей женой.

Как виновный перед свободной женщиной.

— Живите, — сказал он.

— Буду.

Она перевела взгляд на меня.

Я чувствовала странную пустоту внутри тела. Свободное место. Тишину, которая принадлежала только мне.

— Лина, — сказала Элира. — Теперь тело ваше.

Я хотела ответить, но метка вспыхнула.

Не болью.

Зовом.

Мара схватилась за белую линию на запястье и вскрикнула.

— Палата!

Я бросилась к ней.

— Что?

— Ваше тело там… оно открыло глаза.

В лаборатории погасли все огни.

Над сердечным ключом развернулся золотой знак Малхара.

Его голос прошёл по камню:

— Поздравляю. Вы спасли первую душу. Теперь посмотрим, кого выберет вторая, когда её прежнее тело попросит вернуться.

Перед нами раскрылось окно в палату.

Моё прежнее тело сидело на кровати.

Мама держала его за плечи и плакала от счастья.

А оно смотрело прямо на меня.

Моими глазами.

И улыбалось.

— Лина, — сказало оно моим прежним голосом. — Ты опоздала. Я уже дома.

Глава 12

Глава 12

Глава 12

Моё прежнее тело сидело на больничной кровати.

Мама держала его за плечи и плакала от счастья. Вокруг суетились врачи, кто-то поправлял капельницу, кто-то проверял экран аппарата. В палате было слишком светло. Слишком чисто. Слишком далеко.

А моё лицо там, в другом мире, смотрело прямо на меня.

И улыбалось.

— Лина, — сказало оно моим прежним голосом. — Ты опоздала. Я уже дома.

У меня онемели пальцы.

Не метка. Не ритуал. Не рана. Просто ужас, холодный и простой: твоё место заняли. Твоё лицо говорит с твоей матерью. Твоё тело дышит без тебя. И человек, который должен был стать возвращением, смотрит на тебя как на лишнюю.

Мама всхлипывала и прижималась лбом к плечу моего прежнего тела.

— Доченька… я знала… я знала, что ты вернёшься…

Я хотела закричать, но Самуил схватил меня за руку выше метки.

— Тише. Не корми канал болью.

— Там моя мама.

— И именно поэтому думай.

Арвен стоял рядом. Не касался, но я чувствовала его так остро, словно ладонь уже лежала на моей спине. Он смотрел в окно между мирами, на моё прежнее лицо, и в его взгляде не было растерянности. Только холодный расчёт.

— Это не ты, — сказал он.

— Я вижу.

Голос у меня дрогнул.

Женщина в моём теле повернула голову, будто услышала.

— Мама, — сказала она мягко. — Не слушай больше эти голоса. Они хотят забрать меня обратно.

Мама подняла заплаканное лицо.

— Кто? Лина, кто?

— Те, кто держал меня там. Женщина с чужим лицом. Дракон. Они сделали вид, что я не могу вернуться. Но я вернулась.

Она говорила моими интонациями.

Нет. Не моими.

Она копировала их. Слишком ровно. Слишком правильно. Как актриса, которая выучила роль по чужим письмам и записям.

Мара стояла у сердечного ключа на коленях, обеими руками держась за запястье с белой линией. Её губы побелели.

— Она врёт, — прошептала Мара. — Я