Снежная Надежда для Босса - Ирэна Солар

Припарковавшись на парковке, шеф потянулся ко мне руками. Рывком прижал к себе до хруста в костях и с жаром поцеловал. Мне бы возмутиться как следует, но я не могла отказать себе в удовольствии и поцеловала его в ответ.

А когда мы смогли оторваться друг от друга то резко обнаружили, что нас пристально рассматривали из соседнего авто.

Стекло соседнего авто опустилось вниз, и я заметила язвительную ухмылку исполнительного директора — Петра Михайловича Тарасова.

— А кто-то говорил, что не смешивает личные отношения с работой! — заявил он протяжно.

Затем снова поднял стекло вверх и вышел из машины не оборачиваясь назад.

Шеф недовольно сопя смотрел ему вслед. Вот только сказать в ответ ему было нечего. Он действительно нарушил свое собственное правило. А у исполнительного директора имелась причина обижаться. Ведь совсем недавно Роднинский уволил его жену.

Глава 17

К офису мы шли в абсолютном молчании. В глубине души я испытывала неловкость и легкий стыд. Мне казалось, что все уже знают о наших с Игорем отношениях. Смеются за спиной и осуждают за глаза.

«Ну и черт бы с ними!» — подумала я и посмотрела на шефа, но тот шел рядом с каменным выражением на лице.

От него веяло арктическим холодом. Он погрузился в себя, вызывая во мне давно забытое чувство беспомощности. Совсем как тогда, когда мать бросила нас с братом на попечении бабушки и укатила во Францию за своей новой любовью.

Ну что же не в первый раз мне самой предстояло справляться с возникшими трудностями! Стиснула зубы и нацепив маску равнодушия на лицо двинулась вперед, сбрасывая с себя неприятное чувство вины.

Хотя если хорошенько подумать, в чем собственно я была виновата?

Наша вчерашняя ночь была обоюдным слиянием двух одиноких сердец. Роднинский практически признался мне в любви, а я ответила на это согласием. Все честно. Ко мне не может быть никаких претензий. С этим убеждением уверенно продержалась на плаву первую половину дня.

Во время обеденного перерыва я неожиданно столкнулась на кухне с Петром Тарасовым. Сделала для шефа горячий кофе и понесла его на подносе в руках. Теперь он смотрел на меня иначе. Прежнее любопытство сменилось пренебрежением. Он злился на шефа и все недовольство выливал на меня.

Я попыталась протиснуться мимо него, но внезапно услышала его тихий голос. Слова словно яд были брошены мне прямо в спину.

— И каково оно? — ухмыльнулся он нагло. — Быть постельной грелкой Роднинского?

Обернувшись я гневно сверкнула глазами.

— Ваши комментарии оставьте при себе.

Смерила мерзавца своим коронным взглядом, но тот лишь со злостью оскалился в ответ.

— Языкастая! — похотливо хохотнул он. — Шеф таких любит.

Затем отвернулся от меня и подошел к холодильнику. Сделав вид, что меня рядом нет.

На ватных ногах вошла в туалет и посмотрела на себя в зеркало. Глаза лихорадочно блестели от обиды. Я была не похожа сама на себя. Гадкие слова проникли в самую душу, с каждой секундой зарождая сомнения и неуверенность в своей правоте. Ситуацию усложняло еще то, что шеф от меня отстранился. Я ужасно не любила, когда на меня перекладывали свою вину. Поставила поднос на раковину и смахнула внезапно набежавшие слезы. Рваными движениями поправила макияж и отдышавшись немного без особого энтузиазма понесла кофе в рабочий кабинет Роднинского. Мстительно прикидывая подсыпать начальнику в кофе соли или вылить горячую жидкость на брюки?

В принципе оба варианта были достаточно убедительными.

Шеф должен понять, что нельзя так со мной себя вести!

Командировка истекала через два дня, но я чувствовала, что до конца я просто не выдержу. Если шеф продолжит и дальше меня игнорировать я соберу свои вещи и просто уйду. И плевать на то, что скоро платить по ипотеке. Я что-нибудь придумаю. Возьму взаймы, но не позволю себя изводить.

Вернувшись в кабинет с чашкой кофе в руках, я застала Роднинского стоящего возле окна.

— О, кофе, — улыбнулся он одними губами. — Спасибо!

— Не за что! — поставила чашку на стол и вернулась за рабочее место.

Так и не решившись в итоге осуществить свою месть, а надо было бы.

— Что-то случилось? — делая глоток, шеф подозрительно сузил глаза.

— Нет! С чего вы взяли? — громко забарабанила пальцами по клавиатуре. Мое дурное настроение прямо бросалось в глаза.

— На вас лица нет.

— Да? — раздраженно фыркнула и повернувшись посмотрела шефу прямо в глаза. — Может это потому что вы весь день меня игнорировали? Считаете, что это я виновата в случившемся?

— Так! — усмехнулся Роднинский. — Что-то я не понял. От чего вдруг такие претензии?

— От того! — обиженно буркнула и опять уткнулась носом в пустой монитор.

Шеф посмотрел на меня как на дуру, а я едва не показала ему от обиды язык.

Ну почему Роднинский не умеет читать мои мысли?

Да подойди же ты ко мне и просто по-человечески обними!

Но нет же, стоит и делает недоуменное лицо.

Настроение упало ниже плинтуса. Делать вид, что работаю становилось все труднее и труднее.

— И долго вы будете сидеть, глядя в одну точку? — заговорщическим тоном спросил Роднинский.

Увидел все-таки гад!

— Столько, сколько понадобиться! — в конец обнаглела я.

Иногда такое со мной случалось. Как раз в такие моменты, когда терпение подходило к концу. Вот как сейчас, например.

Шеф подошел ко мне ближе и положил теплую ладонь на плечо. Я тут же дёрнулась словно пойманная в силки птичка, но была крепко схвачена его мощными, сильными руками. Роднинский подхватил меня на руки и усадил пятой точкой на свободный стол.

— Говоришь внимания тебе мало? — томным голосом произнес он.

— Да. Мало! — выдохнула ему прямо в губы.

Взгляд шефа наполнился чернотой, и он стремительно наклонился, сминая мой рот в беспощадном поцелуе. Жадно терзал мои губы, наказывая за проявленное непослушание. Но видимо этого я весь день и ждала. Поэтому замурчала словно довольная кошка, выгнула спину ему на встречу и с жаром поцеловала в ответ.

— Ну хорошо. Я виноват. Не спорю! — шеф с трудом отдышался, нехотя оборвав поцелуй. — Чего же ты хочешь?

— Не знаю, — честно ответила ему поправляя на груди шелковую блузку.

— Уфх… женщины! — засмеялся он. — Один черт вас поймет!

Глядя на меня влюбленными глазами, шеф задумчиво потер свой подбородок.

— А хочешь пойдем в самый лучший в городе ресторан? — неожиданно заявил он.

— А ты не боишься, что о нас пойдут сплетни? — спросила