Все приключения Ивидель Астер - Анна Сергеевна Сокол

но еще один рыцарь ударил его коленом в лицо. Что-то омерзительно хрустнуло. Трое на одного. Я бы сказала, что это нечестно. Но они были не на дуэли и не на рыцарском турнире.

— Молчать! — приказал серый. — Будешь говорить, когда спросят.

— А она? — уточнил ученик.

И, наверное, посмотрел на меня. Но я этого не видела. Не видела никого, кроме Криса. И еще пятна света, что падало на меня откуда-то сбоку. Я ощущала его тепло. А еще ветер, холодный, зимний, он шевелил растрепанные волосы.

Нас не бросили, нас все-таки спасли. Самое время радоваться.

— Леди почти в обмороке. Смотри, ничего не соображает.

Я соображала. Хотела даже закричать. Но вместо этого поняла, что падаю куда-то внутрь себя, в бездонный колодец. Падаю и не могу пошевелить даже пальцем.

— Доставить в подвал и допросить. Наизнанку вывернуть, но узнать…

Серый все еще говорил, когда я упала. Меня окружила тьма, голоса окончательно затихли.

Я не знала, что это. Хотя, вру, знала. Я нарушила данное богиням слово. Можно поиграть словами и сказать, что «почти нарушила». Но это будет лукавство. Дело не в том, что сделал Крис, не в его странном поступке, не в ленте на пальце. Дело во мне. В тот миг, когда он произнес сокровенную фразу: «Теперь ты моя жена», — я едва не закричала от счастья. Тысячу раз ответила ему «да», не произнеся ни слова. Никто не проводил над нами соединяющий ритуал, мы провели его сами. Мы знали, что сказал Крис. Я знала, что предала богинь. И наказание последует незамедлительно.

«Только не заставляйте расплачиваться отца и брата, — взмолилась Девам. — И если кому-то нужно умереть, то пусть это буду я!»

Словно повинуясь моим словам, сердце замерло. Несколько томительных мгновений казалось, что оно больше никогда не забьется. Казалось, что это все — оно замолчало навсегда. Но сердце сжалилось надо мной. Ударило, а потом застучало сильнее прежнего. Я смогла вздохнуть, попыталась открыть глаза, и…

Услышала тихие голоса, почувствовала прикосновение к лицу чего-то холодного. Попыталась приподняться, но тело казалось тяжелым и неповоротливым. Кости ныли, словно всю ночь отплясывала на балу.

Какой бал? Я же находилась в разрушенной библиотеке с Крисом, а сейчас…

С губ сорвался стон.

— Она очнулась, — произнес женский голос, и я узнала Гэли.

Подруга убрала с моего лица влажный носовой платок. Я приподняла голову и огляделась. Сейчас я точно была не в библиотеке.

— Что с ней? — спросила серая жрица, делая шаг к кровати, на которую меня успели положить.

— Понятно, что, — сердито ответила подруга. — Она неизвестно сколько времени провела рядом с… выходцем с проклятой богинями Тиэры. — Девушка покачала головой и уже для меня добавила. — Все, Иви. Все уже кончилось, отдыхай.

Я все-таки смогла приподняться. Тело слушалось, хоть и с трудом. Голова тут же закружилась, стены сделали несколько оборотов и нехотя остановились. Судя по всему, я не в темнице рыцарей, а в своей комнате. В той, что была закреплена за мной до того, как нас перевели в общую спальню.

— А ты бы не болтала, где и с кем она время проводила, — попеняла девушке Аннабэль Криэ. — От таких разговоров хорошего не жди. — Жрица подошла ближе. — Мы опять встречаемся с вами при не очень приятных обстоятельствах, графиня. — И, заглянув лицо, совсем другим тоном спросила: — Как вы, Ивидель?

— Не знаю. Что с Островом? Что с… — Я замолчала, не решаясь произнести имя. — Сколько времени?

— Скоро рассвет. Ты пролежала весь вечер и почти всю ночь. — Подруга всхлипнула. — Лежала, как мертвая.

— Академикумом снова управляют магистры. — Серая подошла к растопленному камину, взяла с подставки кочергу и пошевелила угли. — Взят курс на Трейди.

— Пришельца с Тиэры нашли? — спросила я, касаясь растрепанных волос.

— Но ведь… — не поняла сидевшая на краю кровати Гэли. — Разве это не барон Оуэн? То есть тот, кто им притворялся?

Аннабэль поставила кочергу на место и, не глядя на нас, попросила:

— Мисс Миэр, выйдите.

— Что? Но я… Иви!

— Все будет хорошо, — пообещала я. — Чуть-чуть подожди, прошу. — Я попыталась улыбнуться, но, видимо, напугала подругу еще сильнее.

— Это приказ, мисс Миэр, — добавила бывшая баронесса Стентон.

Подруга вздохнула, но все-таки вышла, скорчив напоследок страшную рожу, словно маленькая девочка, пользующаяся тем, что взрослый стоит к ней спиной.

— Вы ведь знаете, что Оуэн не с Тиэры? — не без внутренней дрожи спросила я.

Больше всего мне хотелось, чтобы она ответила «нет». Потому что «нет» означало, что жрицы еще не влезли в разум Криса.

Сейчас от вторжения в память его вряд ли спасут древние законы. Слишком тяжелы обвинения. И слишком правдивы. И вместе с тем, я хотела, чтобы она ответила «да». Хотела, чтобы они знали: не Крис нес погибель Аэре… А возможно ли это в принципе? Никто никогда не задумывался над реальностью предсказания. Разве может один человек угрожать целому миру?

В голову мало-помалу ввинчивалась боль, словно молоточки били по вискам: тук-тук-тук.

— Как тебе ответить?

— Правдиво, мисс Стентон, — попросила я, опуская ногу на пол. Слава Девам, комната уже успела прогреться.

— Хочу напомнить, что не обязана этого делать, — заметила жрица.

— Не обязаны, — согласилась я. — Но ведь зачем-то вы здесь?

— Происходит что-то странное, — натянуто сказала серая. — И мне это не нравится.

— Что с Крисом? — снова спросила я и снова почувствовала укол тревоги, грозивший перерасти в панику. Последнее, что я видела — как Оуэна били, как заламывали руки и волокли куда-то. В висках продолжало стучать.

— Он в темнице, — ответила Аннабэль.

— Он… Он…

«Он жив? — Хотела спросить я. — Он — это еще он, или жрицы превратили его разум в кашу?»

Но произнести это вслух не смогла. Нянька считала, что плохими словами можно накликать беду. Я всегда смеялась над ее суевериями, а вот сейчас испугалась.

Глупо, но иногда мы не властны над своими страхами.

— Его уже допросили, — скупо сказала Аннабэль. — Я сама хотела, но… наши так торопились.

Она замолчала, глядя куда-то поверх моего плеча.

— Пожалуйста, — попросила я. — Потом можете десяток раз повторить, что вы меня предупреждали. Пусть