Во власти чувств - Эмилия Вон

Никто нас не услышит. Никто нам не поможет.

25

Алессио

Земля плыла подо мной. Кто-то за руки тащил меня по мокрой траве, затем – по деревянной лестнице. Прежде, чем снова отключиться, я услышал мужской голос где-то позади:

– Привяжите обоих.

В следующий раз я очнулся от дикой боли. Мерзкий ублюдок в маске воткнул острие ножа прямо в дыру от пули на моем бедре, словно тушил сигарету в пепельнице. Я не мог разглядеть его лица, но отчетливо видел дикие серые глаза. Они были так близко, что можно было разглядеть каждую крапинку на радужках цвета грозового неба.

– Проснись и пой!

Мужчина в очередной раз засадил нож в рану, вызвав у меня сдавленное рычание.

Проклятье. Это чертовски больно.

Я дернулся, чтобы ударить его, но острая боль в плече заставила простонать и остаться на месте.

– Ох, тебе больно? – Он склонил голову набок, но нож не убрал.

– Чего тебе надо? – выплюнул я слова, глядя на него одним целым глазом.

– Мне? Ничего.

Он помолчал секунду, наконец вытащил из меня свой нож и посмотрел на острие, покрытое кровью. Его глаза заблестели. Ублюдок с завороженным взглядом крутил его в руках, а потом обтер кровь пальцами. Он достал зажигалку из кармана куртки и поднес огонь к лезвию.

– Но, видишь ли, ты и твоя подружка нужны моему боссу. Он отъехал, но уже в пути, поэтому не спи.

Я не успел ничего сказать, как ублюдок приблизился и вонзил накаленный нож в рану на плече. Тело тут же пронзила нестерпимая жгучая боль. Я взревел. Крик эхом разнесся по зданию. Каждая мышца в теле напряглась, отчего мучение стало еще сильнее.

Я не знал, сколько этот ублюдок продолжал издеваться, потому что организм уже был не в силах сопротивляться. И я снова потерял сознание.

Темнота была повсюду. Голова гудела и ныла от боли, как и все остальное. Я не чувствовал ни рук, ни ног. Когда я попытался открыть глаза, отяжелевшие веки не поддавались. Во рту ощущался металлический привкус.

Меня приковали к какой-то трубе с помощью цепи с кандалами вокруг запястий и усадили на холодный сырой пол. Я поднял голову и сквозь полуоткрытые глаза оглядел комнату. Выбитые стекла, полуразрушенные стены и наполовину проваленная крыша заброшенного дома. Ничего не казалось мне знакомым.

Сон вновь накатывал, уносил во мрак. Но если в первые пару раз мне дали возможность вырубиться, то сейчас облили водой с кусочками льда, отчего я зашипел. Какой бы жгучей ни была ледяная вода, она помогла наконец открыть глаза.

– Что… что вы делаете? Не надо, отпустите его. Пожалуйста!

Адриана.

Твою мать. Она здесь или это мое чертово подсознание?

– Перестаньте, я прошу вас! – снова закричала она.

Сделав несколько глубоких вдохов и игнорируя боль, я посмотрел в сторону, откуда доносился ее голос. Она сидела на полу со связанными руками и мешком на голове. Ублюдок в три раза больше ее удерживал Адриану за плечи, а она пыталась вырваться.

– Угомонись, дрянь. – Он толкнул ее в спину, и Адриана упала лицом на пол.

– Сукин сын! – Я рванулся к нему, но связанные за спиной руки и крепкий захват на волосах не дали даже приподняться. – Не прикасайся к ней!

Я не оставлял попыток вырваться: попытался ударить ублюдка плечом, но тщетно. Лишь цепь звенела, ударяясь об пол.

– Алессио?!

Адриана выпрямилась и завертела головой по сторонам, пытаясь понять, где я.

– Я здесь, принцесса. Я рядом, – попробовал я немного ее успокоить, но ни о каком спокойствии не шло и речи. Мы были в полной заднице.

– Алессио, ты в порядке? Боже мой…

Ее плечи затряслись от рыданий, и мое сердце сжалось при виде этой картины.

– Снимите с нее эту тряпку, мать вашу! – прогремел я, гневно глядя на мужчину, стоящего рядом с Адрианой.

Всего их было трое: тот, что толкнул ее, еще один, который держал меня за волосы, и тот, что стоял с ведром напротив.

Последний посмотрел в другую сторону. Я проследил за его взглядом и заметил тень в углу: мужчину, судя по силуэту. Он сидел, облокотившись на спинку стула. Расслабленно, словно смотрел гребаный фильм.

Скорее всего, он подал какой-то знак или что-то в этом роде, потому что его человек опустил на пол ведро, подошел к Адриане и резко стянул мешок с головы. Адриана сразу же нашла меня, и, когда наши глаза встретились, мой мир рухнул.

Страх отчетливо отражался на ее прекрасном лице. Адриана выглядела уставшей и загнанной в угол. Ее глаза покраснели и опухли, наверное, она не переставала плакать с тех пор, как нас привезли сюда. Волосы в беспорядке, на припухшей губе застыла кровь, левая часть лица рдеет и, кажется, наливается синяком.

Ублюдки!

– Я в порядке. – Адриана попыталась утешить, заметив беспокойство на моем лице. Хотя ничего не в порядке, ничего. – Но вот ты…

Ее голос сорвался, плечи затряслись от молчаливого плача.

– Эй, эй. Все хорошо, ладно? Мне не больно. – Я попытался показаться сильным, но, судя по выражению лица Адрианы, прозвучал не очень убедительно.

– Принцесса, ты помнишь, какие я цветы тебе подарил?

– Ч-что?

– Перед нашим свиданием.

– Заткнись! – Урод рядом со мной с размаха пнул по больной ноге, но я стиснул зубы, стараясь не показывать боль.

– Лотос. Ты помнишь?

– Я сказал тебе заткнуться!

Мужчина ударил меня по лицу. Рот наполнился кровью, и она хлынула наружу, заставив меня закашляться.

– Что вы делаете? Перестаньте, прошу вас! – Адриана плакала, вырываясь из рук ублюдка, что ее держал.

Сплюнув смесь слюны и крови, я поднял голову и посмотрел на нее с немым намеком, который она просто обязана была понять. Она может нас вытащить.

– Просто помни про мой подарок.

– Я помню, – наконец прошептала она, взглянув на меня глазами, полными слез. – Букет из лотосов был прекрасен.

Маттео, найди нас. Найди и спаси свою дочь.

– Кажется, нужно объяснить по-другому.

Ублюдок, избивавший меня, стал медленно надвигаться на Адриану. Она начала отползать назад к стене, отчего платье приподнялось на ее бедрах, оголяя кожу и привлекая к себе внимание. Заметив это, Адриана попыталась сесть так, чтобы хоть немного скрыть свое тело. Умная девочка.

– Не смей, черт возьми, трогать ее, если хочешь остаться в живых, ублюдок! – взорвался я.

Он лишь рассмеялся и сел на корточки рядом с Адрианой. Своими грязными руками он взял ее за подбородок и