Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Просто я понял, что актерская карьера – не мое. Я начал сниматься в целом только из-за денег… Хотел выбраться из нищеты. Хотя в последние несколько лет у меня были проблемы, из-за которых моя карьера актера перестала развиваться. Впрочем, я не расстраиваюсь, и сейчас больше сосредоточиться на музыке. Ибо моя настоящая мечта – стать музыкантом . А за все свои роли я заработал достаточно денег, чтобы жить в достатке до конца своих дней.

— Думаю, у вас было бы огромное будущее в музыкальной карьере. Такой талант не должен пропадать зря, Терренс. Вы точно были рождены стать исполнителем песен!

— Я и сам уверен, что это – мое настоящее призвание, — скромно улыбается Терренс.

— Эй, Даниэль, а почему вы с Питером решили уйти из той группы? — интересуется Хелен. — Вроде бы блондин говорил, что серьезно поссорился с той девчонкой и продюсером из-за того, что она пыталась обвинить его в том, что это якобы он испортил музыкальные инструменты. И его заставили отдать какие-то деньги…

— Это правда, — подтверждает Даниэль. — А уже потом и я поругался с Альбертом и Марти и поддержал блондина, также помахав им ручкой и заплатив те деньги, которые с меня потребовала та девчонка за одну испорченную вещь. И кстати, Роуз как раз заплатил за еще одну, которую он испортил уже намеренно.

— И именно поэтому вы ушли?

— Не только. Мы также не видели никакого прогресса и топтались на одном месте. Наша группа ни разу не выступала на больших аренах. Нас приглашали в какие-то рестораны или кафе, но это не давало нам никаких преимуществ. А вообще мы столько лет проработали в группе лишь ради денег. Нам, к счастью, платили хорошо, хотя и многое пришлось отдавать Альберту. Было обидно, что этот человек не спешил предлагать нам контракт и лишь заставлял репетировать какие-то бессмысленные песни и таскал по всяким кабакам. Да еще постоянно говорил, что мы бездарные и еще не заслужили работать с его студией. Однако деваться было некуда, ибо хотелось нормально жить и что-то есть. А тогда мне было нужно обустроить дом, в который я переехал после смерти родителей. Рассчитывал, что они немного помогут мне, но в итоге был вынужден зарабатывать сам.

— Понимаю… — кивает Джессика. — Питер и сам кое-как смог найти деньги на ту квартиру, в которой он живет. Тогда он купил ее у какого-то мужика, который продал хату за очень маленькую цену. Уж не знаю, почему он так срочно решил продать ее и не запросил огромных денег, но у Пита выбор был невелик, и ему пришлось согласиться.

— Да, кажется, он что-то говорил об этом…

— Кстати, позвольте полюбопытствовать, девушки, — задумчиво говорит Терренс. — А вы знайте его соседей? Просто когда мы с Даниэлем приезжаем к Питеру, то возле здания на скамейке всегда сидят две бабули, которые не очень ладят с ним и могут поругаться и на нас.

— Вы имейте в виду Хиллари и Марту? — интересуется Хелен. — Да они и на нас ругаются, когда мы с Джессикой приходим. Эти женщины обожают лезть не в свое дело. Одна из них постоянно ссорится с Питером из-за чего-нибудь, а вторая во всем поддерживает ее. Ну… Две одинокие бабушки без мужей и детей спелись и с завистью смотрят на молодых, у которых вся жизнь впереди.

— Любят же они всех осуждать, — отмечает Даниэль. — А молодые люди им особенно не угодили. Как ни прихожу, как все время слышу: « Что за молодежь пошла в наше время! А вот раньше… А вот раньше… ». И плохо, что они буквально ночуют на скамейке и могут с точностью сказать, когда ты пришел и когда ушел. Делать нечего – вот и сидят на скамейке целыми днями, да косточки перемывают.

— Не обращайте на них внимания, — советует Джессика. — Есть такие вредные бабки, которые чувствуют себя плохо, если не осудят кого-то или не раздадут никому не нужные указания. Просто эти бабули привыкли всех осуждать. Не только один Пит попадает под раздачу.

— Да мы и не обращаем… — задумчиво говорит Терренс. — Просто любопытно стало…

В этот момент мимо всех четверых несколько врачей провозят каталку с какой-то молодой девушкой на ней, которая выглядит очень слабой и бледной. Парни и девушки бросают короткий, грустный взгляд на нее и видят, как одни врачи везут каталку, другой спешно надевает кислородную маску на ее лицо, а третий что-то пишет в какой-то бумаге.

— Ну ладно, давайте уже забудем про этих нудных бабок, — резко выдыхает Джессика. — Лучше расскажите нам немного о своей личной жизни. Хоть немного отвлечемся от плохого и поговорим о тех, кого вы любите.

— Неплохая мысль… — скромно улыбается Терренс. — Ну… У Даниэля есть девушка, с которой он встречается чуть меньше полугода. А я помолвлен и скоро женюсь.

— Вы вроде бы помолвлены с одной известной моделью? — интересуется Хелен. — И у вас уже была первая годовщина отношений…

— Да… И я считаю, что мне очень повезло стать мужем модели, которую провозгласили одной из самых привлекательных женщин шоу-бизнеса. Я чувствую себя гордым , что из стольких мужчин она выбрала именно меня.

— А как у вас развивались отношения? — интересуется Джессика.

— Э-э-э… — Терренс на пару секунд задумывается и проводит рукой по своим волосам. — Вообще-то, это длинная история… Может, я как-нибудь потом расскажу вам, если нам еще удастся пересечься.

— Ну… — Хелен переглядывается с Джессикой и пожимает плечами. — Все равно мы здесь еще долго будем сидеть. Так что мы с удовольствием вас выслушаем.

— Мне почему-то казалось, что про нас все уже давно все знают, ведь мы не скрываем свои отношения и рассказываем практически все про них в наших интервью.

— Да ладно тебе, Терренс, — хитро улыбается Даниэль, несильно ударив Терренса в бок. — Не скромничай и расскажи девушкам о своей прекрасной истории любви. Им будет интересно послушать