Калейдоскоп моего сердца - Клэр Контрерас

— Наши понятия о свиданиях отличаются, — говорю я, оглядывая комнату. Я смотрю на все что угодно, лишь бы не обратить свой взор на Оливера, но затем мои глаза ловят его.

— Хорошо, мы обговорим это.

Я рассмеялась.

— Хорошо, я подумаю над этим. Но если я скажу да, то мы должны обговорить некоторые правила.

Он хихикает.

— Напиши мне эти правила.

— Сделаю.

Когда я спускаюсь вниз, то слышу на кухне их с Виком голоса и заглядываю, чтобы попрощаться. Глаза Оливера сканируют меня медленно, как будто я кусок пиццы, на которую он вот-вот набросится, поэтому я быстро отворачиваюсь.

— Ты к Фелисии? — спрашивает Вик.

— Ага. Я скоро вернусь. Пока, ребята.

— Фелисия? — спрашивает Оливер, когда я уже на полпути к двери.

— Да, мама Уайта, — отвечает Вик.

— Что? — спрашивает Оливер, сбитый с толку.

Я, смеясь, иду к машине, когда сажусь в нее, вижу сообщение от Оливера.

Ты играла со мной.

Я улыбаюсь, но не отвечаю.

Какие правила?

Не прикасаться.

Не целовать. Если я придумаю что-нибудь еще, я дам тебе знать.

В пятницу тебе удобно?

Я еще не согласилась.

Но ты согласишься.

Я не отвечаю. Интересно, действительно ли он скажет Вику, что хочет пригласить меня на свидание. От этого бабочки в моем животе оживают. Потом из меня вырывается стон, когда я вспоминаю, куда еду и зачем. Может, Миа права. Оливер — последний человек, с которым я должна играть в эту игру. Он придумал чертову игру, а я просто новичок, надеющийся на победу.

Глава 12

Оливер

Прошлое…

С самого детства другом, с которым я больше всего общался, был Дженсен. Мы оба из неблагополучных семей. Наши семьи не были богаты, как у Виктора или Джуниора, и к пятнадцати годам мы уже подрабатывали. Несмотря на то, что мы с ним похожи, у нас были частые разногласия. Ему всегда была нужна девушка, когда последнее чего мне хотелось — быть привязанным к кому-то. Возможно, развод моих родителей повлиял на это, да и тот факт, что когда мы с моей старшей сестрой останавливались в доме моего отца каждые выходные, он открыто нам говорил о своих проблемах с моей матерью. Его главная проблема, по словам моей сестры, заключалась в том, что наши родители были слишком молоды, когда поженились, и не успели насладиться свободой. Ей было шестнадцать, когда она сказала это мне. Мне было девять. По непонятной причине ее слова запомнились мне. Вероятно, потому что я всегда искал «настоящую причину» их расставания.

Как бы я не любил своего отца, я всегда говорил, что не стану таким, как он. Я бы не бросил свою семью только потому, что у меня зачесалось от чего-то впечатляющего. Когда я был подростком, у меня были подруги, но никто из них не смог привлечь мое внимание для того, чтобы наши отношения стали долгосрочными. Дело не в том, что я хотел пошалить или переспать с кем-то другим. Это было так же просто, как иметь разные интересы или тот факт, что я не мог не заснуть при долгом разговоре с ними по телефону. Кроме того, мне очень нравились женщины. Мне нравился их запах… вкус… я пытался разобраться в них. Моя сестра Софи часто доставала меня и говорила, что я становлюсь похожим на нашего отца, которого я не уважал, тогда мне приходилось ей напоминать, что я не был увлечен ни одной из этих девушек.

— В этом-то и проблема, Бин, ты не Джордж Клуни. Ты не можешь быть пожизненным холостяком.

— Клуни получает много задниц. Я бы не возражал быть им.

— Да, но я хочу, чтобы мои дети когда-нибудь играли с твоими, — напомнила она мне.

— Ну, я еще не нашел подходящую девушку.

В этом-то все и дело. Это было не так. Я, конечно, ни к кому не присматривался, но мне хотелось бы думать, что, если я ее трахаю, это должно быть правильным для меня. Со всеми девушками, с которыми я спал, мне никогда не хотелось разговаривать. Да, все они возбуждали меня, но это все равно не меняет дела. Последний раз я был влюблен, когда мне было двенадцать, и по словам Софи, это не считается. Во время учебы в колледже я считал, что все проблемы разрешатся сами по себе, на тот момент меня волновало только одно — веселье. Именно этим была забита моя голова, когда Вик позвонил мне, чтобы пригласить на вечеринку, которую устраивали он и его братья по братству. Он учился в Калифорнийском университете, а я в Калифорнийском Техническом Институте. Каждые выходные мы где-нибудь болтались. Я уже собирался пойти на вечеринку, но как только Вик упомянул, что Элли навестит его на этих выходных и будет как раз там, я был полностью продан, и поэтому пошел сразу принимать душ. Я избегал звонков от Пэм, моей девушки на ночь. Я был полон решимости пойти на эту вечеринку и расслабиться с друзьями, а ответить Пэм означало, что мне придется сидеть с ребенком, потому что она была одной из тех девушек, которые напивались от одного напитка, а потом еще пили десять.

Я подъехал на вечеринку и поприветствовал пару знакомых парней, прежде чем отправиться в заднюю часть дома, где Вик всегда зависал, играя в дартс. Я увидел его и засмеялся, он охранял бочонок, как будто это святыня.

— Как дела, придурок? — сказал я, похлопав его по спине. Он отступил и повернулся ко мне с ленивой улыбкой на лице, которая заставила меня хихикнуть.

— Бин! Возьми стакан. Хотя, возьми два. Я стою перед этим дерьмом целый час в ожидании тебя.

— Сказал бы мне принести больше пива, — говорю я, смеясь, и тянусь за красным стаканом.

— Нет, я принес тебе, — он налил мне пива и наконец-то отошел от бочки.

— Кто-нибудь еще придет? Дженсен? Джуниор?

— Дженсен… Я не знаю, что он делает, но он вернулся домой, а Джуниор поехал навестить семью Роуз.

Я тихо присвистнул.

— Становится все серьезнее.

Вик кивнул, его лицо выглядело также сконфуженно, как у меня, когда я начинаю думать о серьёзных отношениях.

— Как угодно, но пока до меня это не дошло, мне хорошо, — сказал Вик, пожимая плечами. Я усмехнулся.

— И мне тоже.

— Я никогда не благодарил тебя… за то, что пошел со мной, — сказал он серьезным голосом. Я чокнулся с ним стаканами и пожал плечами. Я пошел