Попытка номер пять. Убить или влюбить - Ясмина Сапфир

Чем бы призрак не тешился, лишь бы не гремел цепями ночью.

– Спасибо? – с небольшим смущением сказала я в полностью пустой комнате.

Немного покрасневшего лица коснулась прохлада. И я впервые так чётко и явно смогла увидеть Мейнарда. Зыбкая тень стояла рядом со мной, и я даже могла разглядеть выражение глаз арка. В их синей глубине таилась привязанность, почти переходящая в одержимость.

– Ты будешь прекрасна в этом платье.

– Мейнард! Почему я могу слышать и видеть тебя? Это так здорово!

И очень для меня полезно. Ведь только пока я могла коснуться арка – я могла выполнить свой злобный план по похищению его души. Настроение, поднявшееся от возможности лицезреть Мейнарда, тут же упало. Я была единственной его связью с миром – и платила ему только расчётом.

– Не знаю, Цисса. Кажется… я просто хотел, чтобы ты меня услышала. Стать к тебе хоть чуточку ближе.

Я потянулась к Мейнарду, желая дотронуться до его плеча – но моя рука прошла насквозь.

– Кажется, мне так и не удастся пригласить мою помощницу на танец, – грустно пошутил он.

Но я испытывала лишь облегчение. Сейчас мне хотелось отсрочить наше расставание. Оставить всё как есть ещё на какое-то время.

Глава 9. С похорон на бал

Признаюсь, я думала, что когда появлюсь на публике в вечернем платье – буду горделиво вышагивать мимо падающих под ноги, и умоляющих о свидании мужиков. Вместо этого же, выходя из казарм, я чувствовала лишь смущение, особенно когда несколько наиболее смелых солдатиков засвистели мне вслед.

Реакция Лазара Гретно на мой вид была интересной. Он будто впервые увидел во мне женщину, и даже немного плотоядно облизнулся.

Что ж. Нормально для худородного. Теперь в Лазаре четко просматривалось его низкое происхождение, под налетом военной выправки и заученных за годы службы манер. Я никогда не была снобом, и понимала, что порой тот же крестьянин куда честнее и благородней вельможи. Но в Лазаре словно собралось все, за что не слишком уважали выходцев из низов. Самодовольство, что вырвался из грязи в князи, грубость, оформленная в элегантные фразы и жесты, низменные инстинкты, которые он почти не скрывал.

Впрочем, вскоре Лазар снова натянул на лицо маску презрения:

– Оказывается, семья Ленниг неплохо обеспечивает даже своих бастардов.

Я потупила взгляд, и привычно отправила ругательства в сеть. Между прочим, там у меня уже свои почитатели собрались – лингвисты да антропологи, изучающие изысканную семантику крепких русских выражений…

Но кое-кто был не столь терпелив. Когда Гретно усаживался в воздушный автомобиль, выдвижная дверца внезапно дернулась, едва не оставив нерра без пальцев.

Когда я забралась в салон этого аппарата, вдруг обнаружилось, что водителя нет. Зато Лазар управляет им дистанционно при помощи все того же трокка.

Я могла видеть в виртуале военных траектории движения подобного транспорта, но управлять им не умела. К сожалению…

Летающая машина, похожая на стилизованную птицу с полусложенными крыльями взвилась ввысь так, что у меня дух захватило. За окнами замелькали облака и… стена, которая огораживала военный городок осталась позади.

Я впервые увидела планету без ограничений.

Впереди причудливым гребнем какого-то чудовища тянулся горный хребет. Причем камень переливался под солнцем, меняя цвет с темно-зеленого на голубой. Вершины были покрыты бело-розоватыми шапками снега.

Я не сразу поняла, что так их окрасил закат, который уже занимался у горизонта, вытягивая длинные бордовые лепестки.

Я привыкла, что небо может слиться с морем. Однако море под нами выглядело обычным, темно-синим, а небо сливалось с лесом, который оставался справа от летающего аппарата.

Розовая листва переплеталась с закатными лучами и чудилось – перед нами еще одно море, только гранатово-пурпурное.

Ветер шевелил ветви деревьев и по этой причудливой вертикали бежали волны.

Внезапно машина прибавила ходу и на всех парах нацелилась на горный склон. Я зажмурилась, понимая, что Гретно собирается меня не утопить, а расплющить о скалы. Ну а что? Изобретательно. Авария. И следов не найти.

Почему я решила, что Лазар разгадал наш с Мейнардом план, понятия не имею. Но душа ушла в пятки и возвращаться, похоже, не планировала. Сердце начало отстукивать нечто вроде очень быстрого танго.

Я поглядывала на спутника, но тот выглядел невозмутимым и лишь изредка одаривал плотоядным взглядом. Словно то ли съесть хочет со всеми потрохами, то ли убить. Одно другого не лучше.

Мы уверенно неслись прямо в гору. Могла бы сама притормозить уже сделала бы. Наверное, Лазар спасется на чем-то вроде катапульты, а меня отправит к… Мейнарду. И будем мы вдвоем водить призрачные хороводы над военным лагерем. Ну что ж… Хотя бы компания не столь плоха, как могло сложиться.

Когда скала впереди разрослась почти на все поле зрения, я не выдержала – зажмурилась.

– Ленниг! Ты как маленькая! В первый раз что ли? – прозвучал над ухом голос Гретно.

Внезапно пол подо мной словно исчез. Я ощутила будто куда-то проваливаюсь… и тут же под ногами появилось нечто твердое. Я открыла один глаза и… обомлела.

Мы с Гретно стояли в чем-то вроде прозрачной полусферы, которая летала над морем, среди облаков, рядом с птичьими стаями. В детстве у меня был снежный шар. Потрясешь его в руках, и снежинки падают вниз, на сказочный замок. Сейчас же за стеклом находилась огромная бальная зала. Я опустила голову вниз, глядя под ноги – пол тоже оказался прозрачным. И там, сквозь белые облака, иногда можно было увидеть яростно бушующие волны. Ошеломляющее зрелище!

Народ уже толпился. Мужчины в военной форме, как Лазар и в светлых камзолах с брюками. Женщины в роскошных платьях всех цветов радуги – и совсем неведомых мне расцветок.

В основном тут были безанцы. Но энны и труканы тоже попадались. Откуда-то лилась ненавязчивая мелодия.

– Ленниг! В вашем захолустье, где ты выросла, что не было телекинетических передатчиков? – сквозь смех спросил Гретно, довольно бесцеремонно развернув меня к себе за плечо.

– Н-нет, не было, – ответила я, пытаясь справиться с головокружением.

А что еще я могла сказать? У нас, на Земле, в принципе, и летающих машин нет и шаров-бальных залов? У нас только личные врата в ад для