Попытка номер пять. Убить или влюбить - Ясмина Сапфир

– Что ж… Привыкай. Мероприятия тут случаются не так часто. Но не реже пары раз в год. Так что по долгу службы тебе придется их посещать.

Я кивнула, еще не совсем придя в себя. Согласно своим служебным обязанностям, я должна была всюду следовать за Гретно. Мне остро требовалось изобрести предлог, чтобы избавиться от него.

И конечно, найти О'Ройла. Что в таком огромном зале казалось почти невозможным.

Гретно не испытывал никакого интереса к танцам. Вместо этого он таскал меня за собой, используя в виде украшения и представляя всем в качестве помощницы. Кажется, тем самым он самоутверждался – и заодно подтверждал статус преемника Мейнарда.

Я заметила, что многие относились к Гретно с высока, другие же, напротив, были рады его видеть. Даже сейчас, на парадном мероприятии ощущалось противодействие каких-то группировок.

Пока меня водили по залу, я искала глазами Ройла. И не особенно в этом преуспела. По виртуалу я уже знала, что арк Чарлин выше Гретно, и крупнее. Он выглядел немного грузным, но скорее из-за мышечной массы. Чуть удлиненное лицо, глаза цвета темного изумруда, тонкие губы и светлые волосы, если верить последним снимкам выстриженные какими-то зигзагами.

Пока Ройла я не заметила. И это очень напрягало, взвинчивало. Я начала бояться, что Чарлин по какой-то причине не придет на бал и плакал мой план горючими слезами.

Наконец нерр выполнил все свои расшаркивания с властьимущими, и сунув мне в руку недопитый бокал с вином, отправился к столикам, стоявшим у прозрачной стены. На первый взгляд казалось, что все, кто там сидел, просто играли в азартные игры, обмениваясь каким-то блестящими фишками, и то и дело тасуя длинные тонкие палочки из незнакомого мне метала. Но если присмотреться, можно было увидеть, как сидевшие рядом игроки тихо обсуждали что-то друг с другом, иногда меняя положение и собеседников.

Эх, была бы я Бондом! Сидела бы с вариантом местного мартини, обыгрывая всех, и поражая своей харизмой. Я вернула бокал с вином проходящему мимо официанту, и снова огляделась.

Черлин О'Ройл так и не показывался на глаза, а Гретно устроился за одним из столов, почти потеряв ко мне интерес. Время от времени я ловила на себе его взгляды. Однако они, похоже имели мало отношения к работе…

Я взяла бокал с ярко-лиловым вином и начала прогуливаться по залу. Делая вид, что наблюдаю за стайкой птиц, что кружила возле одной из стен. Заинтересованные нашим обществом пернатые то и дело подлетали слишком близко, били крыльями у самого шара и устремлялись назад. Хей, надеюсь, с этими ребятами всё будет в порядке, и их не засосет в какой-нибудь реактор…

Я засмотрелась, когда музыка сменилась и в зале появились последние гости.

Я прямо выдохнула, когда обнаружила среди них Ройла. Но стоило двинуться в его сторону, как музыка вовсе прервалась, и я поняла, что началась официальная часть мероприятия. Та самая, для которой я и потела над речью Гретно.

Мой временный начальник выступал одним из первых.

Центральная часть пола внезапно поднялась наверх и оказалась на высоте примерно в два человеческих роста. Каждый выступающий подходил к прозрачному цилиндру, растущему из пола, и вдруг перемещался на верхатуру.

Слушатели выстроились возле нее полукругом.

И хоть Гретно не сорвал самые громкие аплодисменты, но хлопали ему вполне искренне. Особенно в части про Мейнарда – в этот раз, я хорошо выполнила домашнее задание, и образ хладнокровного арка не был ничем запятнан.

– Ты действительно думаешь, что всё, что я сделал, было не зря? – раздался над ухом знакомый голос.

– Мейн… – я осеклась, испуганно оглядываясь. – Как ты здесь? Если тебя кто-то увидит или услышит.

– Не беспокойся. Никто, кроме тебя, не сможет меня заметить. Если, конечно, я не захочу.

– В этот раз… я была совершенно искренна. Ты так много сделал, Мейнард. Это ты заслуживаешь стоять сейчас на сцене, а не Гретно, – прошептала я.

Прохладная рука коснулась моего запястья, нежно лаская.

– Я предпочёл бы стоять с тобой рядом.

Пока все слушали очередного оратора, я медленно пробиралась к Черлину О'Ройлу, замеченному в толпе в окружении высокомерных безанцев с постными лицами.

Глава 10. В которой Мейнарда пытаются убить второй раз

По дороге я судорожно пыталась придумать как начать разговор с арком и объяснить свои намерения. В конце концов, решила импровизировать. Где наша не пропадала? Русский человек даже в пасти акулы умудрится заговорить зубы хищнику и выбраться на волю. Что мне какие-то там инопланетяне!

Я дошла до великана-арка, которому даже до плеча не доставала и осторожно толкнула его. Черлин О'Ройл повернулся в мою сторону и опустив глаза, обнаружил, собственно, меня саму.

– Простите. Но меня очень просили передать вам кое-что. Сказали это очень важно…

Я лепетала что-то невнятное, а затем сунула в большую руку арка флешку. Как ни удивительно, он совершенно не выпал в осадок от моих действий. И, кажется, узнал носитель информации. Приподнял густые русые брови, сросшиеся на переносице в одну линию. А затем кивнул, будто все понял и спрятал флешку в карман.

Фу-уф…

Я думала будет сложнее.

С чувством выполненного долга я выбралась из моря военных, большинству из которых доставала лишь до плеча и слушала патриотические речи издалека. Так сказать, с галерки.

Когда же они закончились и без предупреждения грянула музыка.

Какой-то невнятный безанец в погонах, представленный ранее Гретно, встал передо мной, оглядывая с головы до кончиков пальцев.

– Хотели бы вы потанцевать со мной?

Казалось бы, он спрашивал разрешения, но по его вальяжному тону становилось понятно, что отказа он не потерпит. Первой моей мыслью было, пожаловавшись на недомогание и сбежать.

– Простите, я…

– Рра Ленниг уже зарезервировала мне танец.

Я не заметила, когда подошел незнакомый мне юноша. С приятными, хоть и не слишком выразительными чертами лица, светлыми волосами и ярко-синими глазами. Почему-то знакомыми. Кажется, я видела их во сне.

Конечно, он был гораздо более приятным кавалером, но у меня совершенно не было настроения для танцев.

– Простите, вы…

Юноша склонился ко мне.

– Цисса, ты не узнала меня?

Этот голос! Да, совсем другой тембр, но интонации