Истинная для пятерых - Лиза Багрова

Определившись с ответом, я тут же отрицательно закрутила головой и нервно затараторила:

— Не понимаю, ничего не понимаю!

Уж неизвестно, поверил или нет, командора отвлекли воины-эльфы и ему пришлось отойти от меня.

Я с облегчением вздохнула, когда его тяжелый взгляд покинул меня. А после оглянулась по сторонам. Вокруг со страхом жались друг к другу маленькие ящеры и преимущественно ящерицы, мужчин было немного и те в основном изрядно слабые, побитые. Определив местоположение моего Вожака, быстро подползла к нему.

При виде побитого лица сердце кровью облилось, стало так жаль отважного воина... все эти раны были получены из-за меня, он рисковал собой ради меня.

Оторвав кусок рукава от своего платья, я принялась очищать пострадавшего от грязи и крови. И вскоре от моих поглаживаний и непрестанного шепота он пробудился. А еще так мило обхватил мою ладонь своей лапой и крепко сжал, будто боялся отпустить.

В тот момент мне стало так хорошо и тепло на душе, что я улыбнулась. Впервые за долгое время позволила себе это.

Да только недолго длилась маленькая радость.

На фоне неожиданно зазвучали громкие овации и возбужденные крики эльфов. А все потому, что жестокий Командор с воодушевлением произносил речь:

— Мои верные воины, поздравляю с победой! Эти ящеры — мои рабы, вскоре я продам их шкуры на рынке и получу много золота. А — вы, мои верные друзья и помощники, озолотитесь вместе со мной! Полудохлых ящеров, тех, кто не сможет идти — сожгите! Нам не нужны обузы. И их поселение превратите в пепел!!!

Последний приказ кровожадного монстра сопровождался особым всплеском эмоций: еще более сильными одобрительными хлопками и свистом.

Жестокость эльфов меня поистине поражала и внушала ужас. По сравнению с немного отсталыми ящерами, их раса была умна, сильна, жестока и обожала кровопролитие.

Всех пленных, в том числе и Вожака, связали единой веревкой и отправили впереди всей военной колонны, следом верхом на лошадях должны скакать эльфы и подгонять немощных рабов, как скот.

Я была бы не против оказаться в компании со знакомым ящером, но, к удивлению, меня — одну единственную не пустили ко всем. Командор это сделал, но руки мои крепко связал веревкой. А далее посадил меня перед собой на лошадь.

Глава 22

Где это видано, чтобы рабыне оказывались такие необъяснимые почести. Вся армия, все рабы обратили на это особое внимание. Эльфы, конечно, хищно, с пониманием улыбнулись на столь вопиющее действие.

Возмутительно наглый Командор специально высоко задрал мое платье, чтобы оголились мои ягодицы, а затем твердо приблизил мое тело к себе. В такой позе я слишком явно ощутила попой его мужское достоинство.

Это было чудовищно пошло и стыдно. Делать такое на глазах у всех? Притом все наглецы за нами наблюдали. А Командор явно забавлялся с игрушкой, мнение которой ему было безразлично.

От этого грязного внимания к своей персоне я сильно покраснела и заволновалась. И даже разгневалась на эльфа, который смел нечто такое мерзкое вытворять со мной!

Хотя, что мне было делать?! Ведь я его пленница… и все могло быть еще хуже.

Такой длинной процессией мы двинулись в путь. Сначала дорога повела нас мимо дикого леса.

Но все же в пути Командор был весьма щедр, один раз покормил своим яблоком и помог попить из фляги, правда, сделал это настолько неуклюже, что мое платье тотчас залило водой и оно неприятно облепило всю грудь.

— Какие спелые сиськи, а какая жопа сочная... мммм… вкусная человечка, скоро мой арах тебя выебет, — последнее слово в голове у меня перевелось именно таким образом, поскольку вся фраза целиком звучала отвратительно мерзко и похабно.

Гнусно! Противно!

Конечно, эльф не знал, что я понимала его пошлые высказывания, поэтому не скрывал своей настоящей натуры жестокого и дикого животного.

— Вы что-то сказали? — перебила его, дабы заглушить поток пошлостей.

— А? — переспросил он удивленно, но тут же замаскировал свое секундное замешательство милой улыбкой, а после решился на диалог. — Как тебя зовут? Я — Аарон, а ты — сладкая ягодка?

Сначала он просто указал на мою грудь, якобы спросив имя, но затем и вовсе обхватил целиком ладонью мою промокшую грудь, а между двумя пальцами зажал горошинку соска, нежно потирая ее.

— Мэри, — пискнула я, сгоравшая на костре невообразимого стыда у всей армии на виду.

— Мэ-ри? — с довольной ухмылкой произнес Командор. — Очаровательное имя и еще более очаровательная сама Мэри.

На этом домогательства, увы, не остановились, как я сперва размечталась, почувствовав что возбужденный нахал убрал руку от моей груди, через секунду все стало намного хуже. Ладонью он забрался под мое платье и положил ее между моим лоном и крупом лошади. Получилось, теперь я будто бы сидела, раздвинув ноги на его пальцах, которые тут же принялись легонько двигаться подо мной.

От столь неуместного и откровенного действия я простонала, а ногтями до боли впилась в ладони. В панике оглянулась по сторонам и заметила, как ближайшие к нам эльфы пошло улыбнулись, украдкой подглядывая.

Какая же это была дикость! Позор!

— Наверное, тебе здесь неприятно? — он еще раз пошевелил пальцами на складках. — Не хочу, чтобы ты здесь натерла себе мозоли… ммм… какой аромат исходит от твоего возбуждения!!! Невероятно! Чтоб я сдох!

И я вдруг, действительно, почувствовала странный сладкий аромат от того места, где он лапал меня.

Быть не может?!

Неужто этот запах распространялся от татуировки цветка на лобке?! Какая-то магия творилась со мной и с этим невероятным телом. Другого объяснения, почему меня все так отчаянно жаждали, я не находила.

Глава 23

В это же время позади я услышала тихий шепот воинов-эльфов, которые обсуждали, отдаст ли им Командор трофей после того, как сам испробует.

А впереди неподалеку я увидела, как мой окровавленный Вожак бросил на меня хмурый, обвиняющий взгляд, будто был крайне недоволен и раздражен происходящим и тем, что меня снова кто-то кроме него лапал. В порыве ярости он даже останавливался, помешав процессии рабов, за что немедленно получил удар кнутом по спине.

Но что я могла поделать, если Командор, как и Вожак, нашел человечку привлекательной?

Дальнейшая скачка была ужасна, напряженные чресла постоянно терлись о мою голую попу и будто бы намеренно, не только из-за движения на лошади. Наглые пальцы время от времени щекотали мою плоть.

Конечно, один раз я нашла в себе силы