Драконья няня - Наталья Фирст

— Повелеваю… — еще успело прозвучать в голове.

— Здесь я повелеваю! — взревела моя магия.

Лотар опять застонал.

— Оскар, открывай дверь! — скомандовала я.

Даже странно, что на этот раз старый дракон не стал со мной спорить. Я успела уловить его бесконечно удивленный взгляд, заметить чуть подрагивающие пальцы, что поспешно вставляли ключ в замок. Смогла рвануть на себя ручку и ворвалась внутрь.

Здесь все было буквально пропитано болью. Я ощущала ее запах, и сердце мое сжималось от жалости. От жалости и злости.

Под самым потолком бесновались обрывки тьмы. Уже почти безопасные, усмиренные. Лотар без движения лежал на прежнем месте — на широкой кровати под окном. Глаза его были закрыты. Грудь вздымалась часто-часто. Изо рта вырывались хрипы. По виску тонкой струйкой тек пот. Дракон был невероятно слаб.

— Как он за все эти годы не погиб? — тихонько прошептала я. — Где взял сил, чтобы выжить?

Я одним движением сгребла тьму в комок и отправила в небытие. В комнате сразу стало тихо.

— Ты его прогнала? — Оскар осторожно заглянул с дверной проем.

* * *

— Кого прогнала? — не сразу поняла я.

— ПрОклятого дракона!

Я оглядела Лотара магическим взглядом и горько вздохнула — проклятие не исчезло, не развеялось. Оно уснуло, затаилось до следующей луны. А истинный облик так и не появился.

— На время, — ответила я честно. — Если мне не помогут разобраться, в чем тут дело, то он вернется со следующей луной.

Дядюшка Оскар словно и не слышал доброй половины моих слов.

— Какое счастье, — едва не прорыдал он. — Ты для нас настоящая спасительница!

Стврик попытался меня обнять, я едва смогла увернуться.

— Погодите, это не все. Мне нужна ваша помощь!

— Ты обещала не спрашивать, — тут же напомнил он.

— Хорошо, не буду, — я едва смогла сдержать раздражение. — Я попробую его подлечить. Разве вы не видите, ему сейчас очень плохо.

— Вижу, — дракон деловито кивнул. — Чем помочь? Ты только прикажи, дочка.

— Зажгите свечи, — велела я. — Мне нужен свет.

— Сейчас!

Старик метнулся куда-то за пределы комнаты. Я же подошла к бесчувственному дракону, попыталась его приподнять. Лотар оказался невероятно тяжелым. И мне пришлось признать, что сама я с ним не совладаю. Тогда я уселась на кровати, прислонившись спиной к высокой спинке, положила ладонь на бледный лоб, покрытый ледяными бисеринками пота и стала по капельке вливать в несчастного силы.

* * *

Оскар вернулся почти успокоенный, в руке он нес большой канделябр с зажженными свечами.

— Когда у него все это начинается, — старый дракон установил подсвечник на широкий подоконник, — мы стараемся лишнее убрать, чтобы Лотар случайно не поранился или беды какой не творил.

Я огляделась и неожиданно поняла, что кроме кровати в комнате не было никакой мебели. Впрочем, и на постели не было ни подушек, ни одеял, ни простыни.

— Все опять изорвал, — проговорил старый дракон, проследив за моим взглядом. — Ну да мы это быстро исправим.

Он вновь ушел и вернулся на это раз еще быстрее с целой охапкой тряпья. Свою ношу старик положи на самый краешек кровати. После подгреб Лотара под спину, под колени и поднял легко, как пушинку.

— Справишься, дочка? — засомневался он запоздало. — Сможешь постелить?

— Смогу, — усмехнулась я.

Что тут скрывать, в нашей с отцом жизни было время, когда денег не хватало даже на прислугу. И мне пришлось освоить не только эту науку. Я много чего умела.

Поэтому споро расстелила простыню, уложила несколько подушек возле самого изголовья, уселась туда сама, удобно облокотившись спиной, и приказала:

— Кладите его так, чтобы голова была у меня ногах.

Для верности указала ладонью, где именно.

Дядюшка Оскар снова изумился:

— Ты с ним останешься здесь? На всю ночь?

— Останусь, — утвердительно кивнула я.

— А не боишься за свою репутацию, девонька?

В моей душе что-то дрогнуло, в голове родилась малодушная мыслишка все бросить и уйти, но я ее быстро прогнала и покачала головой.

— Не боюсь.

— Эх, дочка, дочка…

Старик осторожно опустил Лотара на кровать, уложил его голову мне на ноги. Потом укрыл своего подопечного одеялом по пояс.

— Тогда я тоже с вами останусь. Постелю себе снаружи, под дверью. Если что, всегда смогу подтвердить, что ты чиста перед людьми.

Меня его трогательная забота умилила.

— Спасибо, дядюшка, — сказала я.

— Не за что, дочка. Это тебе спасибо, что спасаешь его.

Он ткнул пальцем в сторону Лотара.

* * *

Дверь в коридор так и осталась открытой. Какое-то время оттуда раздавались разные звуки, перемешанные с тихим бормотанием, потом их сменил мерный сап, а после и тихий с посвистом храп.

Я же все гладила и гладила дракона по лбу, по смоляным волосам, жестким, как конская грива, по плечам, по рукам. И каждым движением гасила его боль. Когда же Лотар расслабился и забылся глубоким целительным сном, я поняла, что он изрядно отлежал мне ноги. Поэтому решила сдвинуть дракона. Чуть-чуть, самую малость.

Пальцы мои постарались покрепче ухватить рубашку, руки потянули на себя. Мне удалось приподнять дракона совсем немного и сдвинуть его в сторону.

От движения верхняя пуговица на его рубашке расстегнулась, а в прорехе показался черный кругляш медальона. В центре его кроваво-алыми гранатами был выложен оберегающий знак. Я невольно потянулась к амулету, коснулась металла и тут же отдернула пальцы.

В воздух взвился сноп ослепительно-белых искр. Где-то в глубине драконьей души заворчали, заворочались крохи тьмы. А моя ладонь онемела. Воздух наполнился незнакомой магией. Древней, как сам мир. В ней не было зла. Скорее ледяное равнодушие и отзвуки чьей-то заботы.

Я не стала трогать медальон второй раз, решив утром непременно расспросить, что за магия в нем сокрыта. Потихонечку запахнула ворот рубашки, а после привалилась спиной к подушкам да так и уснула.

Глава 10

Таинственный медальон

Мне снился странный сон. Как-будто я лежу на солнечной поляне. Вокруг растут прекрасные цветы. Порхают легкие, как пух мотыльки. А надо мной бескрайнее небо. И это небо на меня пристально смотрит, словно желает задать вопрос, но никак не может решиться. Я знаю, что вопрос для меня невероятно важен, но боюсь, что не дождусь его никогда.

Мне так захотелось приободрить небеса, что свои слова я невольно произнесла вслух:

— Спрашивай, я отвечу!

От этого звука и проснулась.

За окном яростно сияло летнее солнце. Било в стекло. Рассыпалось бликами по белым простыням. На меня не мигая смотрели синие, как