Платиновый Достал! - Мира Грозова

И что? Любовь не спасла тебя от того, что он пришёл ко мне.

— Он не пришёл. Ты пришла.

— Какая разница? Он не оттолкнул.

Ари сжала кулаки.

— Ты специально это сделала? Чтобы мне было больно?

— Нет. — Лиля покачала головой. — Я сделала это, потому что хотела его. Твои чувства меня не волновали.

— А теперь?

— А теперь… — Лиля пожала плечами. — Теперь он несчастен. Он не спал. Не ел. Сидел и смотрел в одну точку.

— Мне плевать.

— Врёшь. — Лиля шагнула ближе. — Ты вся красная, глаза на мокром месте. Тебе не плевать. Ты его любишь.

— Даже если так… это ничего не меняет.

— Меняет. Ты можешь его простить.

— Зачем тебе это?

— Потому что я не хочу быть причиной вашего разрыва, — Лиля вздохнула. — Я думала, он забудет тебя. Переключится на меня. Но он не забыл.

— И ты решила стать доброй?

— Я решила сказать правду.

Ари смотрела на неё. Долго.

— Ты не раскаиваешься.

— Нет. Я не раскаиваюсь. Я хотела его — и взяла. Но я не хочу, чтобы он страдал. А он страдает.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Чтобы ты знала. Решай сама.

Ари ударила её. Пощёчина звонкая, громкая.

— Это тебе за то, что ты сделала.

Лиля не отшатнулась. Только улыбнулась — горько.

— Заслужила.

— Ещё раз подойдёшь к нему — я тебя убью.

— Не подойду. Он не хочет меня. Он хочет тебя.

Ари развернулась и пошла дальше.

--

В комнату Демида она ворвалась без стука.

Он сидел на кровати, смотрел в пол. Увидел её — не удивился.

— Ты знаешь, — сказал он.

— Лиля была у тебя. Позавчера ночью.

— Да.

— Ты спал с ней?

— Да.

— Зачем?

— Хотел забыть.

— Забыть что?

— Что я мудак.

— Не получилось.

— Не получилось.

Она смотрела на него. Он смотрел на неё.

— Я любила тебя, — сказала она. — Доверяла. А ты…

— Ари…

— Не зови меня так.

Она отступила на шаг.

— Я ухожу.

— Куда?

— Подальше от тебя.

Она вышла. Не оглядываясь.

--

Демид остался один. Смотрел на закрытую дверь.

«Ты мудак, Ветров. Ты всё проебал».

Он упал на кровать, закрыл лицо руками.

Телефон завибрировал. Сообщение от Лили: «Она знает. Ты просил не говорить — я сказала. Не злись».

Он не ответил.

--

Ари зашла в комнату. Рита сидела на кровати, поджав ноги. Увидела Ари — вскочила.

— Ну? — спросила она.

— Правда.

— Что теперь?

— Не знаю.

— Простишь?

— Не знаю.

— А любишь?

Ари молчала.

— Любишь, — сказала Рита. — Я вижу.

— Это не важно.

— Важно. Ты уже давала ему шанс.

— Давала. И он его провалил.

— Может, он заслуживает второго?

— А если он провалит и второй?

Рита не ответила.

— Я не знаю, Рит, — сказала Ари. — Я не знаю, что делать.

— Тогда подумай. Но не затягивай. Молчание — это тоже ответ.

Рита обняла её.

--

Ари осталась одна.

Она села на кровать, взяла телефон. Открыла фото. Вот они в кафе. Он держит её за руку, смотрит в камеру, улыбается.

«Как он мог? — думала она . — Как он мог трахать другую, а потом прийти ко мне и смотреть в глаза?»

Она вспомнила его взгляд. После всего. Он не опустил глаза. Сказал: «Я люблю тебя».

«Врёшь, — подумала она. — Или нет?»

Она не знала. И от этого было больнее.

--

Вдверт открылась и в комнату тихонько вошла Юля, взволнованно посмотрела на Ари:

— Ты как?

— Нормально.

— Врёшь. Рита всё рассказала.

— А ты что думаешь?

— Я думаю, ты справишься. Ты сильная.

— Не чувствую.

— Знаю. Но это пройдёт.

Юля села на свою кровать, сочувственно улыбаясь.

--

Ари легла на кровать, свернулась калачиком, закрыла глаза.

Перед глазами стоял он. Его лицо, когда она спросила: «Ты спал с ней?». Его глаза — виноватые, но не кающиеся.

«Он не жалеет, — поняла она. — Он жалеет, что я узнала».

Слёзы потекли снова.

Глава 14. Стекло и пепел

Два дня Ари не выходила из комнаты.

Рита приносила еду, ставила на тумбочку, забирала нетронутой. Юля пыталась поговорить — Ари отворачивалась к стене.

На третий день она встала раньше обычного. Подошла к зеркалу. Посмотрела на себя — бледную, растрёпанную, с красными глазами.

— Хватит, — сказала она своему отражению. — Хватит ныть. Хватит прятаться. Хватит давать ему власть над тобой.

Она достала косметичку — ту, которую никогда не использовала. Мать прислала на день рождения: тени, тушь, помаду. Ари открыла коробку и начала наносить макияж. Сначала неуверенно, потом смелее.

Рита проснулась и села на кровати.

— Ты чего?

— Крашусь.

— Вижу. — Рита помолчала. — Ты... ты красивая.

— Знаю.

— Это из-за него?

— Из-за себя. — Ари подвела глаза. — Я хочу снова чувствовать себя человеком. Не жертвой. Не игрушкой. Не той, кого бросили.

— Ари…

— Я не закончила.

Она взяла плойку — взяла у Юли, попросила ещё вчера. Накрутила волосы. Русые волны упали на плечи. Раньше она никогда так не делала — коса, хвост, всё просто. А сейчас она хотела быть другой.

— Готова, — сказала Ари, поворачиваясь к Рите.

Рита присвистнула.

— Охренеть, Громова. Ты... ты вообще знаешь, как ты выглядишь?

— Знаю.

— Демид упадёт.

— Мне плевать.

Ари надела джинсы — не старые, не штопаные, те, что купила в Челябинске перед отъездом, но так ни разу и не надела. Чёрный свитер — облегающий, с высоким воротом. Поверх — короткая куртка. Всё просто, но сидело идеально.

— Ну как? — спросила она.

— Ты с ума сошла, Громова.

— Это плохо?

— Это... это атомная бомба.

Ари усмехнулась.

— Пошли.

--

Она шла по коридору, и коридор затихал. Студенты оборачивались. Кто-то замирал с открытым ртом.

— Это Громова?

— Та самая?

— Не может быть...

Навстречу — Ксения. Увидела Ари, улыбка сползла с её лица.

— Громова? Ты... ты что, красилась?

— Умею, когда надо.

— Выглядишь...

— Хорошо? Спасибо.

Ари обошла её и пошла дальше.

--

На лекции она села на последний ряд. Демид сидел на первом. Не оборачивался.

В середине лекции он обернулся. Увидел её — и замер. Она сидела с прямой спиной, русые волосы падали на плечи, глаза подведены, губы — помада, которой никогда не было.

— Ветров, — сказал профессор. — Вы слушаете?

— Да, — ответил он, не отрывая взгляда.

— Что я сказал?

— Раскольников. Тварь дрожащая или право имеющий.

— Садитесь.

Демид отвернулся. Но через минуту снова обернулся. Ари всё так же смотрела на доску.

Один из студентов сказал:

— Громова, ты сегодня круто выглядишь.

— Спасибо, — ответила она.

Демид сжал ручку так, что она хрустнула.

--

После лекции Ари вышла в коридор. К ней подошёл парень — высокий, темноволосый, спортивного телосложения. Она видела его