Сосед с прицепом - Анна Мишина

И ни один вариант мне не нравится.

Я снова беру карандаш, кручу его медленно, уже осознанно.

— Пиши, — диктую ей текст для заявления. — И паспорт дай.

Она тут же лезет в сумку, достает документ и подает мне.

Открываю.

— Хорошенькая Надежда Сергеевна… — отрываю взгляд от букв и, еле сдерживая улыбку, смотрю на нее.

— Ну что? — вздыхает она, опустив плечи. — Да, фамилия такая.

— Нет, я ничего такого, — хмыкаю. — Красивая фамилия. А сын у тебя тоже Хорошенький?

Почему спрашиваю? Потому что дочь такой момент не упустила бы, а если учесть, что они с Мариком в некой конфронтации, то давно бы уши прожужжала, и думаю, вызывали бы меня еще не раз в школу.

— Это допрос? — ее губы дергаются в подобии улыбки.

— Часть розыскного процесса, — отвечаю, записывая ее данные.

— Мать Лёни была очень против того, чтобы я носила их фамилию. Недостойная, что-то такое. А сын да, обязательно. Ну и я даже не расстроилась, что осталась Хорошенькой, — снова улыбка, но уже смелее.

— Ясно-понятно, — отвечаю, прикидывая, что там за отношения в семье были. — Напиши мне еще данные по мужу.

Как только она дописывает и возвращает мне лист бумаги, спрашивает:

— И что дальше делать?

— А дальше только ждать, остальное — моя работа, — регистрирую заявление и складываю все данные в папку.

— Ее реально будет найти? И… — запинается, — какие у меня шансы, что машина останется у меня или он действительно может ее продать?

— Сейчас оформим всё официально, — говорю. — Поднимем камеры. Посмотрим, откуда и куда она уехала. И кто именно за ней приедет.

Последнюю фразу проговариваю чуть медленнее, соображая.

— А по поводу имущества, движимого и недвижимого, это тебе лучше к юристам по бракоразводным процессам.

Снова вижу, как она поникла.

— Муж у тебя кто?

— Бизнесмен. У него своя фирма.

— При деньгах, значит… — прикидываю в уме. — Я подумаю, есть у меня один знакомый. Попробуем зайти через него…

— Что? — поднимает на меня свой взгляд.

И я зависаю.

— Роман Евгенич! — в кабинет без стука влетает один из оперов. — Ой, простите…

— Стучать надо, Дятлов! — вырывается каламбур.

Вижу, как Надя сдерживает улыбку.

— Что-то срочное? — спрашиваю его, уже спокойнее.

— По делу нашему есть движение.

— Движение — это хорошо. Вот, — подаю ему папку с бумагами об угоне. — Нужны записи.

— Будет сделано, — кивает и выходит из кабинета.

— Ну вот, работа закипела.

— Я тогда пойду. Меня ждут.

— Кто? — спрашиваю на автомате. И понимаю, что лезу не в свое дело. Дальше — не мое поле работы.

— Да недалеко от дома, кафе новое, готовят к открытию. У меня там заказ.

— Подвезу, — поглядываю на часы. — Пойдем, — заодно прокачусь до дома и осмотрюсь.

Беру куртку со стула и, накинув, открываю перед Надей дверь, выпуская ее из кабинета.

Надя

В машине тишина. Осторожно кошусь на Романа, чтобы не палиться, и наблюдаю за ним. Он сосредоточен. От улыбчивого случайного мужчины, который сбивает с ног, не осталось и следа. Примеряю ему его работу и понимаю, что она ему очень подходит. Хотя первое впечатление было…

Усмехаюсь и тут же отвожу взгляд в сторону.

— Что? — смотрит на меня, чуть нахмурив брови.

И такой он…

Стоп, Надя! Тебя заносит. Сбавь обороты. Ты еще замужем. А он, возможно и скорее всего, крепко женат.

“Тогда почему он за тобой так… ухаживает?” — внутренний голос звучит растерянно и неуверенно.

— М? — перевожу взгляд на него.

— Ты смотрела на меня и усмехнулась. Что-то вспомнила?

— Нет, — отвечаю. — Просто… — ответ все же дать нужно, да? А то подумает, что я дурочка. Сижу тут, хихикаю. — Просто не ожидала, что у вас, товарищ следователь, такая профессия.

— Такая — это какая? — взлетают его брови вверх.

— Серьезная, — подбираю слова.

— И? — его явно не устраивает этот ответ.

— При первой встрече я бы никогда не подумала, что ты полицейский, — с трудом, но все же перехожу на “ты”.

— Понятно, — усмехается.

Спросить? Не спросить?..

Думаю.

Нет, ну как я могу спрашивать такие вещи?

Какие?

Личные!

Этот хаос у меня в голове кружится вихрем. Надо бы думать, как решать свои проблемы. С угоном машины… с мужем.

А я думаю о чем?

Кажется с машиной, угнали и мою адекватность!

Ругаю себя мысленно крепким словцом и немного успокаиваюсь. Мысли выстраиваются в нужное русло.

— Узнай еще раз у сына, не говорил ли он отцу ваш новый адрес.

— Хорошо. Это важно, да?

— Неплохо было бы знать, — отвечает он коротко.

И я замолкаю. Прокручиваю снова и снова разговор с мужем и все больше загоняю себя в тупик. Я не понимаю, как до такого докатилась моя жизнь. Муж изменил. Признал это довольно нагло и преподнес как само собой разумеющееся. И вообще, я сама виновата, сама довела его до левака.

На душе становится совсем погано. Внутри снова ощущается гнетущее чувство никчемности, глупости… Дура, ну дура чистой воды.

Не замечаю, как подъезжаем к тому нужному кафе. И стоим не знаю сколько времени.

Шмыгаю носом, хлопаю глазами, чтобы навернувшиеся слезы и не думали скатиться по щекам.

Глубокий вдох.

— Спасибо, — поворачиваюсь к мужчине и замираю, поймав его карий взгляд.

— Все в порядке?

— Да, — киваю, наверное, слишком активно, и натягиваю улыбку. — Спасибо, что подвез. Не стоило, только время тратить…

— Я все равно по угону к дому, место посмотреть, — говорит он спокойно.

— А… — ну а что я хотела услышать? — Все равно спасибо, — и, открыв дверь, выскакиваю из машины и направляюсь к крыльцу.

— Надя, — слышу его голос, оборачиваюсь.

— Сумки забыла, — выходит из машины, с заднего сиденья забирает мои вещи и делает пару шагов в мою сторону.

Я тороплюсь к нему, перехватываю свои сумки. Наши пальцы соприкасаются, и меня будто током бьет. Сердце подпрыгивает.

— Растяпа, — ругаю себя.

— Всё нормально, — снова будто успокаивает меня. И мне это так странно слышать, что еще больше чувствую смятение. — Ты просто переволновалась из-за машины. Найдем, не переживай.

— Хорошо, — спасибо говорить еще раз, наверное, лишнее, да?

И, крутанувшись на пятках, тороплюсь в кафе. Но так и не слышу, как он садится обратно в машину. А оглянуться боюсь.

Как только закрывается за спиной дверь, выдыхаю и вхожу внутрь.

— Света, — подаю голос, слыша в глубине голоса.

— А? Надя? — выходит из-за угла.

— Извини, я задержалась, — оправдываюсь.

— Ничего страшного, — машет рукой. — Заходи.

Расстегиваю пуховик, снимаю шапку. Прохожу за ней в зал.

— Вот, располагайся на этом столе. Если