Месть. Агнец в волчьей шкуре - Яна Клюква

очень серьёзно. Похоже, мой муж вляпался в какую-то историю. И ещё он втянул туда же мою дочь. И ваша сестра действительно пропала. Они оба знают о том, что с ней случилось, но я понятия не имею, как выяснить все подробности.

— Значит, ваша дочь всё-таки в курсе?

— Похоже, что да, — вздыхаю я.

— Тогда я думаю, нам следует её навестить.

— Но она сейчас в другом городе, учится.

— Хорошо, вы знаете, где она живёт?

— Да, конечно. В общежитии, которое выделил ей институт…

Я усиленно игнорирую информацию про пентхаус, которая прозвучала от мужа. Возможно это всё ложь.

— Вы сможете поехать туда со мной?

— Да, — тут же отвечаю я.

Конечно, я не хочу, чтобы он самостоятельно разговаривал с моей девочкой. Она, наверное, сейчас напугана, не понимает, во что вляпалась, и визит незнакомого мужика точно не пойдёт ей на пользу.

Я возвращаюсь домой, собираю сумку и набираю номер Марка.

— Ты уже уехал? — спрашиваю я сразу после того, как он принимает звонок.

— Да, — раздражённо отвечает он.

— Слушай, я, похоже, правда перегнула палку. Погуляла, голову проветрила и поняла, что у меня действительно какая-то паранойя.

— Рад, что ты сама до этого дошла, — отвечает он.

— Я сейчас вещи соберу, поеду к подруге. Поживу у неё пару дней. Подумаю о том, почему я вообще поверила во все эти слухи.

— Настя, — его голос смягчается. — Я так рад, что ты сейчас всё это говоришь. Я ведь действительно не хочу тебя терять. Но и жить с женщиной истеричкой у меня точно нет никакого желания. Спасибо тебе, родная, что ты пытаешься бороться за нашу семью.

— Это тебе спасибо, любимый, — отвечаю я. — Что ты открыл мне глаза на истину.

После того как Марк сбрасывает звонок, я снова перезваниваю Игорю и сообщаю ему о том, что готова ехать. Он заезжает за мной минут через тридцать, помогает загрузить вещи в машину, усиленно делая вид, что он всего лишь таксист. Открывает пассажирскую дверь для меня, а затем садится на водительское сиденье и выезжает из нашего двора.

— Надеюсь, никто из соседей нас не видел…

— Мне уже всё равно, — отмахиваюсь я. — На ближайшие пару дней я от Марка отделалась. Но, возможно, он сейчас вернётся в нашу квартиру, и кто-то из соседей опять сообщит ему о том, что видел меня с незнакомым мужчиной.

— А ему уже сообщали? — интересуется Игорь.

— Да, — киваю я. — Когда он приехал и я начала говорить ему о том, что он мне изменяет, он всё перекрутил в обратную сторону. Сказал, что кто-то из соседей видел, как ко мне с утра приходил мужчина с двумя стаканчиками кофе. Решил, что я ему изменяю, что мне ведь так удобно водить к себе незнакомых мужиков, пока он сидит у постели умирающей матери.

— Капец, — выдыхает Игорь. — И как вы всё объяснили?

— Я сказала, что наняла частного детектива, — пожимаю я плечами. — Да и какая разница? Сейчас это не важно.

— Да, действительно, лучше расскажите, что вам удалось узнать.

— Ничего хорошего, — вздыхаю я. — Всё как-то запутанно. Единственное, что я поняла из разговора, что сестре Андрея сейчас тоже грозит опасность.

— Может, нужно ему сообщить? — спрашивает Игорь.

— Возможно, вам стоит позвонить ему? — предлагаю я. — Если честно, я ему звонить не хочу, особенно после того, как он попытался выставить меня во всём виноватой, а сам визжал о том, что он жертва.

— Да, мужик, конечно, неприятный. Но я не думаю, что стоит спускать всё на тормозах. Вы ведь не сможете жить с мыслью о том, что не помогли этой Рите. Девушка ведь молодая, неопытная. Похоже, тоже связалась с вашим мужем и попала в беду.

— Да, я всё это понимаю, — кивнула я. — Просто… я не знаю, что я ему скажу. Сумел ли он после этого убедить своих родителей, что их любимая дочка влипла в неприятности? Насколько я поняла, они там все без ума от моего мужа. Но это и неудивительно. Мне кажется, что он уже так поднаторел в своём деле, что сумеет запросто любому запудрить мозги….

— Что уж говорить о молодых девчонках, которые действительно стремятся к красивой жизни, — вздохнул Игорь.

— Значит, ваша сестра и правда хотела выйти замуж за богатого мужчину? — уточняю я.

— Я, если честно, не знаю. Лиза особо не стремилась откровенничать со мной. Она была сложным ребёнком, сложным подростком и сложной девушкой. Знаете, такая сама себе на уме. Что-то думает и считает, что всегда на все сто процентов права.

— А моя девочка была не такой, — признаюсь я с лёгкой улыбкой. — Она всегда была рядом, всегда делилась со мной своими секретами. Но, как видите, это не спасло…

— Согласен, — тяжело вздыхает он и сосредотачивается на дороге.

Нам приходится ехать весь вечер и всю ночь, останавливаемся только иногда на заправках, чтобы выпить кофе и ехать дальше. Игорь молчит, и я тоже по большей мере не разговариваю, думаю о своём. В частности, о том, правильно ли я поступила, сообщив ему правду про Алису. Возможно, мне стоило сначала самой её навестить, но я так испугалась и просто не хотела оставаться один на один с этой бедой.

Утром мы подъезжаем к общежитию, в котором, должна по идее, жить моя дочь, и тут же выясняем, что она оказывается уже давным-давно живет в квартире в центре города с панорамными окнами и площадью более чем двести метров. Я удивлённо смотрю на своего спутника и только руками развожу. Представляю, сколько стоит такая жилплощадь. Вообще изначально, когда Алиса переехала, муж предлагал мне снять для неё квартиру, но дочка настояла на том, что она станет жить как все остальные. Хотела подружиться со своими однокурсницами, да и вообще говорила, что не хочет выделяться. Я ей поверила, а она, оказывается, ни дня не жила там, где должна была находиться.

Нам без труда удаётся выяснить адрес, по которому проживает моя дочь, и мы снова садимся в машину и мчимся вперёд. Когда подъезжаем к огромному зеркальному дому, искрящемуся от первых лучей солнца, я только тяжело вздыхаю. Похоже, именно для этого Алисе и нужны были деньги. Для шикарной жизни, для видимости того, что у неё всё прекрасно.

Мне приходится около пары минут звонить в дверной звонок, прежде чем по ту сторону двери слышатся шаркающие шаги и какой-то бубнеж. Когда дверь распахивается и моя дочь встречается со мной взглядом, она замирает, как мышонок загнанный в ловушку, пятится назад и пытается захлопнуть дверь перед моим носом. Но я готова