Пышка для дракона. Пипидастр моего перца - Элен Блио

Мы стояли у величественного храма Истины.

Храма, созданного полностью из редкого и безумно дорогого Аргейского нефрита, который переливался на солнце всеми оттенками зелени.

Храм находился на острове посреди океана. Добраться сюда могли только драконы — других летающих разумных существ в нашей вселенной десяти королевств не было. Ведьмы на мётлах не в счёт, хоть они более чем разумные — ни одной ведьме не придёт в голову перелететь пол океана чтобы просто посмотреть — а что же там за храм такой.

Этот храм, тем не менее, знали все. Его часто показывали в магических зеркалах, его изображали на своих полотнах великие художники. Ну а драконы… Каждый дракон хоть раз за свою жизнь тут бывал. Или после рождения — когда мать приносила его сюда на свидание с судьбой, или после того как дракон находил свою истинную.

Именно поэтому мы и были здесь.

Мы с Дрейгоном вошли в храм держась за руки. С нами был кот. И пипидастр.

Мы подошли к алтарю из турмалинов и изумрудов. Встали над ним, протянули руки, переплетая пальцы и в тот же миг из алтаря вылетела гигантская бирюзовая молния, она оплела наши тела, скрепляя наши чувства навек.

Я чувствовала такой невероятный взрыв эмоций, нежности, любви, страсти, желания, радости, восторга, что хотелось летать.

И было совсем неудивительно, когда моё тело само собой поднялось в воздух.

И Аргайл летал в человеческой ипостаси рядом со мной.

Мы кружили над алтарём смеясь как дети, а потом соединились в поцелуе и неведомая сила мягко опустила нас вниз, на ковёр из лепестком Аргейского, драконового лотоса.

В Храме Истины был зачат наш первый сын. Наш гордый дракончик Дракейн. Через пару лет мы вернулись в храм за доченькой, прелестной Арейей…

Мы с Дрейком были очень и очень счастливы, но эта история не была бы завершенной если бы…

Если бы вы не узнали историю пухососов!

Мне удалось доказать, что это было моё изобретение. Я доработала их и теперь пухососы каждое лето выходят на улицы королевства очищая их от волшебного пуха и давая возможность несчастным дышать свободно.