Бестия. Бесстыжая для владыки - Влада Штерн

сразу поняла это, забрал зеркало. Поставив его на место, он схватил мою руку и дернул меня к себе. Развернувшись к выходу, он стремительно повел меня за собой. Хватка его руки была жёсткой, причиняющей боль.

— Отпустите! — задыхаясь, взмолила я, пару раз чуть не упав, пока мы шли по лабиринту помещений.

Он молча шел впереди, подтягивая рукой меня к себе, если я отставала или не хотела идти дальше. Мы оказались в его спальне и он почти кинул меня на кровать.

— Спи до утра, а на рассвете будь готова отвечать на мои вопросы, — холодным голосом сказал Вегард, склонившись надо мной. От его каменного лица веяло ужасающим холодом, который пронзил меня своей беспощадностью. Я, опираясь на локти, попыталась отодвинуться от него, но он не дал мне это сделать, жёстко придавив меня за плечо к кровати. Я вскрикнула.

— Ты поняла меня, Лилиан? — обманчиво ласково спросил он, все еще держа меня за плечо. — Скажи, что поняла меня и будешь готова утром побеседовать со мной… Я жду.

— Я поняла, милорд, — через несколько секунд сдалась я, не имея сил вынести его пристального и убийственного взгляда.

— Хорошая девочка. Теперь отдыхай.

Он ушёл, захлопнув дверь. Мне не было нужды проверять ее — я была уверена, что магия не выпустит меня отсюда.

Проклиная свою глупость, себя и Вегарда, я закрыла лицо руками.

* * *

Я стояла в центре главного помещения башни Вегарда, в котором была вчера. И смотрела то на него, сидевшего за письменным столом, то на Реджину. Которая, присев на краешек этого самого стола, смотрела на меня спокойным и каким-то всезнающим взглядом.

Мое сердце пропустило удар. Я стала кое-что понимать.

— Реджина? — не веря, обратилась я к ней дрожащим голосом.

Женщина некоторое время ничего не говорила. Но потом, соскользнув с края стола, подошла ко мне и остановилась на близком расстоянии. Реджина улыбнулась. Подбадривающе?

— Я на твоей стороне, детка, помни об этом, — произнесла она, и, погладив мое плечо в знак своей поддержки, снова повернулась к Вегарду. — Оставлю вас наедине, милорд.

Когда она вышла из комнаты, я, сцепив перед собой пальцы, наконец посмотрела владыке Вегарду в глаза.

Только сейчас я поняла полностью, кто передо мной. Могущественный лорд Провиденс-Хилла — большой области королевства, являющейся его наиважнейшей частью. Потомственный маг, о способностях которого я понятия не имела, но была уверена, что они внушительны. От него веяло холодным спокойствием и уверенностью — следствие не только его высокого положения, но и личных способностей.

Лицо Вегарда ничего не выражало. Оно было предельно деловым, сумрачный взгляд его темно-синих глаз перекликался с серым рассветом за окном за его спиной. Владыка был свежевыбрит, черные волосы аккуратно расправлены за спиной, одна его рука подпирала подбородок, другая лежала у пепельницы. Он смотрел на меня немигающим взглядом, и я ничего не могла прочесть в нем.

«И ты по своей дурости решила, что сможешь его обмануть?» — с иронией подумала я. Кого здесь обманули, так только меня.

— Реджина, — наконец, осмелилась я подать голос. — Она…

— Она предана мне уже давно, — перебил меня мужчина. Он говорил тихо, почти шёпотом.

— И она изначально была введена вами в план Троя?

— Да.

— Ясно, — коротко промолвила я, поднимая глаза к потолку. Мне захотелось заплакать, но, видят боги, я не дам им насладиться своей слабостью. — Она говорила мне, — через несколько секунд продолжила я, стараясь, чтобы голос мой не дрожал, — что предана какому-то важному лицу, а Трой ей никто, просто они оба объединены одной целью. Так это всё вы? То лицо? Значит, Трой, посылая меня к вам, думал, что ему помогает и какой-то покровитель Реджины? Не зная, что это были вы?

— Все немного не так, Лили, — сказал Вегард, помолчав. Он продолжал смотреть на меня, а я в очередной раз вздрогнула, услышав свое имя из его уст. Слишком мягко он ко мне обращался после всего. Я чувствовала страх, медленно нарастающий во мне и расползающийся по моим жилам.

— Хм… У Реджины, — продолжил через короткое время Вегард, откинувшись на спинку кресла, — действительно есть некий… скажем так, друг. Он тоже маг, знатный. До меня стали доходить сведения, что он кое-что задумывает против меня. — Вегард ухмыльнулся, но глаза его оставались стальными. — Это давняя история, мы в напряженных отношениях. Но не в этом суть. Реджина стала вхожа в круг его друзей — но это было сделано ради меня. Он не догадывается о наших с Редж отношениях, да и мало кто. — Вегард махнул рукой куда-то в сторону. — Это я к тому, чтобы предупредить твой вопрос о том, как так вышло, что тот человек доверился ей.

Я стояла, внимательно все слушая и впитывая информацию, как губка. Ночью я почти не спала, но сейчас мой мозг был как никогда трезв. Вся эта кошмарная паутина интриг только сейчас проявляла свой стройный рисунок.

— И Трой его настоящий пособник? — вырвалось у меня.

— Совершенно верно, моя прекрасная. Трой должен был выполнить самую опасную и грязную работу — похитить тебя, сделать пленницей артефакта, — Вегард кивнул на мое кольцо. — Кое-чему обучить…

На этих словах я почувствовала, как отчаянно покраснела, но владыка, будто бы не обратив внимания, продолжил:

— А Реджина должна была по заданию этого мага провести тебя ко мне. Остальное ты сама знаешь. Ты должна была выкрасть то зеркало и вернуться к Трою. Вместе с ним.

Вегард замолчал. Я тоже молчала. Что я могла сказать? Ни-че-го. Я была с самого начала под наблюдением владыки. Наверное, он ухахатывался в голос, вспоминая мои потуги понравиться ему. А Реджина… я не хотела сейчас о ней думать.

— Зачем надо было разыгрывать весь этот цирк на балу и дальше? — произнесла я, еле сдерживая свою ярость, стыд и боль. — Вы могли бы сразу после бала схватить меня.

Вегард покачал головой, перебирая сигары на столе. Он смотрел на меня каким-то снисходительным взглядом.

— Ты забываешь про свое кольцо, душа моя. Я же знал, что оно заточено на то, чтобы вызвать невыносимую боль, если его носитель проговорится. Второе — ни я, ни Реджина не знали, ЧТО именно ты должна украсть у меня. Именно это мне и было важно — понять цели врага.

Я закрыла глаза, ощущая неимоверный стыд. Представляя снова и снова вчерашнюю сцену, которая произошла здесь — неприкрыто похотливую. Он тогда вышел, будто бы в лабораторию, а я решила воспользоваться моментом. А оказалось, что он сам расставил мне ловушку. Боги, я еще про какие-то темные