Академия Деркон - Анастасия Максименко

Никого не обнаружив, декан недоуменно сдвинула брови к переносице, и я только в тот момент заметил, что между бровями у нее имелась мерцающая бледно-алым незнакомая руна в виде перевернутого полумесяца, от руны по линии бровей шли по три белые точки.

Тем временем девушка вывела в воздухе телом узор, напоминающий знак бесконечности, и у меня перехватило дыхание, поскольку именно этот знак был на обереге моего рода.

«Как символично», – подумал, цепко наблюдая за тем, как магистр мягко приземлилась на песок, переступила с ноги на ногу, и до моего слуха донесся нежный перезвон цепочек, из-за чего блаженно сощурился, упуская момент, когда магиня приняла свой привычный облик. Напоследок с подозрением оглянувшись, она накинула на голову капюшон черно-фиолетовой мантии, неторопливо побрела прочь.

Как только Хейдан скрылась с моих глаз, я позволил себе вздохнуть, откидываясь затылком на песок и жмурясь, расплылся в улыбке, выдыхая:

– Кто же ты, моя луноликая?

***

Хейдан

Меряя шагами гостиную, рассеянно потирала лоб, пребывая в мрачном недоумении. Во время полета мне показалось, что на полигоне я была не одна. За мной некто наблюдал, и этого соглядатая не отслеживало ни одно поисковое заклинание.

Довольная после полета сущность молчала. Инстинкты и вовсе твердили, что я находилась на летном одна. Но тот взгляд… Жадный, пристальный, цепкий, отчего-то волнующий кровь, такой, каким может смотреть и ласкать лишь умелый мужчина.

Вспомнила, как к лицу прикоснулись невидимые пальцы, мягко погладив скулу, губы, шевельнув прядь волос, застыла, отрицательно качнула головой.

Нет, не показалось.

Однако уничтожить за раскрытие секрета незнакомца по неясной причине не хотелось. При мысли об уничтожении наглого соглядатая сущность впервые яростно взбеленилась и протестующе заклокотала под кожей.

– Тише, – шикнула на нее, ласково погладив грудную клетку. – Спокойно. Хорошо, не будем его трогать. До установления его личности.

Сущность замерла, прислушиваясь, и успокоилась, уйдя в подсознание.

Вздохнув, присела за стол, отрешенно взглянув на пустые листы, приготовленные для отчета директору. Едва касаясь, поскребла ногтями гербовый знак и взяла в руки стило, принялась писать официальный отчет. Закончив его, перечитала сухие строчки и споро написала в произвольной форме второй и, перечитав оба варианта несколько раз, удовлетворенно кивнула.

Сжала пальцами переносицу, переложила документы в сторону, вновь возвращаясь мыслями к наблюдателю, раздумывая, кем же он может быть.

Доверяя чутью и проанализировав поведение сущности, я полагала, что это мужчина.

Положила голову на скрещенные руки, воспроизводя в памяти временные отрезки от моего прихода на полигон до момента ощущения стороннего взгляда, понимая, что невидимый лазутчик пришел позднее меня. И успел чем-то приглянуться моей сущности.

Искренне пожалела, что сущность не умела говорить. Она могла лишь изъясняться эмоциями, к сожалению, эмоциями много не скажешь.

Всего на секунду прикрыла усталые глаза и внезапно для самой себя задремала.

***

Нависая над кроватью, хищно наблюдала за спящим мужчиной, жадно следя, как его мощная обнаженная грудная клетка соблазнительно поднимается с каждым вздохом дракона.

Облизнувшись, восхищенно проследила за движением рельефного живота, шевельнула пальцами, и легкое одеяло, прикрывающее мускулистые бедра, скользнуло вниз, открывая для моего голодного взора его естество с гладким лобком и крепкие ноги.

Потрясающий… Сильный самец. Тот, что нужен.

Мое сокровище…

Рядом с объектом моей охоты пошевелился другой мужчина, не менее важный, не менее привлекательный и такой же манящий, на недолгое время привлекая мое внимание.

Метнув на него взгляд, провела раздвоенным кончиком языка по нижней губе и мягко улыбнулась, скользнув по более стройному, жилистому телу, задержавшись на разметавшихся по темной коже чернильных волосах.

Поддавшись порыву, неуловимо быстро толкнула темного в лоб двумя пальцами, уберегая от пробуждения.

– За тобой я приду позже, mây vesæin. [1]

Оставив на губах эльфа короткий нежный поцелуй, потянулась, отстегивая ставшую тесной, мешающую мантию, мягко скользнувшую к моих ногам и, перешагнув через нее, наклонилась к дракону, ласково проводя по его ступням ладонями. Скользнула вверх-вниз и, опершись коленом о кровать, забралась на его тело, присаживаясь на бедра.

Теплый увитый венами орган мужчины оказался аккурат возле входа в лоно, и я закусила губу, придавливая рвущийся наружу стон вожделения.

Мягко погладив спящего князя по гладкой щеке, взъерошила черные волосы, наклонилась, потерлась носом о подбородок, выдыхая в приоткрытые губы дракона, зовя его душу:

– Филисан…

Его тело подо мной напряглось, черные ресницы затрепетали, и прежде чем раскрылись винного оттенка глаза, сильные руки ухватили за талию, наклоняя еще ближе, теснее, так, что сосочки дразняще скользнули по широкой груди.

Заглянув в глаза с вытянувшимся зрачком, шепнула:

– Ты так и не ответил, Филисан. Не дал свое слово. Так ответь мне сейчас. Ты примешь мою метку?

Глаза дракона расширились, а губы выдохнули вместе со стоном:

– Луноликая…

Под мой тихий смех, он стремительно быстро перевернулся вместе со мной, и я оказалась прижатой его сильным телом, набухшее силой естество уткнулось в складки, и упругая головка всего на несколько сантиметров вошла внутрь.

Блаженно застонав под шипение Филисана, усмехнулась и царапнула грудную клетку в области сердца.

– Сначала ответь. Ты примешь мою метку? Метку Смерти, дракон? Отдашь мне свою душу и тело навеки?

Глаза дракона вспыхнули кроваво-красным огнем, и из его горла вырвался утробный рык:

– Ты моя, луноликая, и я принимаю твою метку. Я весь твой.

Довольно улыбнувшись, окутала нас двоих огнем хаоса, не страшась сжечь в нем смертного, и под болезненный стон мужчины перевернула нас двоих, вновь оказываясь на его бедрах.

Заглянула в ошеломленные пульсирующие зрачки и, ощерившись, рывком насадилась на дрогнувшее внушительное естество, плотно обхватывая его своим лоном под шумный выдох дракона и вместе с этим движением с силой входя ладонью в его грудную клетку.

Филисан закаменел, однако на его лице не отразилось и толики страха. Дернув краешком губ, ласково сжала быстро забившееся, стремительно чернеющее сердце, покрывающееся красными прожилками и, так же стремительно вытащив ладонь, кончиками пальцев нарисовала на покрывшемся испариной лбу метку принадлежности, сделала упоительно медленный глубокий толчок, запечатывая на его душе и ауре свежую метку.

Удовлетворенно заурчав, облизнула кровавые пальцы и впилась в рот недоверчиво замершего мужчины, раздвигая его губы, языком сплетаясь с его. Несколько секунд дракон подо мной был бездвижен, но стоило мне болезненно прикусить его нижнюю губу и чуть игриво оттянуть, как он взрыкнул, выдыхая двоившимся голосом самого хаоса:

– Луноликая!

Широкие ладони обхватили бедра, с силой насаживая на мужское естество. Огонь хаоса взревел, подбрасывая нас двоих в воздух, швырнул в стену, припечатывая меня спиной к гладкой поверхности, особенно глубокий толчок выбил