Удержать 13-го - Хлоя Уолш

Когда отец Маккарти закончил службу, Патрик Фили заменил его у микрофона и легко коснулся струн гитары, висевшей на груди. Отец Маккарти перед службой спрашивал, есть ли какая-то песня, которую мы хотим услышать во время прощания. Джонни сказал Даррену, что один его друг играет на гитаре и счел бы за честь сыграть для нас. Даррен вместе с Фили выбрал несколько чудесных песен для церемонии, но именно Джоуи выбрал ту, которая должна звучать, когда маму будут опускать в землю. Он настаивал, что это совершенно особенная песня.

Когда Фили запел «Lightning Crashes»[36], его голос звучал прекрасно и завораживающе, а стихи были такие резкие и глубокие, что я отдалась чувствам. Оттого что именно Джоуи выбрал эту песню для мамы, слушать ее было почти невыносимо. Боли в сердце было слишком много.

– Я не могу…

Я заплакала громко и некрасиво и спрятала лицо на груди Джонни, не в состоянии смотреть, как Джоуи и Даррен медленно опускают ее в землю.

– Я не могу…

– Я с тобой, детка, – прошептал Джонни, обнимая меня. – Я рядом.

– Нет! Там черви… там темно! Не надо! Мамочка, мамочка, нет!

Олли начать кричать так громко, что я отшатнулась от Джонни, чтобы успокоить брата, но он бросился через толпу прямиком к мистеру Каване. Отец Джонни наклонился, подхватил Олли на руки и быстро ушел от могилы к воротам кладбища, где стояли миссис Кавана с Шоном.

Мои братья осторожно опустили гроб в землю и перекрестились.

Даррен, рыдая, сразу пошел к Алексу.

Джоуи остался рядом с мамой, как и при ее жизни, глядя в яму, которой предстояло стать местом ее вечного покоя. По его щеке покатилась слеза, и я видела, что она исчезла в могиле вместе с мамой.

Патрик допел песню, толпа медленно разошлась, и наконец остались лишь несколько наших самых близких друзей.

Шмыгая носом, Тайг подошел к Джоуи и взял его за руку. Не сводя глаз с могилы, Джоуи обнял младшего брата и прижал к груди.

– Тебе пора идти, Джо, – сказал ему Тайг. – Там у ворот вместе с Джоном и Эдель тебя ждут, чтобы отвезти в больницу.

– Я… э-э… – Откашлявшись, Джоуи погладил Тайга по голове. – Ты иди с Дарреном. Мне нужно немножко времени.

– Но тебе пора…

– Идем, Тайг, – мягко перебил его Даррен, уводя от Джоуи. – Дадим ему минутку. – Сжав плечо Джоуи, он прошептал: – Я тебя навещу сразу, как только разрешат.

– Возвращайся, ладно? – Тайг, сопя, обнял Джоуи за талию. – Поправляйся и возвращайся к нам, придурок.

– Да. – Джоуи слабо кивнул. – Так и задумано, малыш.

– Он поправится, – сказал Даррен. – Ты поправишься, Джоуи. Ты сможешь, Джоуи Линч. Ты самый сильный и самый упрямый из всех, кого я знал в жизни.

– Просто уведи его, Даррен… – Судорожно вздохнув, Джоуи опустил голову. – Я не могу это сделать, когда они все там…

Не говоря ни слова, Даррен увел от могилы плачущего Тайга.

– Джо, – хрипло пробормотала я, не сдерживая слез. – Я не хочу, чтобы ты…

– Не говори ничего, Шан, – попросил он, отводя глаза от могилы и посмотрев на меня. – Если ты будешь так говорить, я не смогу. А мне правда нужно это сделать… – У него сорвался голос, он резко вздохнул и перевел налитые кровью глаза на Джонни. – Кавана, сделай одолжение, присмотри за…

– Считай, что уже сделано, – хрипло ответил Джонни, крепче обнимая меня.

Ифа, стоявшая в стороне, молча наблюдала за всем, но наконец шагнула вперед. Она, не произнеся ни слова, подошла к могиле моей матери, положила туда алую розу и повернулась к моему брату.

– Я тебе говорил, чтобы ты не приходила, – дрожащим голосом произнес он.

– А я тебе говорила поберечь слова, – ответила она, беря Джоуи за подбородок и поворачивая к себе лицом.

– Ты не должна быть здесь… – выдавил он, качая головой. – Ты знаешь, это нехорошо…

– А мне плевать, – перебила его она. – А теперь обними меня и держи так, как будто мы не увидимся целых три месяца.

– Господи… – Вздрогнув, Джоуи обнял ее крепче и прижался лбом к ее лбу. – Ты не будешь ждать, слышишь? – Он обхватил ее щеки ладонями и заглянул ей в глаза. – Живи своей жизнью, ладно?

– Заткнись, Джоуи Линч! – всхлипнула она. – Я люблю тебя.

– Это ты заткнись, Ифа Моллой, – огрызнулся он и поцеловал ее в лоб. – Я тоже тебя люблю.

– Я буду рядом, когда тебя выпустят, – пообещала она.

– Не надо быть рядом, – выдохнул он. – Найди место получше.

– Ты мной не командуешь, – заявила Ифа. – Пора бы это понять.

– Это потому, что ты охренеть какая глупая, – прошептал он. – Зря тратишь на меня жизнь. Да ты сама знаешь. И все тебе твердят, а ты не слушаешь…

– Потому что это моя жизнь: как хочу, так и трачу, – с вызовом произнесла она. – А ты лучше побыстрее приведи в порядок свою сексуальную задницу и возвращайся домой, ко мне. – Протянув руку, она ущипнула его за зад, подчеркивая свои слова. – Потому что ты нужен мне здоровым, ясно?

– Ифа, не стоит на меня ставить…

– Все понял?

Джоуи тяжело вздохнул и кивнул.

– Ладно.

– А теперь поцелуй меня и скажи, что любишь, – велела Ифа, и ее губы дрожали. – И хорошенько поцелуй!

– Идем, Шан, – позвал меня Джонни, отвлекая от Джоуи и Ифы и обнимая за плечи. – Оставим их.

– Да, конечно… – Я прижалась к нему, и мы пошли прочь от могилы. – Спасибо за сегодняшний день, – сказала я, обнимая его за талию. – За все.

– Шан, ты просто потрясающая в последние дни, – ворчливо откликнулся Джонни. – Не понимаю, откуда ты берешь силы, но это производит впечатление. – Он качнул головой и протяжно вздохнул. – У меня нет слов, чтобы сказать тебе, какая ты невероятная, Шаннон Линч.

– Я не невероятная, Джонни, – пробормотала я. – Я просто стараюсь держать голову над водой и не утонуть.

– Ты не утонешь… ты умеешь выживать.

– Я даже плаваю плохо, – призналась я.

– Тогда я брошу тебе спасательный жилет и поплыву за тобой, – ответил Джонни. – Потому что я отлично плаваю.

– Ты даже сегодня хвастаешь, как хорошо плаваешь? – насмешливо спросил Гибси, когда мы присоединились ко всем у ворот кладбища. – Господи, Джонни, умеешь ты выбрать момент, чел.

– Заткнись, дебил-переросток, – проворчала Лиззи, хлопая Гибси по голове. – Это тебе надо лучше выбирать моменты.

– Это называется «видеть хорошее», – огрызнулся Гибси, зло уставившись на нее. – А то, что ты сделала, называется нападение.

Лиззи закатила глаза:

– Да пофиг. Не разговаривай со мной!

– Отлично, – кивнул Гибси. – А ты не трогай меня.

– С удовольствием, –