#НенавистьЛюбовь - Анна Джейн

3.42

В результате долгих и шумных разборок семья Лиферовых в полном составе покинула коттедж Чернова — за исключением плачущей Русланы, которая, видимо, решила пойти наперекор родителям. Впрочем, и они надолго не задержались.

— Мы уедем. А вы можете пожить здесь пару дней, — устало сказал Стас Дане. — Охрану поселка предупрежу. Развлекайтесь. Да, кольца тоже можете оставить.

И мы действительно остались одни в большом и красивом доме на берегу водохранилища. Я и Даня.

— Жаль, что так вышло, — сказала я, стоя рядом с ним на застекленной террасе с видом на искрящуюся на солнце воду. — На Руслане лица не было.

— А я рад, что ее отец обо всем узнал, — признался Даня. — Таким идиотом себя чувствовал, пока притворялся Максом. Все-таки это не самая лучшая затея.

— Мне тоже было неловко, — вздохнула я. — А сегодня на маму Русланы даже смотреть стыдно было. Как думаешь, что теперь будет?

— Как знать. Не думаю, что Стас отпустит Руслану. Я бы тебя не отпустил. — Рука Дани оказалась на моем плече, и я прижалась к нему.

— Правда? — умилилась я. — Матвеев, ты бываешь таким лапочкой, что мне хочется начать бить себя по щекам — чтобы проснуться.

Я попыталась потискать его за щеки, но Даня не дался, зато умудрился взъерошить мне волосы — да так, что пришлось убегать от меня. Как дети мы носились по всему первому этажу, радуясь свободе, а потом в обнимку рухнули на диван и долго лежали вместе, смеясь и целуясь.

Ужинали мы вдвоем на все той же стеклянной террасе — Даня специально принес кресла и столик, и наблюдали за тем, как солнце плавно садится за горизонт и озаряет небо и воду.

Даня разлил по бокалам рубиновый ароматный напиток.

— За тебя, — сказал он, глядя мне в глаза — его взгляд завораживал.

— За нас, — с укоризной поправила я его. — Мы ведь, как-никак, супруги, хоть и фиктивные. Зато у меня осталось наше свидетельство о браке. Буду всем его показывать и говорить, что ты мой муж, и никто из девчонок не имеет права на тебя смотреть.

— Без проблем, Пипа, — легко согласился Даня. — Но тогда на основании свидетельства стань менеджером по моим носкам — вечно один из пары теряется… Хорошая жена должна следить за носками своего мужа!

— Я прослежу, — пообещала я, желая укусить его за «Пипу». — Пришью к ним резинки, как делают с детскими рукавицами. Ни одного не потеряешь, Клоун.

Он только смеялся в ответ, и я все отчетливее и отчетливее понимала, что Даню, как и меня, отпустило. Я надеялась, что он чувствует себя легко и свободно, а его страхи, как и мои, растворились в огне наших чувств.

Когда стемнело, мы вышли на улицу — похолодало еще сильнее, и изо рта шел пар, однако густое черное небо оставалось безоблачным, и постепенно на нем блестящими осколками проступали звезды. Мы сидели на деревянных качелях в саду и завороженно смотрели на эти звезды, как дети, ждущие, что одна из них сейчас упадет, и можно будет загадать желание.

— Поклянись, что будешь любить меня всегда. Каждую секунду, каждое мгновение, — сказала я неожиданно для себя самой. И на мгновение показалось, будто весь мир замер вместе с моим затаившимся дыханием.

— Ты уверена, что клясться обязательно? — спросил Даня.

— Не порти романтический момент! Клянись, ну же, Матвеев! — И я вытянула мизинец — как в детстве. Даня хмыкнул и повторил мой жест. Наши мизинцы переплелись, и я сказала:

— Обещаю, что буду любить тебя вечно. Столько, сколько живет Вселенная, и даже больше.

— Ты должна была поклясться! — возмутился Даня.

— Ладно-ладно, клянусь. Клянусь, что моя любовь будет вечной, как и Вселенная.

— А если она не будет вечной? — со скепсисом в голосе спросил Даня. — Знаешь, есть много теорий относительно того, каким будет сценарий развития Вселенной. Она может сжаться и схлопнуться, ее может постичь тепловая смерть, может наступить конец времени, произойти «Большой отскок» или «Большой разрыв»…

— Матвеев, не беси меня! — перебила его я. — В моей голове Вселенная — бесконечна!

— Клянусь, — отозвался он. — Ты будешь моей всегда. Что бы ни произошло. И я буду любить тебя больше….

— Больше чего? — спросила я, не понимая, почему он взял эту паузу.

— Больше всего, о чем или ком ты подумаешь.

И он коснулся моих губ своими губами, чтобы скрепить клятву поцелуем.

Этой ночью было не так много звезд, как тогда, на лесной поляне, но нам хватало тех звезд, что сияли в наших сердцах.

Если Вселенная начала свою историю из маленькой точки с бесконечной плотностью, которая вдруг начала расширяться, не означает ли это, что расширяться она тоже будет бесконечно?

Возможно, ускоряющееся расширение Вселенной будет вечным процессом.

Как и наша любовь.

Эпилог 1

В классе было светло — из каждого окна лился солнечный свет и, заливая пространство прозрачным золотом, падал на пол, парты и стулья. За эти годы, пока нас не было в школе, все изменилось, стало другим — от цвета стен и новой доски до мелочей вроде штор, плакатов и горшков с цветами; но при этом внутри сохранялось чувство, что все это безумно знакомо. Будто после долгой и трудной дороги я вернулась домой. Туда, где меня ждали воспоминания.

Я стояла в дверях и рассматривая кабинет.

Там, вокруг учительского стола, мы с Даней гонялись