Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

Наталия тяжело вздыхает и окидывает взглядом всю комнату.

«Я бы многое отдала, лишь бы вернуть его, — думает Наталия. — Но думаю, Эдвард уже потерял доверие ко мне. И даже если я расскажу правду, то у него все еще останутся сомнения в моей верности и искренности. А при каждой нашей ссоре он будет упрекать меня в этом.»

Еще раз тяжело вздохнув, Наталия кладет фотографии на тумбочку рядом с кроватью, встает, подходит к окну и начинает с грустью во взгляде рассматривать то, что происходит на темной улице, освященной фонарями и светом из дальних зданий и фарами от машин, грузовиков, автобусов, трамваев и прочих транспортных средств.

«Не люблю темное время… — думает Наталия. — Хоть это время и очень красивое, оно довольно опасное, и я не могу избавиться от мыслей, что приходят ко мне с наступлением темноты. Все-таки утром или днем я чувствую себя немного лучше. У меня нет столь ужасных ассоциаций с дневным временем.»

Наталия снова вздыхает и глазами лениво сканирует все, что находится за окном.

«Боже, у меня остается все меньше сил притворяться, что все хорошо, — думает Наталия. — Мне надоело это! Я хочу избавиться от этого мерзкого чувства, которое меня терзает. Хочу рассказать всем правду и доказать, что я не лживая и умею любить и быть преданной. Хочу дать понять, что я никого не предавала, и меня просто подставили… Подставили…»

Постояв еще пару секунд у окна, Наталия отходит от него и медленно направляется в ванную комнату, вытирая с лица слезы. Девушка лениво открывает дверь, включает свет, заходит в помещение, медленно подходит к зеркалу и начинает внимательно всматриваться в свое отражение. Глаза уже давно не сверкают особенным блеском, и под ними есть мешки, а волосы стали тусклыми и потеряли свой изначальный оттенок белого. Хоть Наталия от рождения и натуральная блондинка, она часто окрашивает волосы в золотистый блонд, который ей очень нравится уже много лет. Однако сейчас длинные волосы, небрежно забранные на верх, потеряли свой блеск и стали безжизненными.

Глава 17.6

«Да уж, я и сама не рада тому, что сейчас вижу в зеркале, — думает Наталия, замечая, что ее щеки стали еще более впалыми, а само лицо кажется еще уже. — Черт, так больше не может продолжаться! Мне надо что-то менять и перестать быть овощем. Если так пойдет и дальше, то я сделать что-нибудь ужасное и вообще захочу застрелиться. И самое главное – я должна набраться смелости рассказать о своих переживаниях хоть кому-то. Надо как-то перестать подчиняться этому проклятому голосу и сказать себе, что я хочу сделать это ради своего же блага.»

Наталия нервно сглатывает и тихо вздыхает, руками опираясь на раковину.

«Когда Ракель и Анна пришли ко мне и отвлекали меня от плохого в течение нескольких часов, то я почувствовала себя намного лучше, — думает Наталия. — Я должна это признать. Если бы не девчонки, то я бы точно сошла с ума. И я думаю, что они заслужили узнать обо всем в первую очередь. Я должна поговорить с ними и рассказать то, что скрываю уже очень давно.»

Наталия на пару секунд задумывается и кивает, уставив взгляд в одной точке.

«Да, я так и сделаю, — уверенно решает Наталия. — Не знаю, когда я это сделаю, но у меня больше нет сил молчать и скрывать всю правду. Ту правду, которая убивает меня изнутри и травит мою душу. Как яд, который медленно, но верно убивает человека, уничтожая его самого все больше и больше с каждым днем до тех пор, пока он не потеряет силы бороться и не умрет.»

Убрав свои волосы назад, Наталия еще несколько секунд смотрит на свое отражение. А после этого она медленно отходит от зеркала и выходит из ванной комнаты, выключив там свет и закрыв дверь. Девушка еще какое-то время ходит по всей квартире, заглядывая в каждую комнату, осматривая какие-то вещички или заглядывая в окна, чтобы увидеть, что происходит на улице.

Сейчас, казалось бы, время ложиться спать, но Наталии совершенно не хочется это делать. В последнее время она стала испытывать с этим некоторые проблемы. Как, впрочем, и с питанием. Иногда у девушки начали появляться боли в желудке, который буквально ест сам себя. Например, как сейчас. Блондинка чувствует довольно знакомые, неприятные ощущения в желудке и также понимает, что к горлу подступает тошнота, которую она пытается изо всех сил сдержать.

— О, черт, опять эти боли в желудке, — шепчет Наталия, сильно морщась и держась за болящий от голода живот. — Да еще и подташнивает…

В этот момент Наталия приходит в гостиную, садится на диван и сгибается пополам.

«С этим надо что-то делать, я так больше не могу… — думает Наталия. — Я знаю, что ничего не ем и почти не сплю, но мне трудно заставить себя сделать это. Иногда даже и кусок хлеба или стакан воды не лезет… Меня буквально тошнит при виде еды…»

Продолжая сидеть на диване, Наталия медленно откидывается назад, задирает голову к верху, прикрывает глаза и спокойно выдыхает. Она старается ровно дышать, поскольку чувствует, что все ее тело начинает сильно дрожать из-за страха и нервозности.

«Нет, это уже точно пора прекращать, а иначе я реально доведу себя до каких-нибудь болезней и буду вынуждена бегать по врачам, — мысленно решает Наталия, нервно дрыгая ногой. — Если я еще не заболела чем-нибудь… Ох… »

Наталия тихонько стонет, еще сильнее взявшись за живот.

« Удивляюсь, что спустя столько времени я все еще жива… — удивляется Наталия. — И не умерла в тот день, когда пережила тот кошмар…»

К сожалению, Наталии не удается успокоиться и перестать дрожать и бояться чего-то, что произошло когда-то давно. Она по-прежнему одержима огромной и неконтролируемой бурей, которая готова уничтожить все хорошие эмоции и силы, что у нее еще остались. В голову снова лезут какие-то страшные мысли, которые не дают девушке вздохнуть с облегчением. Они вынуждают ее молчать о том, что пока что остается для всех тайной.

— О, не-е-ет, опять я думаю об этом! — тихонько стонет Наталия и издает всхлип, довольно тяжело дыша.