Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

знаю, кто именно помог мне, ибо я уже успел отключиться. Очнулся уже в больнице после того, как пробыл несколько дней без сознания. Медсестра сказала, что врачи едва смогли спасти меня и едва ли не вытащили из того света. У меня была огромная кровопотеря, которую восполнили переливанием донорской крови. Но роковой для меня могла стать ошибка одного из врачей… И по вине того же человека эти шрамы уже никогда не пройдут. И будут напоминать о том ужасном дне.

— Ничего себе… — дрожащим голосом произносит Ракель, медленно проводя рукой по своему лицу. — Не могу поверить…

— Значит, мы могли потерять тебя? — ужасается Терренс, понимая, что его бросает в дрожь от одной лишь мысли, что он мог потерять Эдварда. — И даже не подозревали об этом…

— Да, но мне повезло , — пожимает плечами Эдвард. — Может, если бы не тот мужик, то кому-то пришлось бы организовывать мои похороны.

— Даже подумать об этом страшно… — Терренс нервно сглатывает. — Мне правда очень жаль, Эдвард. Я бы и подумать о таком не смел.

— Хотя плохо, что ты не сказал нам, что был ранен, — добавляет Ракель. — Может, мы могли бы чем-то помочь. Оплатить твое лечение или что-то вроде.

— Спасибо за беспокойство, но сейчас все хорошо, — едва заметно улыбается Эдвард. — И насколько я знаю, тот мужик взял все расходы на себя и оплачивал мое пребывание в больнице. Даже если врачи выставили немаленький счет.

— Но как тебе удалось скрыть это от нас? — удивляется Терренс. — Почему молчал об этом? И что сказал врачам, когда они спросили тебя о родственниках?

— Ну… — Эдвард начинает нервно переплетать пальцы своих рук. — Скрывать это было довольно легко. Ведь кто такой Эдвард Локхарт? Обычный безработный и бездомный парнишка, которому чертовски не везет в жизни!

— А как же документы?

— У меня в тот день не было никаких документов с собой – только лишь телефон, который полностью разрядился, и некоторая сумма наличных. В больницу я попал как неопознанная личность, и врачи смогли узнать ее лишь тогда, когда я пришел в себя и назвал им свои данные.

— Вот как… — удивляется Ракель.

— Врачи хорошо за мной ухаживали. Кормили неплохо… Медсестра время от времени приходила ко мне и проверяла мое самочувствие. Так продолжалось до того дня, когда меня выписали. Спустя как раз почти месяц после нападения. Отлежался дома пару дней. А когда почувствовал себя намного лучше, написал тебе сообщение.

— Понятно… — Терренс призадумывается на пару секунд, поглаживая подбородок. — Значит, твой дядя решил убрать тебя с дороги первым . А уже потом взяться за твоего отца…

— Все правильно. Почти на месяц мне удалось отвязаться от него, ибо он думал, что я все-таки мертв. Но примерно неделю назад он узнал, что я жив, и опять начал доставать звонками. Из-за которых мне иногда хочется разбить свой телефон об стенку. Ну или об голову того мерзавца, который до смерти бесит меня.

— Он где-то видел тебя? — уточняет Ракель.

Глава 18.6

— Скорее всего кто-то из его дружков мог видеть меня в городе и доложить этому старому идиоту обо мне. Для меня не секрет, что они очень часто могут следить за мной и сообщать дядюшке, что я делаю, куда иду, с кем встречаюсь и с кем разговариваю. Не удивлюсь, если он устроил тайную слежку и за вами всеми и однажды может спланировать что-то нехорошее.

— Слушай, Эдвард, а как зовут твоего дядю? — слегка хмурится Терренс.

— Его зовут Майкл. Он – старший брат моего отца, разница в возрасте с которым составляет восемь лет. Отцу было пятьдесят три года перед смертью, а дяде сейчас почти шестьдесят. Будет в конце ноября…

— Майкл? – Терренс о чем-то задумывается на пару секунд, приложив сложенные ладони ко рту. — Почему-то мне вспомнилось, как мама очень давно упоминала некого Майкла и назвала его тварью, которая должна гореть в аду. Правда, я не спросил, почему она так считала. И понятия не имел, кто он такой.

— Она упоминала его при тебе?

— Кажется, да, но это было очень давно, где-то в далеком детстве. Я уже и не помню, почему она заговорила об этом.

— Может, это кто-то из ее бывших?

— Не знаю…

— А фамилия у этого Майкла, как я понимаю, Локхарт? — уточняет Ракель.

— Д-да, в-верно… — неуверенно произносит Эдвард. — Л-локхарт… Майкл Локхарт…

— Знайте, мне тут вспомнился случай, как мама показывала какие-то фотографии и как раз упоминала того самого Майкла, — признается Терренс. — По-моему, я спросил, кто это, а она и ответила, что это воплощение ада по имени Майкл. Да, все так и было.

— А у тебя есть снимок того Майкла?

— Зачем он тебе?

— Просто любопытно…

— Э-э-э… Да, у меня где-то был альбом с фотографиями, но я не знаю, где он лежит. Правда, там только мои детские снимки с матерью и кое-какими близкими друзьями…

— Ну а ты посмотри! Наверняка в последний раз ты заглядывал в альбом черт знает когда и не знаешь, что там вообще есть.

— Э-э-э… Ну я…

— А как выглядит тот альбом? — слегка хмурится Ракель.

— Большая синяя книга в твердом переплете… По-моему, у альбома также немного ободранные края…

— Да, кажется, я знаю , где он! Давай я сейчас принесу альбом, и мы попробуем найти ту самую фотографию?

— Давай сходим вместе?

— Вместе? — округляет глаза Ракель, чувствуя, как ее сердце пропускает удар, и немного занервничав. — Да нет, я быстро найду альбом и вернусь сюда. А ты пока посиди здесь. Может, Эдвард расскажет еще что-нибудь.

— Это займет всего пару минут. Возьмем альбом и спустимся сюда.

— Но, Терренс…

— Пошли, Ракель…

С этими словами Терренс быстро поднимается на ноги и жестом зовет Ракель за собой. Та очень неуверенно встает с дивана и бросает короткий взгляд на