Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

их бизнес. А когда ты понял, что этот план был обречен на провал, то решил отвязаться от меня и нашел прекрасный способ разорвать наши отношения. И вот теперь у тебя остался лишь один способ разбогатеть – объединиться с дядюшкой, убедить его поделиться всем с тобой и грохнуть неугодных тебе Терренса, Ракель и миссис МакКлайф. Может, став преданным ему сукой, Майкл – или как его там – даст тебе работу в компании. Вот тогда ты заживешь счастливо и сможешь покупать себе все что угодно и боясь лишь одного – попасть в немилость своему дяде.

— По-моему, ты очень много говоришь, мисс Рочестер. Несешь всякий бред, который я даже слышать не хочу. Я смотрю, твой язык стал слишком уже длинным. Его надо немного укоротить. Чтобы ты как мышка продолжала молчать.

— А тебе мозгов надо добавить! — тихонько рычит Терренс, крепко сжимая руки в кулаки. — И совести тоже!

— Вот разговорился-то гаденыш, — хмуро бросает Ракель.

— Я так понимаю, ты не собираешься отказываться от наследства. Ты намерен заполучить все, чтобы утереть мне нос.

— Не зря же он так усердно скрывал все свои секреты! Понимал, что рассказав об Майкле, он будет вынужден признаться и в желании заполучить все деньги и компанию.

— Хоть бы тот старый ублюдок ничего ему не дал! Пусть этот сопляк и дальше ходит в одних трусах и живет где-нибудь на улице!

— Я бы твой с удовольствием укоротила, — грубо бросает Наталия, уставив свой презренный взгляд в глаза Эдварда и едва сдерживаясь, чтобы со злости не придушить его. — А еще лучше бы связала тебе руки и ноги и избила твою наглую рожу, дабы немного остудить тебя и отомстить за все, что ты мне сделал.

— Хочешь попробовать? — презренно усмехается Эдвард. — Ну попробуй! Попробуй связать мужика, который будет намного сильнее тебя и очень легко может вывернуть тебе руки!

— Твою мать, зачем я вообще с тобой разговариваю и пытаюсь что-то донести до тебя? — Наталия хлопает себя рукой по лбу. — ЗАЧЕМ? Это все равно, что разговаривать со стеной! Смысл пытаться в чем-то переубеждать человека, который настолько одержим деньгами и завистью к другу, что готов уничтожить его и всю свою семью?

— ХА, НУ ТАК НЕ РАЗГОВАРИВАЙ СО МНОЙ! — во всю мощь вскрикивает Эдвард, слишком сильно напрягая все свои мышцы и крепко сжимает руки в кулаки. — Сделаешь мне одолжение! А то если я поговорю с тобой еще пару минут, то буду делать то, чего не хочу делать.

— Меня тоже от тебя тошнит!

— Зачем ты вообще приперлась сюда? Хотела пожаловаться друзьям на свою ужасную жизнь и наконец-то сказать им, что я обозлился на тебя из-за того, что ты втайне от меня трахалась с каким-то мужиком?

— Да, а зачем ТЫ сюда пришел? СОВЕСТЬ ЗАМУЧИЛА И ПОНЯЛ, ЧТО ТЕБЕ ПРИДЕТСЯ ВСЕ РАССКАЗАТЬ?

— Не твое дело!

— Ракель и Терренс вряд ли оценят твое безобразное актерское мастерство. Уж кем, но актером тебе не быть никогда, ибо ты просто бездарен в этом плане. Хотя ты бездарен абсолютно во всем и умеешь только тявкать из угла, как трусливый щенок, и от жадности мечтаешь заполучить ВСЕ ДЕНЬГИ!

— Если ты еще раз оскорбишь меня, то я ударю тебя! БУДЕШЬ, СУКА, ОРАТЬ ВО ВСЮ ГЛОТКУ И УМОЛЯТЬ О ПОМОЩИ! — Эдвард с презрением во взгляде осматривает Наталию с головы до ног. — Хотел бы я жестко оттрахать тебя прямо в этом доме независимо от твоего желания. Но гордость не позволяет мне иметь жалкую шлюху, которая уже успела дать, наверное, половине города и огромной части людей, живущих в других городах и даже странах. И не очень-то хочу заразиться какой-нибудь гадостью от сучки, у которой уже такой богатый список бывших любовников.

— Только попробуй хоть пальцем тронуть ее, тварь, а иначе я лично выпровожу тебя из дома! — сквозь зубы цедит Ракель, скрестив руки на груди. — Я не позволю тебе так обращаться с моей подругой и называть ее шлюхой!

— Не беспокойся, я и так собираюсь набить этому ублюдку морду, — сухо заявляет Терренс. — Да так, что он будет орать от боли!

Глава 19.2

— Слушай, Терренс, давай спустимся вниз и остановим это! — с жалостью во взгляде умоляет Ракель, переведя взгляд на Терренса. — Эдвард не в себе! Он точно что-нибудь сделает с Наталией, если мы не вмешаемся.

— Мы вмешаемся, но чуть позже. Хочу послушать, что он еще скажет, думая, что я ни о чем не догадываюсь. Может, скажет еще что-нибудь интересное.

— Мне страшно за Наталию. Эта больная тварь может сделать с моей подругой что-то ужасное. А ей и так очень плохо из-за всего, что с ней происходит.

— Не бойся, милая, мы не позволим ему даже пальцем тронуть Наталию. Только поднимет руку – мы немедленно даем о себе знать. Обещаю.

Ракель тяжело вздыхает, от волнения нервно теребя браслет на своей руке.

— Если только тронешь меня пальцем – я заявлю на тебя в полицию и обвиню в домогательствах, — громко заявляет Наталия, с тяжелым дыханием угрожая Эдварду пальцем. — Я не буду молчать и ждать, когда Терренс и Ракель решат заявить на тебя и твоего дядю за покушение на жизнь. Ты, мерзкая тварь, уже до смерти взбесил меня! Я никогда не ненавидела так сильно!

— Так сделай это прямо сейчас! — ехидно смеется с широко раскрытым ртом Эдвард. — Давай, Рочестер, позвони в полицию и заяви на меня! Посмотрим, поверят ли тебе – безмозглой шлюхе, которая умеет только врать и закатывать истерики! Или в полиции работают какие-то из твоих любовников и ради тебя сделают что угодно?

— Мне даже не придется кого-то подкупать, ибо твой дядюшка может не возражать против того, чтобы засадить тебя за решетку и обрести шанс завладеть состоянием твоего отца. Он бы оказал мне огромную услугу, если бы сам сдал тебя властям и заставил их поверить, что ты совершил много грязных делишек.

— Смотри, как бы я не рассказал всему миру, как ты вертишь голой задницей