Безумие - Шанталь Тессье

— Билл встретится с нами здесь, — говорит Хайдин, останавливая машину и выключая двигатель. — «Кукольный дом» находится на той же территории, но он говорит, что в этом доме есть то, что мы ищем.

Дом? Он напоминает какой-то экстравагантный курорт.

Выйдя из машины, Хайдин открывает пассажирскую дверь для меня. Я молчу, а он сразу начинает разговаривать с другими Лордами, пока мы поднимаемся по ступеням и входим внутрь.

Я отпускаю его руку и начинаю осматриваться. Это дом, который могут позволить себе только очень богатые люди. Хрустальные люстры свисают с высоких сводчатых потолков, персидские ковры, кремовые мраморные полы с вкраплениями, похожими на настоящее золото. Только размер здания говорит о том, что оно стоит миллионы.

Этот дом принадлежит моей матери? Я никогда здесь не была.

Рука обнимает меня за талию.

— Ты в порядке? — спрашивает Хайдин.

Киваю. Он беспокоится с тех пор, как я блевала. Знаю, что это из-за беременности, но думаю, что и из-за моего нервного состояния. Я в ужасе от мысли, что что-то может случиться с детьми. Хочу думать о хорошем, но разум твердит, что всегда найдётся кто-то, кто захочет навредить моему мужу.

— Мы с ребятами спустимся в подвал к Биллу. Ты справишься здесь одна?

Я смотрю на него и ободряюще улыбаюсь.

— Да.

Хайдин наклоняется, мягко целует меня в губы, затем отстраняется и уходит с остальными.

Звук открывающейся справа двери привлекает моё внимание. Я вижу, как Эштин выходит на заднее крыльцо, и следую за ней. Спускаюсь по бетонным ступеням, иду через задний двор мимо бассейна олимпийского размера, и мы подходим к лесу.

Она останавливается и смотрит на деревья. Я замечаю металлический брус высоко в ветвях. В центре свисает кусок верёвки, а на земле лежат два шлакоблока, тоже обмотанных верёвкой.

Эштин молча смотрит на это, а я наблюдаю за ней. Лёгкий ветер развевает её тёмные волосы, и я слышу, как она всхлипывает.

Я собираюсь развернуться и оставить её одну, дать ей минуту, но её голос останавливает меня.

— Он держал меня привязанной четыре дня.

Оборачиваюсь к ней, и у меня сжимается желудок от её слов. Я облизываю губы.

— Мне так, так жаль…

Эштин поворачивается ко мне и обрывает:

— Я не такая, как они.

— Кто? — спрашиваю я, не понимая, кого она имеет в виду.

Мы знаем, что Бенни связан с Хадсоном и моей матерью, но не знаем масштабов. Моя мать отказывается говорить, а Бенни практически мёртв. С Хадсоном ещё никто не разговаривал, он в больнице с тех пор, как я дважды в него выстрелила.

— Наши мужья… наши родители… Лорды в целом. — Эш скользит взглядом к дому за моей спиной, затем снова возвращается ко мне. — Я не буду винить тебя за то, кто твоя мать. Или какую роль она сыграла в моей жизни… неважно, большую или малую.

Эштин кладёт руку на живот, затем подходит ближе.

— Я не собираюсь притворяться, что знаю что-то о твоём браке с Хайдином.

Она берёт мои руки в свои.

— Уверена, он заставил тебя пройти через ад. — Слегка улыбнувшись, Эштин добавляет: — Но я знаю, что он влюбился в тебя. И не могу передать, как я счастлива, что он нашёл тебя и что у меня появилась сестра.

Эштин обнимает меня, и я чувствую, как её плечи вздрагивают.

Я крепче обнимаю её, а мой взгляд падает на верёвку, свисающую с металлического бруса на дереве. Сглотнув ком в горле, я обещаю быть лучше по отношению к ней. Потому что она права: наши мужья — братья, а значит, она моя сестра.

ВОСЕМЬДЕСЯТ ШЕСТЬ

ХАЙДИН

Мы переместили её мать в камеру, и сегодня настал день, когда мы привели Хадсона. Он зафиксирован в том же месте, где несколько дней назад находилась Изабелла. Он хранит молчание. Люди Тайсона, и Хадсон был в больнице. Впервые с тех пор как меня спасли из этого ада, я увидел, как Кэш по-настоящему улыбнулся: его лицо озарилось, когда он рассказал, что моя жена выстрелила в Хадсона. Он гордился ею.

Моя жена стоит рядом со мной, а Адам с другой стороны от неё. Сент и Кэш находятся рядом с Раятом, Тайсоном и Сином. Билл тоже всё ещё здесь.

— Что ты можешь рассказать нам такого, чего не могла Изабелла? — спрашиваю я.

Хадсон поджимает губы и приподнимает подбородок. Последние несколько ночей я спал рядом с женой, и всё это время мне хотелось вонзить нож в его грудь, но сдерживался. Я знаю, что он собирался сделать с ней, и от одной мысли об этом мне становится тошно.

Я знаю, что мои галлюцинации были недалёки от правды. Он чертовски больной ублюдок.

— Он задал тебе вопрос, подонок! — Кэш делает шаг вперёд, но я хватаю его за футболку и оттаскиваю.

— Я кое-что знаю, — вдруг говорит моя жена, и все в комнате поворачиваются к ней.

— Ты ни хера не знаешь, сука, — смеётся Хадсон. — Ты даже не догадывалась, что я в этом замешан. Ты думала, я действительно тобой интересовался? Ты жалкая, — выплёвывает он.

Шарлотта поворачивается ко мне, игнорируя его, и говорит:

— Это он перерезал тебе вены.

Я замираю от её слов, а Кэш резко оборачивается к нему.

— Что он сделал? — Кэш смотрит на мою жену. — Откуда ты, на хрен, это знаешь?

— Он сам рассказал мне, когда они с Биллом бросили меня в камеру к Хайдину в «Кукольном доме». Он хвастался. Сказал, что твоя мать должна была позволить ему перерезать тебе горло… — Её глаза наполняются слезами, и Шарлотта добавляет: — Я просто сложила два и два.

Сент подходит к нему.

— Значит, ты был здесь… в «Бойне» вместе с Изабеллой, когда она тренировала нас?

В ответ он лишь одаряет нас жестокой улыбкой.

Сент бьёт его кулаком, откидывая голову в сторону. Хадсон сплёвывает кровь из разбитых губ.

Всё это время этот кусок дерьма был рядом с моей женой, задолго до того, как я узнал, кто она на самом деле. Изабелла сказала мне, что именно он подстроил так, чтобы я нашёл её машину на обочине дороги. Получив звонок от Адама с информацией о ней, я следующие две недели устанавливал камеры в её