Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

надо было немного вправить мозги. — Ракель мягко гладит Терренса по щеке и пальцем аккуратно убирает небольшую струйку крови у него под носом. — Хотя он здорово побил тебя… У тебя кровь под носом и в уголках рта.

— Да, рука у него тяжелая, у меня все тело болит… — слегка морщится Терренс и бросает короткий взгляд на свою клетчатую рубашку и джинсы. — Черт, этот ублюдок мне рубашку порвал… Стоила бешеных денег… Еще и на джинсах порванные места…

— Может, можно что-то сделать хотя бы с рубашкой? Позволь посмотреть? — Ракель быстро осматривает рубашку Терренса и через несколько секунд слегка улыбается, будучи уверенной в том, что поводов для паники нет. — Не переживай, думаю, я смогу привести ее в порядок. Будет выглядеть так, будто только что была куплена в магазине.

— Думаешь, ее пока что можно не выбрасывать?

— Конечно, нет! Просто оставь ее мне, когда захочешь переодеться, и я быстро зашью порванные места.

— Спасибо большое, Ракель. — Терренс приобнимает Ракель с легкой улыбкой. — Ты просто прелесть.

— Главное, что ты сам остался цел, — слегка улыбается Ракель. — Этот придурок запросто мог покалечить тебя… Видя, какие сильные удары он наносил…

— Не беспокойся за меня, я умею постоять за себя и не буду становиться грушей для битья.

— Я знаю. В любом случае ты у меня просто молодец.

— Приятно это слышать.

Ракель с легкой улыбкой нежно обнимает Терренса, закинув руки вокруг его шеи, и держит голову на его плече. Тот мягко водит рукой по спине и находит в себе силы искренне улыбнуться. В воздухе на пару-тройку секунд воцаряется пауза, а потом взгляд мужчины останавливается на висящих в гостиной часах.

— О, черт, скоро мне нужно будет ехать в больницу, — тихонько стонет Терренс. — Хотя сейчас совсем ничего не хочется делать. Я полностью опустошен.

— Но тебе придется , — тихо отмечает Ракель. — А иначе те девушки и Даниэль решат, что тебе наплевать на Питера.

— Знаю, поэтому и заставлю себя сделать это.

— Кстати, ты так и не сказал, во сколько поедешь.

— Пока я и сам не знаю. Сейчас немного приду в себя и позвоню Даниэлю. Нам сказали, что мы можем приехать после обеда, но во сколько именно – нет. Так что договоримся поехать где-то после четырех-пяти.

— Хорошо…

Ракель кивает и задумывается о чем-то своем, уставив взгляд в одной точке и несколько секунд не говоря ни слова. А потом Терренс осматривается по сторонам и слегка хмурится.

— Слушай, а разве Наталия уже ушла из дома? — задается вопросом Терренс.

— Наталия? — удивленно переспрашивает Ракель, окидывает взглядом всю гостиную и слегка хмурится. — Странно… Она же была здесь… По крайней мере, во время драки она была со мной… Но в какой-то момент я забыла про нее и… Больше не видела ее…

— Значит, она ушла во время или после драки…

— Да, но как она смогла уйти так, что никто из нас ничего не заметил? — Ракель быстро встает с дивана и начинает ходить по всей гостиной.

— Мы могли быть настолько увлечены разговором с мистером Локхартом, что не заметили, как она уходила, — тоже встав с дивана и начав осматриваться вокруг себя, предполагает Терренс. — Похоже, что она до смерти испугалась этого психа и ушла подальше от него, лишь бы не попасться ему под горячую руку.

— Э-э-э… Нет… Я не думаю, что она ушла… Наталия все еще может быть здесь…

— Здесь? — Терренс слегка хмурится и быстро подходит к Ракель. — Почему ты так думаешь?

— Ее сумка и телефон лежат на журнальном столике. Смотри! — Ракель указывает на столик напротив дивана, на котором лежат коричневая сумка Наталии и золотой смартфон. — Она как раз положила сумку сюда, когда пришла. Я это точно помню.

— Значит, она еще здесь. Пожалуй, стоит осмотреть весь дом и спросить служанок, не видели ли они ее. Вдруг она ушла к ним и сейчас скрывается у них.

— Нет… Кажется, я знаю , где она может быть…

— Знаешь?

— В ванной комнате. — Ракель замолкает на пару секунд. — Наталия впала в сильную истерику после того, как Эдвард не прикончил ее. Видно, что у нее был нервный срыв, ибо она плакала без остановки. Ее как будто прорвало после столь долгого молчания.

— Думаешь, она…

— Пошли посмотрим… Не дай бог она что-нибудь с собой сделает!

Решив не ждать реакции Терренса, Ракель быстро направляется в ванную комнату, где, по ее мнению, должна быть Наталия. Мужчина следует за девушкой спустя пару секунд спустя, но где-то на середине пути, он слышит внезапный телефонный звонок стационарного телефона, на который решает ответить, решив, что это может быть важно.

***

И Ракель оказывается права, ибо Наталия действительно находится в ванной комнате, сидит на холодном полу и заливается слезами. Столь серьезная между ней и Эдвардом стала последней каплей в чаше ее терпения. Девушка окончательно сломалась и больше не может скрывать свои эмоции, которые она пыталась контролировать, чтобы не психануть еще раньше. Где-то в глубине души она понимает, что ей нужен кто-то, кто смог бы поддержать и выслушать ее. После произошедшего ею еще больше овладело желание наложить на себя руки. Наталия буквально захлебывается своими слезами и не может сказать ни единого слова, чувствуя себя очень плохо как морально, так и физически. Ее тушь продолжает стекать по ее лицу и портить красивое, но немного исхудалое лицо. Однако ей все равно, и она только больше размазывает ее по лицу, когда пытается вытереть слезы. Кроме того, блондинка чувствует сильную слабость во всем теле, и ей с трудом удается стоять на ногах. Именно поэтому она сейчас сидит на полу и не вставала с тех пор как пришла сюда.

Заливаясь горькими слезами, сильно трясясь и чувствуя, как все ее тело напряжено, Наталия ощущает себя маленькой беспомощной девочкой, которая не знает, что делать в ужасной, незнакомой для нее ситуации. И она знает точно, что больше не хочет видеть Эдварда, под давлением