Ведьмы - Эдна Уолтерс

— Должен же быть какой-то учебник, — сказала я. — Чего ожидать, когда у ведьмы начинает проявляться дар? Как тренировать фамильяра? Что делать с видениями и Норнами?

Лавания усмехнулась и взяла меня за руки. Торин заглянул в комнату, но она шикнула на него. Как только дверь за ним закрылась, Лавания сосредоточила всё внимание на мне.

— Мы со всем разберёмся, — ответила она. — Я покажу тебе, как направить силу, как её выпустить и как заблокировать. Это поможет тебе научиться управлять видениями.

Да! Именно это я и хотела услышать.

— Да, у меня есть ты, а другим ведьмам вроде Риты и Джины помогают наставники и родители. Но как же те, у кого никого нет, даже ковена? Они пугаются, когда впервые проявляются их способности? Я ведь даже не знала, что такое Зов, пока в городе не появились ведьмы. Мне просто повезло услышать, как Джина мимоходом упомянула о нём.

Лавания вздохнула.

— Это потому что ты намного сильнее большинства ведьм, и твои способности проявляются намного быстрее. Обычно дар ясновидения передаётся от родителя ребёнку, и девочки узнают обо всём от мам.

Ага, вот только моя мама-Валькирия не говорила мне об этом, потому что влюбилась в моего папу-смертного и отказалась от собирания душ. В качестве наказания ей запрещалось когда-либо упоминать кому-нибудь о том, кем она была. Даже мне, её родной дочери. Странно, что Норны не стёрли память отцу, чтобы он тоже не знал.

— Мама Эндриса помогала ему познать особую связь с миром духов задолго до того, как он начал брать уроки у верховного жреца, — продолжала объяснять Лавания. — У Торина другой случай. Его отец не хотел делиться своими знаниями ни с кем, даже со своими детьми.

Больной эгоист.

— Юным ведьмам было намного проще, когда у нас были школы, — добавила она.

— Так почему бы не открыть их снова? После того, что сделали Граф и его Бессмертные последователи, для ведьм должно быть создано убежище, где они смогут учиться. Норны могли бы выбирать среди них, вместо того чтобы похищать Провидиц. И мало того, что одарённые ученики будут осваивать магию в безопасной обстановке, под чутким контролем, так ещё и можно будет собрать в одном месте в качестве учителей экспертов во всех областях.

Несколько секунд она просто смотрела на меня. Мои щёки наливались неловким румянцем. Лавании, как и моей маме, уже несколько веков. Хотя она как раз могла сойти за студентку колледжа, из-за чего я порой забываю, что она моя наставница. Она умная, терпеливая и мудрая. Она умеет слушать и всегда готова обсудить мои идеи, вместо того чтобы срубить их на корню.

— Я боюсь, что силы могут выйти из-под контроля, — признаюсь я. — Да и всё проще, когда ты не один. Ну, то есть да, со мной ты, но…

— Я поняла, о чём ты, милая. — Она погладила меня по руке. — Просто не думаю, что смогу руководить целой школой. Прошло столько лет. Веков. Даже не знаю, с чего начать.

— С нас. Ты уже учишь троих. Но вдобавок мы окружены Бессмертными с обширными познаниями о сверхъестественном мире. Феми. Хоук. Блейн. Мама. Торин и Эндрис. И ты сама, конечно же. Ты идеальная наставница, внимательная и терпеливая. Твои ученики тебя обожают. Взять хотя бы Эндриса и Торина. Они берут с тебя пример, уважают за мудрость. Я готова к любым испытаниям благодаря той уверенности, что ты внушила мне.

Все мои слова были чистой правдой, кроме части про мою уверенность. Её мне подарили родители. Они заложили фундамент, который позволяет мне добиваться успеха. Папа всегда учил меня предусматривать неожиданности, а мама говорила о важности уметь принимать любые изменения, как бы тяжело это ни было. С такой базой Лавании намного проще наставлять меня на пути Провидицы.

— Я не знала, что могу менять облик… Ну, то есть мимикрировать под других, чтобы меня видели такой, какой хочу, чтобы меня видели, — добавила я.

Лавания кивнула, её взгляд стал отстранённым.

— Этому ты научишься через несколько лет. Пока нам нужно сосредоточиться на том, чтобы ты могла контролировать свои способности.

— Но у меня уже получилось вчера. Пока успехи так себе, но богиня помогла мне.

Лавания резко перевела взгляд на меня, словно я внезапно вернула её в реальность.

— Какая богиня?

— Фрейя. Это она оставила мне Комок Шер… ну, кошку.

Лавания распахнула глаза.

— Феми не говорила мне, что богиня Фрейя оставила тебе одну из своих кошек. Просто, что у тебя появился фамильяр. Я думала, Свана привезла её из Флориды. Расскажи мне, что именно произошло. С самого начала.

Когда я договорила, она уже вскочила на ноги и расхаживала по комнате. Затем перекинула чёрные волосы через плечо и села. Её волосы так сильно отросли, что она могла случайно на них сесть.

— Покажи мне, — скомандовала она.

Я закрыла глаза и потянулась к своему источнику силы. На этот раз я нашла искру чуточку быстрее. Пока она расцветала, я детально представила образ. Когда я открыла глаза, Лавания потрясённо разглядывала меня.

— Ну как тебе? — спросила я. Она немного поморщилась.

— Это несколько пугает. Ты выглядишь в точности как он. Как долго ты можешь поддерживать его облик?

Её голос был полон восторга.

— Не знаю.

В дверь постучали, и тут же вошёл Эндрис. Увидев нас, он нахмурился.

— Когда ты успел сюда прийти? Мы ведь виделись на поле несколько минут назад.

Я быстро встала, ухмыляясь и надеясь, что у меня получится изобразить плавность движений Торина. Не получилось. Я слегка пошатнулась. Торин бы не пошатнулся. Он очень ловкий и грациозный. Пытаясь повторить лёгкую расслабленную походку своего парня, я подошла к Эндрису и приобняла его одной рукой.

— Потому что я намного быстрее тебя, братишка. — И громко чмокнула его в висок, чего Торин бы никогда не сделал, и ухмыльнулась при виде раздражённого Эндриса. — Разве ты не должен помогать мне на поле?

— Ты попросил меня сходить за Рейн. — Эндрис оттолкнул меня и вытер висок рукой. — Держи свой рот подальше от меня, не то врежу.

Я снова потянулась к нему, вытянув губы вперёд.

— Ну же, Эндрис. Всего один поцелуйчик. Прямо сюда, секси-бой. — Я коснулась своих губ.

Он со всей силы шлёпнул меня по руке.

— Придурок! — Эндрис строго глянул на Лаванию, которая едва сдерживала смех. — Не поощряй его. Это ни разу не смешно. — Он развернулся к двери. — Если что, я на пляже.

Я преградила ему путь. Он сжал пальцы в кулак, и я