Измена. (Не) вернуть назад - София Брайт

Я перешагиваю порог и врастаю в пол, осматриваясь по сторонам.

Кажется таким естественным вернуться в то место, где я жила последние годы и которое называла домом, и в то же время невероятно странно. Здесь прошли мои самые счастливые моменты в жизни, и самые горькие.

Я думала, что не вернусь сюда больше. А в итоге стою и пытаюсь поймать привычную энергетику дома. Прислушиваюсь, но ловлю только пустоту.

В этой квартире нет Матвея. Нет меня. Нет нас… Именно люди создают воспоминания и ощущения. А без людей любое пространство остается лишь пустой коробкой. Просто стенами.

— Уверена, что не хочешь, чтобы я осталась с тобой? — вырывает меня из размышлений мамин голос.

— Да, уверена, — прихожу в себя.

Я могла бы поехать в родительский дом, но меня не тянет туда. С самого начала, решив вернуться в родной город, я знала, что приеду именно сюда. И какая ирония, я так хотела оказаться тут без Матвея, что Вселенная услышала мои мольбы и воплотила их в жизнь вот в такой извращенной манере.

— Я сейчас прилягу, — хочется отдохнуть после дороги.

— Хорошо, дочь. Но если что-то понадобится, то сразу же звони мне.

— Договорились, — поясницу ломит, поэтому мне нужно скорее остаться одной.

— Приеду утром и поедем в больницу.

— Хорошо, мамуль, — снимаю ботинки и следом пальто.

— Тогда я поехала? — смотрит она на меня неуверенно.

— Поезжай, поезжай, — улыбаюсь, стараясь спрятать мандраж, что внезапно охватывает меня.

— До завтра, солнце, — целует она меня в щеку и покидает нашу квартиру.

Как только дверь за мамой закрывается, я шумно выдыхаю и прохожу в гостиную, совмещенную с кухней. Сажусь за обеденный стол и обвожу взглядом пустое пространство, где каждый уголок пропитан нашими с мужем воспоминаниями.

А сейчас это все, что осталось. И если я не найду врача, который сможет помочь супругу, то и о самом Матвее мне останутся только воспоминания.

Посидев немного, поднимаюсь на ноги и иду прогуляться по квартире, старательно игнорируя спальню.

Туда я вряд ли смогу зайти в ближайшее время. Там он предал меня. И то место для меня стало настолько грязным, что удивительно, как я вообще осталась дома.

Заглядываю в детскую, где я жила перед побегом и где все выглядит точно в таком же виде, в каком я оставила. По комнате гуляет сквозняк, и вообще так холодно, будто кто-то открыл окна и уехал из города на несколько дней.

Поежившись, обхватываю себя руками и иду к балкону, где, как я и предполагала, настежь открыты окна и развеваются шторы.

Я закрываю створки, в очередной раз поежившись. Шторы принимают спокойное положением. Еще раз вздрогнув от холода, спешу прочь из комнаты и закрываю за собой дверь, давая возможность помещению прогреться.

Чтобы удостовериться в том, что остальные окна закрыты, я все же заглядываю в супружескую спальню, игнорируя кровать, и только потом заглядываю в кабинет мужа.

Но стоит мне открыть дверь его личного пространства, как из меня вырывается:

— Что за?.. — растерянно смотрю на перевернутую вверх дном комнату.

Кажется, что здесь прошелся смерч. Иначе… как еще объяснить то, что вся мебель перевернута, книги скинуты на пол из шкафа и даже компьютер покоится на полу. Прохожу внутрь, перешагиваю через поломанные картины и наступаю на что-то хрустящее. Стекло.

Опускаю взгляд и вижу нашу фотографию, сделанную в прошлом году. Стекло разбито, а вместо моего лица зияет дыра.

От увиденного начинает сосать под ложечкой и кружится голова.

Не собираясь геройствовать, возвращаюсь в гостиную, чтобы перевести дыхание.

Нахожу смартфон и, сев в кресло, набираю Костика.

— Да, Вита, — уже после первого гудка он снимает трубку.

— Костя, мне кажется, к нам домой влезли воры.

— Что случилось? — он мгновенно меняет тон на деловой.

— У Матвея весь кабинет перевернут. И был открыт балкон, когда я зашла в квартиру.

Жди, пока я не прилечу, и ничего там не трогай. Будем вызывать полицию.

Глава 24

— Вот здесь подпишите, — просит полицейский.

Дожидаться Костю я не стала. Посидев на кухне десять минут и успокоившись, я решила, что полицию вызову самостоятельно.

Ко мне приехали двое мужчин, осмотрели кабинет и сняли отпечатки пальцев. А я написала заявление и поставила подпись. Все то время, что у меня находилась полиция, я только и думала о том, чтобы Костя не успел прилететь до того момента, когда они идут.

Меня пугало его настойчивое желание вмешаться в мою жизнь. Да, знаю, что сама попросила помочь разобраться с делами фирмы. Но лишь оттого, что не знала, к кому еще обратиться. Да и там, вдали от дома, я была слишком одинока и напугана. А теперь только и думаю о том, что не нравится мне его активное участие.

Даже если я ему интересна как женщина, то слишком он давит на меня. А его стремление спасти меня душит. Что-то тут не так. Но к кому обратиться за помощью, чтобы помогли разобраться с делами компании и ушлыми нанятыми работниками, я даже не могла представить. Казалось, что теперь я совершенно одна против враждебного мира.

Как только полицейские выходят за дверь, я хватаюсь за телефон и набираю Костю.

— Вит, я уже в такси. Еду, — слышу голос друга.

— Кость, я полицию уже проводила, — говорю сбивчиво, стараясь успеть остановить его.

Да, возможно, я поступила импульсивно, попросив его о помощи в прошлый раз и сегодня, но мне страшно. Наверное, это нормальное состояние — бояться в такой ситуации и не знать, как правильно поступить. И по-хорошему, мне бы лучше обратиться к папе. Но после нашего разговора, когда он полностью поддержал Матвея, да еще и маму переманил на свою сторону, мне сложно ему довериться. Вот и получается, что я ищу поддержки у посторонних. А так быть не должно.

— В смысле? — его тон меняется и становится более твердым.

— Мне было страшно, и я вызвала полицию. Они приняли заявление и сняли отпечатки пальцев.

— Расскажешь, когда подъеду.

— Кость, — прикрываю веки, представляя, как прямо сейчас буду выглядеть перед старым другом, — давай отложим встречу до завтра. Я очень сильно устала. И не хочу в очередной раз попасть в больницу на сохранение. Мне нужно отдохнуть, а с утра с новыми силами ехать в больницу к мужу.

— Ясно, — шумно выдыхает Раевский. — Надеюсь, в остальном ты не передумаешь наутро.

Щеки заливает краской. Потому что я действительно виновата перед Костей и подобные мысли были в моей голове. Но я хочу верить, что он не желает мне зла