Фаворитка - Екатерина Александровна Оленева

— Тайну?..

— Ш-ш! Тихо!.. Смотри сюда.

Скрывшись среди буйно разросшихся кустов, Фэйтон осторожно дотронулся до одной из каменных плит и камень бесшумно повернулся, открывая узкую щель прохода.

— Потайной лаз? — с нескрываемым любопытством воскликнула Мара. — Помнится, я где-то слышала, что каждый уважающий себя древний замок обязан такой иметь. Но думала — это сказка.

— Древние замки полны секретов, — со смехом согласился Фэйтон. — Я его обнаружил случайно. Хочешь узнать, куда он ведёт? Тогда вперёд — за приключениями!

Фэйтон направился внутрь мрачного тоннеля.

— Надеюсь, ты не боишься темноты? — обернулся он.

— Нет, потому что, как сведущая в приключениях барышня, я ношу с собой вот это, — лукаво проговорила Мара, доставая из ридикюля огниво и кусок трута.

Ловко высекла искру и сноровисто поймала сухой растопкой. Через мгновение факел, висевшей на стене, ярко загорелся, освещая тесный коридор золотистым светом.

— Ты предусмотрительная дама, — усмехнулся принц. — С сегодняшнего дня назначаю тебя моим светом во тьме. Кстати, где ты так ловко научилась высекать искры?

— Вы будете удивлены, господин принц, как много полезного можно узнать в цирковой труппе.

— Не думал, что акробаты так искусно умеют обходиться с огнём.

— Жизнь заставляет выживать любым способом.

— Ну, что? Вперёд, пока не погас факел. Я покажу тебе мою комнату. Этот потайной ход позволяет мне незаметно покидать замок, когда я захочу. Он проходит под фундаментом крепости и выходит далеко за пределы городских стен. Так можно пройти незамеченным мимо королевских стражников.

— Но разве это не опасно. Вдруг этим путём в вашу спальню проберутся враги?

— Жить вообще опасно, — отмахнулся юноша. — Зато невероятно захватывающе.

Каменные стены подземелья смыкались над ними со всех сторон. Лаз был узким — двоим не разойтись. Слой толстой пыли лежал на всём, переливаясь тусклым блеском в свете колеблющегося огня. Их шаги отзывались глухими раскатами эха, усиливая ощущения таинственности и опасности.

Фэйтон уверенно двигался впереди. Оглядываясь на спутницу, он казался окутанным волшебным ореолом света, словно ангел. Его золотистые волосы сияли в темноте.

— Уже скоро, — проговорил он заговорщицким шёпотом.

Несколько крутых поворотов и спусков привели их к очередному тупику. Юноша взял руку Мары и осторожно приложил её к гладкой поверхности стены.

— Почувствуй, какая ровная поверхность. Лишь одно место выделяется острым выступом. Нажми на него, и…

Стенная плита медленно повернулась, и они очутились в просторной комнате. Под ногами приятно пружинил ворсистый ковёр, поглощая звуки шагов.

Любопытный взгляд Мары изучал интерьер. Стены украшали деревянные шпалеры с деревянной резьбой, воспроизводящей сцены охоты и рыцарских поединков. Противоположную стену прикрывал внушительных размеров гобелен с изображением королевского герба. Окно, затянутое тяжелыми бархатными шторами, едва пропускало слабый лунный свет.

В воздухе вился слабый дымок от прогоревшего кедра. Напротив огромного, в человеческий рост, камина, стояло большое зеркало, отражающее Мару в полный рост. В своей причудливой маске увенчанной яркими перьями она и правда напоминала экзотическую тропическую птицу.

Сняв маску, девушка откинула с лица светлые пряди, открывая бледное лицо с потемневшими от волнения глазами. Её взгляд непроизвольно остановился на большой кровати в дальнем углу комнаты под тяжёлым балдахином.

Фэйтон подошёл к Маре, держа в руке кубок, наполненный густым рубиновым вином.

— За нас, — сказал он тихо.

Первый же глоток обжёг горло, вызвав лёгкое головокружение. Когда принц привлёк её к себе, Мара не сопротивлялась. Зачем? Оба знали, почему оказались здесь. Девушка чувствовала себя одновременно слабой и невероятно сильной.

Рука Фэйтона скользнула по её спине, сначала нежно гладя атлас платья, затем уверенно проникая под него. Фигура юноши была стройной и гибкой, как клинок, но не отличалась мощностью. Однако поднял он Мару легко, словно пёрышко. И понёс к кровати, застланной прохладными простынями.

Мара расслабилась в его руках, полностью отдаваясь моменту. Осторожно запустила пальцы в золотые пряди его волос, ощущая их мягкость и тепло.

Поначалу прикосновения Фэйтона были едва ощутимы, словно лёгкие крылышки бабочки, касающиеся кожи, но с каждым разом становились всё настойчивее, разжигая пламя желания, которое охватило обоих с огромной силой. Каждый поцелуй отзывался в теле глубокой вибрацией, подобно струне арфы под пальцами талантливого музыканта. Сердце Мары стучало чаще, заполняя слух рокотом крови.

Фэйтон вёл её в танце страсти, подчиняя своему ритму, заставляя потерять связь с реальностью. Каждое движение, каждый вздох становились частью единого целого, гармонии двух сердец и тел.

Фэйтон был нежен. Его поцелуи текли по телу Мару как вода. Они были везде, и она плавилась от ласкающего голоса, языка и рук.

Эта была сладкая пытка — пытка, от которой добровольно не отказаться.

Мара кусала губы, в тот момент, когда он входил в её тело, доселе не знающее мужчины.

Золотистые волосы Фэйрона липли ко лбу.

— Мой хорошая девочка, — шептал он и мускулистая грудь тяжело вздымалась от желания в такт его неровному дыханию.

Боль, обжигающе-резкая, на мгновение заставила девушку зажмуриться, вцепившись в плечи Фэйтона. Но он не остановился. Его движения, по началу осторожные и ласковые, становились увереннее, глубже, настойчивее. И постепенно боль отступила, сменяясь новым, незнакомым ощущением — пульсирующим, ярким, затягивающим в водоворот.

Мара отвечала его движениям, отдаваясь одному ритму. Сливаясь с ним воедино. Они дышали одним воздухом, существовали в одном ритме, жили только друг другом в этот момент. И когда первая в её жизни волна наслаждения накрыла с головой, Мара выдохнула имя Фэйтона, словно проваливаясь в пропасть.

Но то была особенная пропасть. В ней не было ничего, кроме тепла, света и бескрайней, всепоглощающей любви.

— Откуда ты такая? — с лёгкой улыбкой спросил Фэйтон, пристально глядя в глаза Мары и нежно касаясь пальцами её щеки.

Она накрыла его ладонь своей рукой и прижалась к ней, словно довольная кошка, мурлычущая от удовольствия.

— Из другого мира. Меня послали сюда, чтобы завоевать сердце Вашего Высочества.

Принц притянул её ближе, прижимая к себе крепко, будто боясь отпустить драгоценный дар судьбы.

— Верю каждому слову, — шепнул он, уткнувшись лицом в её волосы. — Все прежние женщины рядом с тобой кажутся призрачными тенями. Только ты настоящая… Моя единственная истинная…

Они замерли в тишине, наслаждаясь теплом друг друга. Время остановилось, но вскоре реальность напомнила о себе звуками просыпающегося замка.

— Кажется, нам пора возвращаться в реальный мир, — грустно сказала Мара, открывая глаза и глядя на угасающие огоньки в камине.

Фэйтон сонно моргнул, взглянув в окно, сквозь которое пробивались первые лучи восходящего солнца.

— Уже утро? — удивлённо протянул он. — Ну да, наверное, пора…

Девушка нахмурилась, представляя предстоящие трудности:

— Думаю, мне нужно